echr@cpk42.com
+7 495 123 3447

Дело №3333/08 "Татуев против России"

Перевод настоящего решения ЕСПЧ является техническим и выполнен в ознакомительных целях.
С решением на языке оригинала можно ознакомиться, скачав файл по ссылке
Третья секция
Дело «Татуев против России»
(Жалоба № 3333/08)
Решение
Страсбург
21 июля 2020
Это решение является окончательным, но оно может быть подвергнуто редакционной правке.
В деле «Татуев против России»,
Европейский суд по правам человека (третья секция), заседающий в качестве комитета в составе:
Alena Poláčková, Председатель,
Dmitry Dedov,
Gilberto Felici, судьи,
и Olga Chernishova, Заместитель секретаря секции,
Рассмотрев дело в закрытом заседании 23 июня 2020 года,
Выносит следующее судебное решение, которое было принято в тот же день:
Процедура
1. Дело было инициировано жалобой (№3333/08) поданной против Российской Федерации, в суд в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее-Конвенция) гражданином России Владимиром Аминовичем Татуевым (далее-заявитель) 13 декабря 2007 года.
2. Российское правительство (“правительство”) первоначально представлял г-н Г. Матюшкин, Уполнамоченный Российской Федерации в Европейском суде по правам человека, а затем его преемник на этом посту г-н М. Гальперин.
3. 31 января 2017 года правительству было направлено уведомление о жалобах, касающихся неисполнения окончательного решения в пользу заявителя, отмены этого решения в связи с вновь открывшимися обстоятельствами и непредставления публично решений от 3 декабря 2008 года и 11 марта 2009 года, а остальная часть жалобы была признана неприемлемой в соответствии с пунктом 3 правила 54 Регламента Суда.
4. 11 апреля 2019 года заявитель скончался. В октябре 2019 года сын заявителя, г-н Аслан Владимирович Татуев, 1974 года рождения, выразил желание продолжить разбирательство вместо заявителя.
5. Правительство возражало против рассмотрения этого заявления Комитетом. Рассмотрев возражение Правительства, суд его отклоняет.
Факты
I. Обстоятельства дела
6. Заявитель родился в 1938 году и проживал в Нальчике
A. Право заявителя на получение жилищной субсидии
7. В 2000 году заявитель унаследовал от своей матери дом в Аушигере, в Республике Кабардино-Балкария. Он переехал из Нальчика и стал жить в этом доме. Однако он оставался официально зарегистрированным как проживающий в Нальчике.
8. В июне 2002 года дом заявителя в Аушигере был поврежден наводнением, а 29 июля 2002 года он был признан непригодным для проживания.
9. 1 июля 2002 года постановлением № 492 «О первоочередных мерах по ликвидации последствий наводнения июня 2002 года» Правительство Российской Федерации поручило органам исполнительной власти регионов, пострадавших от наводнения, совместно с Министерством внутренних дел составить списки семей, лишенных жилья в результате наводнения. У властей было две недели, чтобы составить и утвердить списки с Государственным комитетом по строительству и жилищно-коммунальному комплексу (Госстрой, впоследствии “государственное строительное агентство”) в том, что касается жилья. Государственное строительное агентство должно было определить, как распределить средства, предоставленные лицам, потерявшим жилье (§§7 и 10 указа).
10. 9 июля 2002 года приказом № 130 государственное строительное агентство установило: порядок выделения жилищных субсидий; методику расчета субсидий; соответствующие компетентные органы; порядок выделения бюджетных средств; образцы соответствующих документов, в том числе списки жителей, имеющих право на получение субсидий. В приказе говорилось о » гражданах, которые пострадали в результате наводнения в июне 2002 года в Южном федеральном округе и были лишены жилья, а также были должным образом зарегистрированы в соответствующих органах и включены в соответствующие списки в соответствии с[приложениями к приказу”, без каких-либо дальнейших разъяснений.
11. 13 июля 2002 года постановлением № 299 правительство Кабардино-Балкарии утвердило перечень жителей, имеющих право на получение жилищных субсидий в качестве пострадавших от наводнения. Имя заявителя было включено в список.
