echr@cpk42.com
+7 495 123 3447

Дело №31694/06 «Медяников против Украины»

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ЧЕТВЕРТАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО «МЕДЯНИКОВ ПРОТИВ УКРАИНЫ»
CASE OF MEDYANIKOV v. UKRAINE
(Жалоба № 31694/06)
РЕШЕНИЕ
г. Страсбург
19 февраля 2019
Данное решение является окончательным, однако оно может быть подвергнуто редакционному пересмотру.
В деле «Медяников против Украины»,
Европейский Суд по правам человека (Четвертая секция), заседая Палатой в
следующем составе:
Georges Ravarani, Председатель,
Marko Bošnjak,
Péter Paczolay, судьи
и Andrea Tamietti, Заместитель Секретаря Секции,
после закрытого заседания 29 января 2019 г.
выносит следующее постановление, принятое в указанный день:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (№ 31694/06), поданной против Украины в Европейский Суд по правам человека (далее- Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее- Конвенция) гражданином Украины, г-ном Эдуардом Валерьевичем Медяниковым (далее- Заявитель), 19 сентября 2006 года.
2. Заявитель был представлен г-ном Т.О. Калмыковым, юристом, практикующим в Харькове. Правительство Украины (далее- Правительство) было представлено свои агентом- г-ном И. Лищиной, Министром Юстиции Украины.
3. 11 января 2011 года уведомление о подаче жалобы было направлено Правительству. 30 ноября 2017 года извещение о жалобе на нарушения статей 3 и 34 Конвенции, касающихся предполагаемого отсутствия доступа к надлежащему медицинскому обслуживанию в заключении, а также предполагаемого воспрепятствования реализации права на подачу индивидуальных ходатайств, было передано Правительству. Остальная часть заявления была признана неприемлемой в соответствии с правилом 54 § 3 Регламента Суда.
4. Правительство возражало против рассмотрения данного заявления Палатой. Изучив данные возражения, Палата отклоняет их.
ФАКТЫ
I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА
5. Заявитель родился в 1972 и в настоящее время отбывает пожизненное заключение в Ладыженкой колонии № 39 (далее- колония).
A. Основная информация, касающаяся данного дела
6. 25 ноября 2004 года Донецкий областной апелляционный суд признал Заявителя виновным в нескольких преступлениях и приговорил его к пожизненному заключению, а также постановил конфисковать все его имущество. 23 февраля 2006 года Верховный Суд оставил это решение в силе с некоторыми изменениями.
7. С 26 августа 2003 года Заявитель содержался под стражей в различных следственных изоляторах, изначально- ожидая возбуждения против него уголовного дела, а также проведения судебного разбирательства, и впоследствии — после вынесения обвинительного приговора.
B. Медицинское лечение туберкулеза Заявителя
8. 26 августа 2003 года Заявитель был помещен в изолятор временного содержания в Донецке (СИЗО № 5) на время проведения уголовного разбирательства в отношении него. 25 января 2007 года ему был поставлен диагноз туберкулез. В материалах дела также содержатся иные доказательства, согласно которым диагноз туберкулеза была поставлен 1 февраля 2007 года.
9. По завершении уголовного производства, 16 марта 2007 года Заявитель был переведен в Ладыженскую колонию.
10. 20 марта 2007 года были проведены предварительный осмотр Заявителя, лабораторные исследования и сделан рентген. Заявитель был помещен под медицинское наблюдение в связи с остаточными последствиями туберкулеза.
11. По данным Правительства, Заявитель находился под медицинским наблюдением и получал соответствующую медицинскую помощь в связи с туберкулезом. В частности, в период с 20 марта 2007 года по 26 февраля 2018 года его регулярно осматривали врачи колонии и назначали соответствующее лечение. В результате каждого курса лечения здоровье Заявителя улучшалось. Правительство не уточнило, как часто проводились регулярные обследования и курсы лечения Заявителя в течение этого времени.