12. 12 сентября 2002 года Государственное строительное агентство направило письмо № ГМ-5279/8 правительству Кабардино-Балкарской Республики и другим региональным органам исполнительной власти, указав, в частности, что лица, получившие в наследство жилье в районах, пострадавших от наводнения, но не зарегистрировавшие там свое место жительства, не должны включаться в списки лиц, подлежащих получению субсидий. Это письмо не было опубликовано, и заявитель узнал о его существовании в 2008 году (см. пункты 20 и 22 ниже).
13. Письмом от 29 ноября 2002 года руководитель Государственного строительного агентства уведомил региональные исполнительные органы о том, что субсидии выплачиваются только гражданам, зарегистрированным в качестве проживающих по адресам проживания, поврежденным в результате наводнения.
14. 19 марта 2003 года Черкесский районный суд Кабардино-Балкарской Республики (далее-районный суд) установил, что заявитель постоянно проживал в Аушигере во время наводнения.
B. Решение суда от 21 декабря 2005 года в пользу заявителя
15. В какой-то момент правительство Кабардино-Балкарии передало суммы на выплату жилищных субсидий районным администрациям для дальнейшего распределения среди пострадавших от наводнения. Заявитель не получил субсидии, и он подал в суд на различные административные органы, требуя причитающуюся ему сумму.
16. 21 декабря 2005 года районный суд обязал администрацию Черкесского района Кабардино-Балкарии выплатить заявителю 162 690 российских рублей в качестве жилищной субсидии и 50 000 рублей в качестве процентов. Решение суда обжаловано не было. Он вступил в силу 12 января 2006 года.
17. Ответчик дважды пытался возбудить дело о пересмотре решения суда в порядке надзора, ссылаясь, в частности, на типографскую ошибку в имени заявителя в решении суда и нехватку средств. 1 августа 2006 года и 16 января 2007 года Верховный суд Кабардино-Балкарии отклонил эти ходатайства.
18. Решение суда в пользу заявителя не было приведено в исполнение.
C. Постановление Правительства Российской Федерации от 3 марта 2008 года
19. 3 марта 2008 года отдельным постановлением правительство Кабардино-Балкарии внесло изменения в перечень 2002 года. В частности, фамилия заявителя была исключена из списка лиц, которые должны были получать субсидии. Решение не было опубликовано.
20. 17 апреля 2008 года правительство Кабардино-Балкарии сообщило заявителю, что решение об исключении его фамилии из списка 2002 года было принято в соответствии с инструкциями, содержащимися в письмах государственного строительного агентства от 2002 года (см. выше).
D. Отмена решения суда в пользу заявителя
21. 11 марта 2008 года глава администрации Черкесского района обратился в районный суд с просьбой возобновить производство, завершившееся решением суда от 21 декабря 2005 года, в связи с вновь открывшимися обстоятельствами, то есть постановлением Правительства Кабардино-Балкарии от 3 марта 2008 года. 2 апреля 2008 года районный суд уведомил заявителя о своем решении возобновить производство по делу.
22. Заявитель возражал, утверждая, в частности, что решение от 3 марта 2008 года не может быть принято во внимание, поскольку в соответствии с законом должны быть опубликованы какие-либо правительственные акты, касающиеся прав и свобод человека, а оспариваемое решение не было принято.
23. 23 апреля 2008 года районный суд рассмотрел дело с учетом вновь открывшихся обстоятельств. Суд отклонил возражение заявителя как необоснованное, отметил, что 3 марта 2008 года его имя было исключено из списка 2002 года, и отменил решение суда от 21 декабря 2005 года частично в связи с обязательством властей выплатить ему субсидию. В постановлении указывалось, что оно не может быть обжаловано.
24. Согласно протоколу судебного заседания 23 апреля 2008 года, председательствующий судья спросил представителя ответчика, почему ответчик не доводил этот вопрос до сведения суда с 2002 года. В ответ представитель пояснил, что орган неоднократно пытался оспорить решение суда от 21 декабря 2005 года в порядке надзорного производства, что привело к задержке.
E. Последующие изменения
25. Заявитель обжаловал решение Конституционного Суда Республики Кабардино-Балкария от 3 марта 2008 года (см. пункт 19 выше). 12 августа 2008 года Конституционный суд прекратил рассмотрение дела и указал, что дело должно рассматриваться судами общей юрисдикции. В соответствии с этим предписанием заявитель просил Нальчикский городской суд отменить решение от 3 марта 2008 года как незаконное.