С. Лечение гепатита С у Заявителя
12. В декабре 2011 года анализ крови показал, что Заявитель заразился гепатитом С. По словам Заявителя, ему было отказано в доступе к копиям результатов анализа.
13. По данным Правительства, 28 февраля 2012 года Заявитель был обследован врачом колонии, который диагностировал у него хронический персистирующий гепатит в стадии ремиссии. Заявителю было назначено лечение.
14. 16 мая 2012 года врачи Винницкого областного центра контроля и профилактики ВИЧ-СПИДа диагностировали у Заявителя гепатит С в стадии ремиссии без нарушения функции печени. По данным Правительства, Заявителю было назначено симптоматическое лечение, в результате которого его здоровье улучшилось. Правительство не уточнило характер этого лечения.
15. По данным Правительства, Заявитель находился под наблюдением врачей колонии, и ему были назначены все необходимые лекарства, а также специальная диета. Правительство не уточнило частоту лечения или характер диеты, назначенной Заявителю.
16. Правительство далее сообщило, что с 23 февраля по 20 марта 2015 года Заявитель находился на лечении в многопрофильной больнице в Стрыжавской исправительной колонии № 81. В результате лечения его здоровье улучшилось. Характер такого лечения не уточнялся.
17. Они также добавили, что по состоянию на 26 февраля 2018 года Заявитель оставался под постоянным наблюдением врачей колонии, и состояние его здоровья было удовлетворительным.
Д. Обращение в Европейский Суд
18. По словам Заявителя, во время содержания под стражей он подал многочисленные заявления в органы внутренних дел, в том числе в Донецкий областной апелляционный суд (“апелляционный суд”), с просьбой получить копии различных документов, которые должны быть представлены в Cуд в обоснование его заявления.
19. Он добавил, что в период с августа по ноябрь 2006 года он просил Апелляционный суд предоставить ему копию его обвинительного заключения. 8 августа и 6 сентября 2006 года ему было отказано в его запросах на том основании, что ему уже была предоставлена копия данного документа в ходе уголовного разбирательства, проводившегося в отношении него, и что не существовало никаких юридических обязательств по удовлетворению его запросов. В конечном итоге 21 июля 2008 года Заявителю была направлена копия рассматриваемого документа.
20. В период с апреля по август 2009 года Заявитель просил Апелляционный суд направить ему копии нескольких судебных протоколов из его уголовного дела, а также из дела его сообщника. Эти просьбы были первоначально отклонены как не имеющие правового обоснования. По данным Правительства, 10 сентября 2009 года Заявитель подал еще одно заявление в Апелляционный суд, в котором он запросил копии протоколов судебных заседаний, кассационной жалобы и других документов из его уголовного дела. 2 октября 2009 года Апелляционный суд направил запрошенные копии Заявителю, однако, не приложила копии протоколов судебного заседания на том основании, что их передача не была предусмотрена действующим на тот момент законодательством. 21 апреля 2011 года Управление правительственного представителя при Европейском суде по правам человека направило заявителю копии протоколов судебного заседания.
21. Письмами от 12 и 17 января 2017 года Апелляционный суд отказал Заявителю в предоставлении копии его ходатайства о продлении срока подачи кассационной жалобы на его приговор от 25 ноября 2004 года и копии постановления суда от 26 октября 2016 года об отклонении этого ходатайства. Апелляционный суд уточнил, что материалы уголовного дела Заявителя были направлены в Высший Специализированный Суд Украины по гражданским и уголовным делам по ходатайству последнего. Заявителю не была предоставлена копия запрашиваемых документов.
II. СООТВЕТСТВУЮЩИЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО И МЕЖДУНАРОДНЫЕ ДОКУМЕНТЫ
22. Соответствующее внутреннее законодательство, а также отечественные и международные материалы, касающиеся лечения гепатита можно найти в деле Sergey Antonov v. Ukraine (no. 40512/13, §§ 40-56, 22 October 2015).
23. Соответствующие отечественные и международные материалы, касающиеся лечения туберкулеза можно найти в Logvinenko v. Ukraine
(no. 13448/07, §§ 38, 41, 49-50, 14 October 2010).
24. Соответствующие выдержки из руководящих принципов Всемирной Организации Здравоохранения (ВОЗ) по лечению туберкулеза (1997 г.) можно найти в решении по делу Vasyukov v. Russia (no. 2974/05, § 50, 5 April 2011).
25. Соответствующие положения национального законодательства и соответствующие положения Рекомендации REC(2006)2 Комитета Министров государствам-членам относительно Европейских пенитенциарных правил были обобщены и приводятся в постановлении по делу Naydyon v. Ukraine
(no. 16474/03, §§ 35-38 and 41-42, 14 October 2010), они в основном касались отказа властей предоставить заявителю возможность получить копии документов, необходимых для его применения в суде.
ВОПРОСЫ ПРАВА
I. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ
26. Заявитель жаловался на то, что во время содержания под стражей он был заражен туберкулезом и гепатитом С и что он не получил надлежащего медицинского лечения этих заболеваний. Он ссылался на статью 3 Конвенции, которая гласит:
«Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.»
А. Приемлемость жалобы
Суд полагает, что жалоба не является явно необоснованными по смыслу статьи 35§ 3 (а) Конвенции и не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Таким образом, жалоба должна быть признана приемлемой.
B. Существо жалобы
1. Доводы сторон
28. Заявитель утверждал, что он не получил необходимой помощи и необходимого лечения туберкулеза и гепатита С при отбывании им наказания. Кроме того, он оспаривает достоверность представлений Правительства в отношении обращения с ним. Он подчеркнул, что все заявления Правительства, касающиеся его жалоб на здоровье, сопровождались выводами, выраженными словами «улучшение» или «восстановление». Что касается его лечения от гепатита в Стрыжавской исправительной колонии № 81 (см. пункт 16 выше), Заявитель утверждал, что фактически лечение состояло из поддерживающей терапии и что некоторые лекарства, которые у него была возможность принимать, были предоставлены его родственниками. Наконец, он подчеркнул, что в 2007-2008 годах он не получал никакого лечения от туберкулеза.
29. Правительство утверждало, что на протяжении всего периода содержания под стражей Заявитель находился под постоянным медицинским наблюдением и получал медицинскую помощь и лечение. Они далее подчеркнули, что лечение было адекватным, поскольку Заявитель чувствовал облегчение в конце каждого курса.
2. Оценка суда
30. Суд неоднократно подчеркивал, что отсутствие надлежащей медицинской помощи в местах содержания под стражей может быть приравнено обращению, противоречащему Статье 3 Конвенции (см. Среди множества других источников дела Hummatov v. Azerbaijan, nos. 9852/03 and 13413/04, §§ 112-22, 29 November 2007; Ukhan v. Ukraine, no. 30628/02, §§ 77-83, 18 December 2008; and Petukhov v. Ukraine, no. 43374/02, §§ 91-98, 21 October 2010).
31. Другие применимые принципы, определенные Cудом в своей практике по вопросам статьи 3 Конвенции и в отношении медицинского лечения в местах
содержания под стражей резюмируется в деле Sergey Antonov v. Ukraine (no. 40512/13, §§ 70-75, 22 October 2015)
32. Суд также отмечает, что он уже рассматривал вопрос о недостаточности медицинской помощи и защите от туберкулеза и гепатита в украинских следственных изоляторах в ряде случаев (см., например, Melnik v. Ukraine, no. 72286/01, §§ 104-06, 28 March 2006; Yakovenko v. Ukraine, no. 15825/06, §§ 97-102, 25 October 2007; Pokhlebin v. Ukraine, no. 35581/06, §§ 63-68, 20 May 2010; Kondratyev v. Ukraine, no. 5203/09, § 72, 15 December 2011; Kushnir v. Ukraine, no. 42184/09, §§ 142-49, 11 December 2014; and Pivovarnik v. Ukraine, no. 29070/15, §§ 37-46, 6 October 2016).