26. 10 октября 2008 года Нальчикский городской суд удовлетворил ходатайство заявителя. Он отметил, что решение от 3 марта 2008 года, которым он был исключен из списка лиц, подлежащих получению субсидий, было основано на инструкциях, содержащихся в письмах государственного строительного агентства от 12 сентября и 29 ноября 2002 года (см. выше). Несмотря на то, что эти письма, которые суд определил как “нормативные акты”, оказали воздействие на права личности, а именно на право на уважение жилища, они не были зарегистрированы в Министерстве юстиции и не были опубликованы, как это предусмотрено законом. Кроме того, они были распространены через несколько месяцев после составления списка лиц, имеющих право на получение жилищных субсидий. Кроме того, суд отметил, что на момент этих событий заявитель располагал действительным судебным решением, устанавливающим тот факт, что он проживал в пострадавшем от наводнения районе в июне 2002 года. Суд установил, что в соответствии с законом О защите от чрезвычайных ситуаций (см. пункт 34 ниже) порядок выделения субсидий должен был устанавливаться постановлением федерального или регионального правительства. Однако в то время такой процедуры не существовало, и соответствующий указ не был издан. Соответственно, суд непосредственно применил Конституцию Российской Федерации и закон О свободе передвижения (см. пункты 33 и 35 ниже) и установил, что осуществление заявителем своих прав не может быть обусловлено его регистрацией по месту жительства и не может быть ограничено по этой причине. Поэтому суд отменил постановление Правительства Кабардино-Балкарии от 3 марта 2008 года.
27. 12 ноября 2008 года Верховный суд Кабардино-Балкарии отменил решение от 10 октября 2008 года по апелляции и направил дело на новое рассмотрение.
28. 3 декабря 2008 года Нальчикский городской суд отклонил иск заявителя. Суд установил: что в 2002 году заявитель владел поврежденным домом и проживал в нем, но не был официально зарегистрирован как проживающий в нем; что факт его фактического проживания в поврежденном доме был установлен национальными судами в 2003 году; что списки лиц, которым должны были быть предоставлены субсидии, были составлены в июле 2002 года.; и что решение от 3 марта 2008 года было принято в соответствии с письмами государственного строительного агентства, направленными в конце 2002 года, о том, что лица, не зарегистрированные по месту жительства в районах, пострадавших от наводнения, не имеют права на получение пособия. Суд пришел к выводу, что, как указано в этих письмах, выделение субсидии было обусловлено тем, что заявитель был официально зарегистрирован как проживающий в пострадавшем районе. Соответственно, заявитель был законно исключен из списка.
29. В конце заседания суд зачитал резолютивную часть своего решения.
30. 5 декабря 2008 года представитель заявителя получил копию мотивированного судебного решения.
31. 11 марта 2009 года Верховный суд Кабардино-Балкарии рассмотрел апелляционную жалобу заявителя в открытом судебном заседании и оставил в силе решение от 3 декабря 2008 года. Суд поддержал доводы нижестоящего суда и отметил, что правительство Кабардино-Балкарии компетентно вносить изменения в перечень лиц, которые должны получать субсидии, и что они действовали в соответствии с законом.
32. В конце заседания суд зачитал резолютивную часть своего решения. 19 марта 2009 года сторонам, в том числе заявителю, была направлена копия мотивированного судебного решения.
II. Соответствующее внутренние законодательство.
33. Статья 55 Конституции Российской Федерации предусматривает, что в Российской Федерации не могут приниматься законы, отрицающие или порочащие права и свободы человека и гражданина.
34. Статья 18(2) Федерального закона от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ“О защите гражданского населения и земель от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера” (далее-Закон «О защите от чрезвычайных ситуаций») предусматривает, что критерии и порядок распределения социальных пособий, а также конкретные размеры компенсаций и виды возмещения вреда, причиненного здоровью и имуществу лиц в результате чрезвычайных ситуаций, устанавливаются федеральным и региональным законодательством.
35. Статья 3 Федерального закона «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения и свободу выбора места временного и постоянного проживания в Российской Федерации» (закон № 5242-I от 25 июня 1993 года, действовавший в то время) предусматривала, что осуществление индивидуальных прав и свобод, гарантированных Конституцией и федеральными законами, не может быть обусловлено регистрацией по месту жительства.
36. Краткое изложение внутренних положений о регистрации места жительства см., в той мере, в какой это уместно, Tatishvili V. Russia, no. 1509/02, § § 29-31, ECHR 2007 I.
37. Статья 392 §§ 1 и 2 (4) Гражданского процессуального кодекса («пересмотр судебных решений по вновь открывшимся обстоятельствам”), действовавшая на тот момент, предусматривала следующее:
“1. Вступившие в законную силу судебные решения могут быть пересмотрены на основании вновь открывшихся обстоятельств.
2. Основания для пересмотра дела:
1) существенные обстоятельства, которые были неизвестны и не могли быть известны заявителю;
4) аннулирование … решение государственного или муниципального органа … это было основанием для решения суда …”
38. Краткое изложение других соответствующих положений о пересмотре дел см. В деле Игорь Васильченко против России, № 6571/04, § 33, 3 февраля 2011 года.
39. Статья 199 Гражданского процессуального кодекса, действовавшая в то время, предусматривала, что решение должно быть вынесено сразу же после рассмотрения дела. Подготовка мотивированного решения может быть отложена не более чем на пять дней со дня окончания рассмотрения дела при условии, что суд вынес резолютивную часть решения в том же заседании, в котором закончилось рассмотрение дела. Оглашенная резолютивная часть решения должна была быть подписана всеми судьями и включена в материалы дела. Краткое изложение других положений, касающихся публичного вынесения судебных решений, см. В деле Malmberg and Others v. Russia, nos. 23045/05 и 3 других, § § 30-41, 15 января 2015 года.
Закон
40. Суд отмечает, что заявитель скончался и что его сын выразил желание продолжить разбирательство в суде вместо него (см. пункт 4 выше). Правительство согласилось с тем, что г-н А. В. Татуев может продолжить разбирательство вместо заявителя.
41. Суд вновь заявляет, что именно наследник, желающий продолжить разбирательство в суде, должен обосновать свое право на это (см. Belskiy V. Russia (dec.), № 23593/03, 26 ноября 2009 года). Сын заявителя представил свидетельство о правопреемстве, подтверждающее его согласие с правопреемством заявителя и содержащее упоминание о том, что он был единственным правопреемником, обратившимся к нотариусу с заявлением о принятии правопреемства. Правительство не утверждало, что г-н А. В. Татуев не имел права заниматься этим делом. Поэтому и с учетом его прецедентного права по аналогичным жалобам в соответствии с Конвенцией (см. дела Стрельцова и других “новочеркасских военных пенсионеров” против России, № 8549/06 и др., § § 36-42, 29 июля 2010 г. в отношении, в частности, неисполнения и последующей отмены внутренних судебных решений о присуждении заявителям конкретных денежных сумм), суд считает, что г-н А. В. Татуев имеет законный интерес в рассмотрении ходатайства вместо своего покойного отца. Суд будет ссылаться на покойного г-на В. А. Татуева как на “заявителя”.
II. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 в связи с отменой решения суда от 21 декабря 2005 года.
42. Заявитель жаловался на отмену 23 апреля 2008 года решения суда от 21 декабря 2005 года в связи с вновь открывшимися обстоятельствами. Суд считает, что жалоба подлежит рассмотрению в соответствии со статьей 6 Конвенции и статьей 1 Протокола № 1, которые гласят следующее:
Статья 6 § 1
— В определении его гражданских прав и обязанностей … имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом”
Статья 1 Протокола № 1
«Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на мирное пользование своим имуществом. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в общественных интересах и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.
Однако вышеприведенные положения никоим образом не ущемляют права государства применять такие законы, которые оно считает необходимыми для контроля за использованием имущества в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других взносов или штрафов.”
43. Правительство заявило, что возобновление разбирательства было произведено в соответствии с внутренним законодательством. Они утверждали, что решение от 21 декабря 2005 года было отменено 23 апреля 2008 года в связи с решением от 3 марта 2008 года об исключении заявителя из списка лиц, имеющих право на получение субсидий. Это решение было вынесено после вступления в силу решения суда от 21 декабря 2005 года. Решение от 3 марта 2008 года не было и не могло быть известно суду в 2005 году, оно могло привести к иному исходу разбирательства и явно оправдывало отмену решения от 21 декабря 2005 года.
44. Заявитель настаивал на своей жалобе.
A. Приемлемость
45. Суд отмечает, что эта жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 а) статьи 35 Конвенции. Он далее отмечает, что она не является неприемлемой ни по каким другим основаниям. Поэтому она должна быть признана приемлемой.