33. Основными причинами, по которым в вышеуказанных делах Cуд пришел к выводу о том, что заявителям не была оказана надлежащая медицинская помощь, являются отсутствие оперативности или существование необоснованных задержек в проведении медицинского осмотра, диагностики или организации начала лечения (см. Melnik, §§ 104-05; Yakovenko, §§ 92-93 and 98-100; Kushnir, §§ 144-45; Kondratyev, § 87; and Pivovarnik, §§ 37-46, all cited above, все приведены выше), а также отсутствие квалифицированного персонала или оборудования (см. дело Yakovenko, приведенное выше, §§ 96-97, а также Temchenko v. Ukraine, no. 30579/10, § 89, 16 July 2015).
34. Переходя к обстоятельствам настоящего дела, Cуд с самого начала отмечает, что состояние здоровья Заявителя (см. пункты 8 и 13 выше) было достаточно серьезным, чтобы повлиять на его повседневную деятельность. Поэтому он мог испытывать сильное беспокойство, связанное с предоставлением ему адекватной медицинской помощи.
35. Суду не предоставили историю болезни Заявителя. Однако Заявитель в обоснование своей жалобы на основании статьи 3 Конвенции предоставил информацию о медицинской помощи, которую он получил в период содержания под стражей, и подтвердил эту информацию, в частности, ,
выписками из его медицинской карты. Правительство не представило медицинских доказательств в обоснование своих утверждений о том, что медицинская помощь, оказанная Заявителю, была адекватна.
36. Кроме того, информация о медицинском лечении Заявителя, предоставленная Правительством, носит весьма общий характер, что не позволяет Суду оценить ее актуальность и эффективность.
37. В этой связи Суд вновь заявляет, что именно Правительство должно представить достоверные и убедительные доказательства того, что Заявитель получал всестороннюю и адекватную медицинскую помощь в период содержания под стражей (см., в частности, Savinov v. Ukraine, no. 5212/13, § 50, 22 October 2015).
38. Суд также отмечает, , что лечение Заявителя, как представляется, продолжается и что он лечился от туберкулеза и гепатита С в течение одиннадцати лет (см. пункт 11 выше) и шести лет (см. пункты 13 и 17 выше) соответственно. По мнению Суда, факт того, что лечение Заявителя продолжается в течение такого длительного времени, может говорить о том, что такое лечение не сопровождалось всеобъемлющим терапевтическим планом [лечения], как того требовала бы статья 3 Конвенции.
39. Соответственно, информация, имеющаяся в деле, не позволяет Cуду прийти к выводу о том, что Заявитель получил адекватное медицинское лечение
туберкулеза и гепатита С.
40. В свете вышеизложенного, Суд считает, что медицинская помощь, оказанная заявителю была неадекватной. В результате неадекватности предоставленной ему медицинской помощи Заявитель пережил страдания и тяготы, превышающие неизбежный уровень страданий, присущий содержанию под стражей, и его человеческое достоинство, тем самым, было подорвано.
41. Таким образом, имело место нарушение статьи 3 Конвенции.
I. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 34 КОНВЕНЦИИ
42. Заявитель жаловался на то, что национальные власти препятствовали его доступу к материалам уголовного дела, которые были необходимы для обоснования его обращения в Cуд. Заявитель ссылается на статью 34 Конвенции, которая гласит:
«Суд может принимать жалобы от любого физического лица, любой неправительственной организации или любой группы частных лиц, которые утверждают, что явились жертвами нарушения одной из Высоких Договаривающихся Сторон их прав, признанных в настоящей Конвенции или в Протоколах к ней. Высокие Договаривающиеся Стороны обязуются никоим образом не препятствовать эффективному осуществлению этого права.»