B. По существу дела
46. Суд вновь заявляет, что в интересах правовой определенности, имплицитно требуемой статьей 6, окончательные решения, как правило, должны быть оставлены в силе. Отступления от этого принципа оправданы только тогда, когда это необходимо обстоятельствами существенного и непреодолимого характера (см. mutatis mutandis, Рябых против России, № 52854/99, §§ 51-52, ЕСПЧ 2003-X, и Справедливая против России, № 69529/01, § 25, 18 ноября 2004 года). Отмена судебных решений по вновь открывшимся обстоятельствам сама по себе не является несовместимой с этим требованием, но способ отмены может быть (см. «Правильная», процитированная выше, § § 27-34).
47. Окончательное решение по настоящему делу было отменено в силу “отмены решения государственного органа » по смыслу пункта 4 статьи 392 Гражданского процессуального кодекса (пункт 37 выше), а именно на основании исключения 3 марта 2008 года фамилии заявителя из списков лиц, имеющих право на получение субсидий. Суд рассмотрит вопрос о том, была ли процедура отмены применена таким образом, чтобы обеспечить соблюдение принципа правовой определенности (см. Игорь Васильченко против России, № 6571/04, § 59, 3 февраля 2011 года).
48. Суд соглашается с утверждением правительства о том, что содержание решения от 3 марта 2008 года явно не могло быть известно властям в 2005 году. Однако суд отмечает, что единственное основание для этого решения, а именно содержание писем государственного строительного агентства от 12 сентября и 29 ноября 2002 года, по – видимому, было им известно с этих дат.
49. Этими письмами государственное строительное агентство поручило властям пересмотреть списки лиц, которые должны были получать субсидии, в части регистрации их места жительства. Ведомство ввело новое требование к распределению субсидий-обязательную регистрацию по месту жительства. Это требование о регистрации не было упомянуто ни в соответствующих законах (см. пункты 34 и 35 выше), ни в соответствующем постановлении правительства, ни в собственном приказе агентства № 34. 130 (см. пункты 9 и 10 выше), хотя порядок выделения субсидий должен был устанавливаться постановлением федерального или регионального правительства (см. пункт 26 выше). Эти письма никогда не публиковались, несмотря на их влияние на право нескольких лиц на получение субсидий и в отличие от вышеупомянутого приказа № 130, который устанавливал критерии и порядок распределения субсидий (см. пункты 12, 13 и, в соответствующих случаях, 26 выше). Новое ограничение, если оно применялось, ставило осуществление заявителями своих прав в зависимость от их регистрации по месту жительства.
50. Государственное строительное агентство распространило эти письма через два месяца после того, как списки были утверждены властями в соответствии с его собственной инструкцией (см. пункт 11 выше). Самое главное, что она четко сделала это до начала внутреннего разбирательства 2005 года, касающегося права заявителя на субсидию. Ни правительство, ни компетентные органы ответчика в ходе внутреннего разбирательства, касающегося отмены решения, ни в ходе любого последующего разбирательства не утверждали, что ответчик не был осведомлен о содержании писем на дату судебного разбирательства 21 декабря 2005 года (см., напротив, цитируемый выше Игорь Васильченко, § 62, где заявитель утаил важную информацию от властей в ходе первого этапа разбирательства). Кроме того, ничто не указывает на то, что компетентный орган ответчика не смог сослаться на вышеупомянутые документы в ходе разбирательства, которое завершилось вынесением решения от 21 декабря 2005 года. Однако по неизвестной причине он этого не сделал, и содержание писем не было доведено до сведения Национального суда. Вместо этого в своих двух последовательных заявлениях о надзорном пересмотре орган сначала решил доказать, что средств недостаточно. Только после отказа в удовлетворении этих ходатайств орган вынес решение от 3 марта 2008 года О внесении изменений в списки 2002 года и послужил основанием для отмены 23 апреля 2008 года судебного решения в пользу заявителя.
51. В результате в случае заявителя ограничение, основанное на двух неопубликованных письмах государственного строительного агентства, не имеющих видимых оснований ни в одном соответствующем законе и известных властям еще в 2002 году, было применено через три года после окончательного решения суда в 2005 году в пользу заявителя. Кроме того, оно было применено, несмотря на наличие решения Окружного суда, подтверждающего, что он проживал в пострадавшем от наводнения районе в июне 2002 года (см. пункт 14 выше).
52. В свете вышеизложенного суд приходит к выводу, что при принятии решения о возобновлении производства районный суд не опирался на соображения, которые можно было бы обоснованно рассматривать как имеющие существенный и убедительный характер (см., напротив, цитируемый выше Игорь Васильченко, § 63).
53. 10 октября 2008 года Окружной суд проанализировал контекст дела, сослался на некоторые из вышеприведенных соображений и вынес решение в пользу заявителя (см. пункт 26 выше). Однако эти выводы были отменены в апелляционном порядке, и жалоба заявителя была отклонена в ходе окончательного судебного разбирательства исключительно со ссылкой на решение от 3 марта 2008 года (см. пункты 28 и 31 выше).
54. С учетом вышеизложенных обстоятельств суд приходит к выводу, что процедура отмены решения суда от 21 декабря 2005 года на основании вновь открывшихся обстоятельств не была применена таким образом, чтобы обеспечить соблюдение принципа правовой определенности (см., напротив, Игорь Васильченко, цитируемый выше, § 64, и Проценко против России, № 13151/04, § 33, 31 июля 2008 года). Соответственно, имело место нарушение статьи 6 Конвенции в связи с ее отменой.
55. Суд далее отмечает, что отмена вступившего в законную силу судебного решения расстроила доверие заявителя к обязательному судебному решению и лишила его возможности получить деньги, которые он законно ожидал получить. В этих обстоятельствах, даже предполагая, что вмешательство было законным и преследовало законную цель, суд считает, что отмена вступившего в законную силу решения суда в пользу заявителя в порядке надзора возложила на него чрезмерное бремя и была несовместима со статьей 1 Протокола № 1. Таким образом, это положение было нарушено.
III. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 в связи с неисполнением решения суда от 21 декабря 2005 года
56. Заявитель жаловался в соответствии со статьей 6 Конвенции и статьей 1 Протокола № 1, оба из которых упоминались выше, на неисполнение решения суда от 21 декабря 2005 года.
57. Правительство заявило, что оно не может представить информацию об исполнении, поскольку до отмены соответствующего решения не было зарегистрировано ни одного исполнительного листа. Они утверждали, что продолжительность исполнительного производства была обоснована объективными причинами, такими как оспаривание ответчиком решения суда в пользу заявителя в порядке надзорного производства.
A. Приемлемость
58. Суд отмечает, что эта жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 а) статьи 35 Конвенции. Он далее отмечает, что она не является неприемлемой ни по каким другим основаниям. Поэтому она должна быть признана приемлемой.
B. По существу дела
59. Решение от 21 декабря 2005 года, вступившее в законную силу 12 января 2006 года, оставалось в силе по крайней мере до 23 апреля 2008 года, когда оно было отменено. Государство обязано было соблюдать его условия (см., В частности, дело Вельская против России, № 21769/03, § 18, 5 октября 2006 года, и дело Марковци и Селиванова против России, № 756/05 и 25761/05, § 29, 23 июля 2009 года). Однако в данном случае государство уклонялось от уплаты долга по судебному решению в течение более чем двух лет и трех месяцев, пока решение не было отменено, ссылаясь, в частности, на нехватку денег, хотя государственный орган не вправе ссылаться на нехватку средств в качестве оправдания невыполнения долга по судебному решению (см. Burdov V. Russia (no. 2), no.33509/04, § 70, ECHR 2009). Что касается возможной отмены решения суда в связи с вновь открывшимися обстоятельствами, то суд повторяет свою установленную прецедентную практику в том смысле, что отмена окончательного и подлежащего исполнению решения суда способом, который не уважает принцип правовой определенности и “право заявителя на суд” (см. выводы суда в пунктах 54 и 55 выше), не может быть принята в качестве основания для оправдания неисполнения решения суда (см. Сухобоков против России, № 75470/01, § 26, 13 апреля 2006 года, и Вельская, цитируемая выше, § 18). Суд приходит к выводу, что, не выполнив приведенное в исполнение решение суда в пользу заявителя, национальные власти нарушили суть его права на обращение в суд и помешали ему получить деньги, которые он мог бы разумно ожидать получить.
60. Таким образом, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 в связи с неисполнением решения суда от 21 декабря 2005 года.
IV. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции в связи с тем, что судебные решения не были публично вынесены.