43. Правительство отклонило данные утверждения.
44. Суд с самого начала отмечает, что он не запрашивал у Заявителя документы, на которые тот ссылался (см. Chaykovskiy v. Ukraine, no. 2295/06, § 94, 15 October 2009, и в отличие от пред., Naydyon v. Ukraine, no. 16474/03, §§ 24-26, 14 October 2010).
45. В той мере, в какой Заявитель жаловался на то, что ему не были предоставлены копии документов из его уголовного дела, Cуду не требуется никаких дополнительных документов, чтобы прийти к выводу о том, что жалобы Заявителя в этой части являются неприемлемыми (см. пункт 3 выше) а) частично были поданы за пределами шестимесячного периода (в отличие, например, от Naydyon, упомянутого выше, §§ 17 и 18); и b) частично были несовместимы ratione materiae с положениями статьи 6 Конвенции. Поэтому любые трудности с получением документов из этого уголовного дела, даже если такие трудности были доказаны, не имели никакого значения для жалобы Заявителя в настоящий Суд (см. Chaykovskiy, § 95).
46. С учетом вышеизложенного, Суд не усматривает каких-либо препятствий эффективному осуществлению Заявителем права на подачу индивидуальной жалобы.
47. Соответственно, Суд приходит к выводу о том, что государство-ответчик не нарушило своих обязательств в соответствии со статьей 34 Конвенции.
II. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ
48. Статья 41 Конвенции предусматривает:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
49. Заявитель требовал 3000 евро (EUR) в качестве компенсации материального вреда, который он понес в связи с приобретением медикаментов. Кроме того, он потребовал 10 000 евро в качестве компенсации морального вреда.
50. Правительство сочло эти утверждения необоснованными и чрезмерными.
51. Суд приходит к выводу, что требование Заявителя в отношении материального ущерба не обосновано и не подкреплено какими-либо документами. По этой причине Суд отклоняет это требование. С другой стороны, он присуждает Заявителю 3000 евро в качестве компенсации морального вреда, плюс любой налог, который может взиматься с Заявителя.
B. судебные расходы и издержки
52. Заявитель также потребовал 1500 евро в качестве компенсации судебных расходов, а также 50 евро на административные расходы и 250 евро на почтовые расходы.
53. Правительство сочло требования о возмещении судебных издержек необоснованными и не подкрепленными документами.
54. Согласно прецедентной практике Cуда, Заявитель имеет право на возмещение расходов и издержек только в той мере, в какой было доказано, что такие расходы были действительно понесены и являлись разумными. В данном случае, учитывая имеющиеся в его распоряжении документы и вышеуказанные критерии, Cуд присуждает 300 евро за рассмотрение дела в Cуде и 50 евро за почтовые расходы плюс любой налог, который может взиматься с Заявителя.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
33. Суд считает уместным, чтобы процентная ставка при просрочке платежей определялась исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.
НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО
1. Объявляет жалобу приемлемой;
2. Постановляет, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции;
3. Постановляет, что Украина не нарушила своих обязательств в соответствии со статьей 34 Конвенции в отношении отказа властей предоставить Заявителю копии документов для его обращения в Cуд;
4. Постановляет
(а) что государство-ответчик должно выплатить Заявителю в течение трех месяцев, следующие суммы, переведенные в валюту государства-ответчика по курсу на дату урегулирования:
(i) 3000 евро (три тысячи евро) плюс любой налог, который может взиматься в отношении нематериального ущерба;
(ii) 350 евро (триста пятьдесят евро) плюс любой налог, который может взиматься с Заявителя в отношении расходов и издержек;
(b) с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского Центрального Банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;
4. Отклоняет оставшуюся часть требования заявителя о справедливой компенсации.
Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 19 февраля 2019г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
Andrea Tamietti Georges Ravarani
Заместитель Секретаря Председатель

|| Смотреть другие дела по Статье 3 ||

Leave a Reply