61. В письме от 24 марта 2009 года заявитель жаловался на основании пункта 1 статьи 6, упомянутого выше, что решения от 3 декабря 2008 года и 11 марта 2009 года не были публично оглашены.
62. Правительство с этим не согласилось. Они утверждали, что заявитель был представлен на обоих соответствующих слушаниях. Резолютивная часть решения от 3 декабря 2008 года была публично оглашена в судебном заседании в присутствии представителей заявителя. Статья 199 Гражданского процессуального кодекса допускала зачитывание только резолютивных частей судебных решений. Копия мотивированного решения суда была вручена заявителю двумя днями позже. Резолютивная часть решения от 11 марта 2009 года в апелляционном производстве была зачитана в судебном заседании, а мотивированное решение было направлено сторонам, в том числе заявителю, 19 марта 2009 года.
63. Заявитель настаивал на своей жалобе.
A. Приемлемость
64. Суд отмечает, что эта жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 а) статьи 35 Конвенции. Он далее отмечает, что она не является неприемлемым ни по каким другим основаниям. Поэтому она должна быть признана приемлемой.
B. По существу дела
65. Ранее суд установил нарушение государством-ответчиком пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с отсутствием публичного доступа к мотивированному решению по гражданскому делу, в котором в открытом судебном заседании была зачитана только резолютивная часть решения, а полный текст решения был подготовлен позже (см. Рякиб Бирюков против России, № 14810/02, § § 28-46, ЕСПЧ 2008, и Мальмберг и другие против России, № 23045/05 и 3 других, § § 43-58, 15 января 2015).
66. Переходя к фактам настоящего заявления и принимая во внимание производство по делу в целом, суд отмечает, что 3 декабря 2008 года Нальчикский городской суд зачитал резолютивную часть соответствующего решения на открытом заседании и через два дня подготовил полный текст своего решения (см. пункты 29 и 30 выше). Аналогичным образом, была зачитана только резолютивная часть решения Апелляционного суда, тогда как копия мотивов этого решения была подготовлена и направлена сторонам десять дней спустя (см. пункты 31 и 32 выше). Имеющиеся в распоряжении суда материалы свидетельствуют о том, что ни первая инстанция, ни апелляционный суд не огласили эти решения публично в полном объеме, и нет никаких доказательств, подтверждающих, что эти решения вообще были доступны общественности. Суд приходит к выводу, что решения вышеупомянутых судов оставались недоступными для общественности, поскольку в то время не существовало иных средств обеспечения гласности, кроме зачитывания резолютивных частей решений в открытом судебном заседании. Возможность предоставить доступ к судебным решениям тем, чьи права и законные интересы были нарушены, была недостаточной для соблюдения требования публичности (см. Мальмберг и другие, упомянутые выше, § § 53-55, с дальнейшими ссылками). Далее суд отмечает, что Федеральный закон от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ, предусматривавший публикацию решений отечественных судов в сети Интернет, вступил в силу 1 июля 2010 года, то есть более чем через год после событий по настоящему делу (см. Мальмберг и др., процитированные выше, § 56).
67. Суд приходит к выводу, что цель, преследуемая пунктом 1 статьи 6 в данном контексте, а именно обеспечение общественного контроля за деятельностью судебных органов в целях обеспечения права на справедливое судебное разбирательство, в данном случае не была достигнута. Доводы судов, которые могли бы объяснить, почему требования заявителя были отклонены, были недоступны общественности.
68. Соответственно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
V. Применение статьи 41 Конвенции
69. Статья 41 Конвенции гласит::
«Если суд установит, что имело место нарушение Конвенции или протоколов к ней, и если внутреннее законодательство соответствующей Высокой Договаривающейся Стороны допускает лишь частичное возмещение ущерба, суд, в случае необходимости, предоставляет потерпевшей стороне справедливое удовлетворение.”
A. Ущерб
70. Заявитель требовал 936 573 российских рубля ((RUB) –приблизительно 13 270 евро (EUR)) в качестве компенсации материального ущерба. Он утверждал, что, поскольку он не получил причитающуюся ему субсидию, сумма, причитающаяся ему в любой премии, должна быть рассчитана по той же формуле, что и в 2002 году, но должна быть обновлена с учетом цен на жилье в 2017 году. Соответственно, заявленная сумма представляет собой среднюю рыночную стоимость одного квадратного метра жилья в Кабардино-Балкарии в четвертом квартале 2017 года (28 381 руб.), умноженную на минимальный размер жилого помещения в соответствии с национальным законодательством (33 квадратных метра). Он также потребовал 20 000 евро в качестве компенсации морального вреда.
71. Правительство оспорило требование о возмещении материального ущерба как чрезмерное и необоснованное, поскольку решение суда в пользу заявителя было отменено и, кроме того, его расчет не был подкреплен никакими доказательствами. Они оспаривали иск о возмещении морального вреда на том основании, что он не соответствует судебной практике суда, и утверждали, что в любом случае ничего не должно быть присуждено по этой статье, поскольку права заявителя не были нарушены.
72. Суд не усматривает причинно-следственной связи между выявленным нарушением и заявленным материальным ущербом, поэтому отклоняет иск об увеличении размера жилищной субсидии в связи с ценами на жилье в 2017 году, как утверждает заявитель. С другой стороны, он отмечает, что решение суда от 21 декабря 2005 года в пользу заявителя так и не было приведено в исполнение. Таким образом, заявитель был лишен возможности получить сумму, которую он законно ожидал получить в соответствии с обязательным и подлежащим исполнению решением, вынесенным национальными судами в его пользу. Соответственно, суд считает целесообразным присудить стороне-заявителю эквивалент в евро суммы, которую заявитель получил бы, если бы решение суда в его пользу не было отменено (см. «Болюх против России», № 19134/05, § 39, 31 июля 2007 года). Таким образом, суд считает, что наследнику заявителя г-ну А. В. Татуеву должно быть выплачено 6 167 евро в связи с материальным ущербом, и отклоняет остальную часть иска по этой статье.
73. Суд далее считает, что 2600 евро должны быть выплачены г-ну А. В. Татуеву в связи с моральным ущербом, и отклоняет остальную часть иска по этой главе.
B. Затраты и издержки
74. Заявитель утверждал, что он понес существенные расходы в национальных судах и суде. Поскольку он не смог представить никаких документов в обоснование иска, он оставил определение суммы на усмотрение суда.
75. Правительство оспорило это утверждение как необоснованное.
76. Согласно судебной практике суда, заявитель имеет право на возмещение расходов и издержек только в той мере, в какой было доказано, что они были фактически и обязательно понесены и являются разумными в количественном отношении. Поскольку заявитель не представил никаких доказательств того, что расходы были фактически и обязательно понесены, суд отклоняет его иск по этой статье.
C. Проценты по умолчанию
77. Суд считает целесообразным, чтобы процентная ставка по дефолту была основана на предельной кредитной ставке Европейского центрального банка, к которой следует добавить три процентных пункта.
По этим причинам суд, единогласно,
1. Постановляет, что наследник заявителя г-н Аслан Владимирович Татуев имеет право продолжить разбирательство вместо покойного заявителя;
2. Объявляет жалобу приемлемой;
3. Считает, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 в связи с отменой решения суда от 21 декабря 2005 года на основании вновь открывшихся обстоятельств;
4. Считает, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 в связи с неисполнением решения суда от 21 декабря 2005 года;
5. Считает, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с отсутствием публичного оглашения решений от 3 декабря 2008 года и 11 марта 2009 года;
6. Постановляет
а) государство-ответчик обязано выплатить наследнику заявителя г-ну А. В. Татуеву в течение трех месяцев следующие суммы, подлежащие конвертации в валюту государства-ответчика по курсу, действующему на дату расчета:
i) 6 167 евро (шесть тысяч сто шестьдесят семь евро) плюс любой налог, который может взиматься в связи с материальным ущербом;
ii) 2600 евро (две тысячи шестьсот евро) плюс любой налог, который может взиматься в связи с моральным ущербом;
(b) что с момента истечения вышеуказанных трех месяцев до момента урегулирования простые проценты выплачиваются на вышеуказанные суммы по ставке, равной предельной кредитной ставке Европейского центрального банка в период дефолта плюс три процентных пункта;
7. Отклоняет оставшуюся часть требования заявителя о справедливом удовлетворении.
Совершено на английском языке и уведомлено в письменной форме 21 июля 2020 года в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
|| Смотреть другие дела по Статье 6 ||
Следите за новостями нашего Центра в социальных сетях:

1 Response

Leave a Reply

Нажмите, чтобы позвонить