echr@cpk42.com
+7 495 123 3447

Дело № 48812/09 "Копыток против России"

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ТРЕТЬЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО КОПЫТОК ПРОТИВ РОССИИ
(Жалоба № 48812/09)
CASE OF KOPYTOK v. RUSSIA
(Application no. 48812/09)
РЕШЕНИЕ
СТРАСБУРГ
15 января 2019 года
Данное решение станет окончательным при обстоятельствах, изложенных в статье 44 § 2 Конвенции. Оно может быть подвергнуто редакционной правке.
В Деле Копыток против России,
Европейский суд по правам человека (третья секция), заседая палатой в составе:
Vincent A. De Gaetano, председатель,
Branko Lubarda,
Helen Keller,
Dmitry Dedov,
Pere Pastor Vilanova,
Alena Poláčková,
María Elósegui, судьи,
и Stephen Phillips, секретать секции,
Обсудив в частном порядке 4 декабря 2018 года,
Выносит следующее решение, которое было принято в этот день:
ПОРЯДОК
1. Дело возникло в заявлении (нет. 48812/09) против Российской Федерации, поданной в суд в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (“Конвенция”) гражданином Российской Федерации г-жой Аллой Николаевной Копыток (“заявитель”) 21 августа 2009 года.
2. Заявителя представляла адвокат г-жа О. Егорова, практикующая в Липецке. Российское правительство (”правительство») первоначально представлял представитель Российской Федерации при Европейском суде по правам человека Г-н г. Матюшкин, а затем его преемник на этом посту г-н М. Гальперин.
3. Заявитель утверждала, в частности, о необоснованном вмешательстве в ее право на мирное пользование своим имуществом.
4. 15 мая 2014 года заявление было направлено в правительство.
ФАКТИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ
I. обстоятельства дела
5. Заявитель родился в 1962 году и проживает в Липецке.
6. 18 сентября 2007 года заявитель подписал частный контракт на покупку квартиры в Липецке. Продавцом была Г-жа Э. М. Т., действовавшая от своего имени и от имени своей несовершеннолетней дочери Марии. Договор предусматривал, что имущество не было “заложено, обременено какими-либо требованиями третьих сторон, оспорено или обременено”.
7. В 1979 году эта квартира была выделена в качестве социального жилья г-же Э. М. Т. и ее мужу г-ну В. А. В. Они жили там с четырьмя детьми: Еленой, Михаилом, Дмитрием и Марией. Михаил и Дмитрий были приговорены к длительным срокам тюремного заключения соответственно в 1998 и 2004 годах и в настоящее время отбывают их. Елена переехала в 1997 году, чтобы продолжить учебу в Дагестан. В 2006 году г-жа Э. М. Т. и Мария стали единоличными собственниками имущества путем приватизации, в то время как г-н В. А. В., Михаил, Дмитрий и Елена письменно отказались реализовать свое право на получение акций приватизированной квартиры.
8. Как продавец Е. М. Т. задержка подачи договора для государственной регистрации, заявитель обратился в суд порядок поддержания ее полной собственностью. Продавец МС Е. М. Т. принес встречный иск. Она заявила, что не может переехать, поскольку покупка новой квартиры для нее и ее дочери Марии еще не завершена. Однако после г-жи Э. М. Т. не явившись в суд, 2 апреля 2008 года Октябрьский районный суд г. Липецка удалил встречный иск и предоставил заявительнице освобождение в виде приказа о принудительной государственной регистрации ее полного права собственности на имущество. 12 ноября 2008 года титул был зарегистрирован.
9. Затем заявитель подала в суд на бывшую владелицу г-жу Э. М. Т. и членов ее семьи, добиваясь прекращения их права пользования квартирой, аннулирования регистрации их проживания по этому адресу и их выселения.
10. 7 апреля 2009 года Октябрьский районный суд частично удовлетворил ее иск. Она распорядилась выселить госпожу Э. М. Т. и Марию, поскольку они больше не являлись владельцами имущества, но отклонила иск в отношении Елены, Михаила и Дмитрия на следующих основаниях:
«По мнению сторон, в оспариваемом имуществе находятся личные вещи и движимое имущество подсудимых [Михаила, Дмитрия и Елены]; из их письменных заявлений следует, что, отказавшись от своей доли оспариваемого имущества во время его приватизации, они не намеревались прекращать пользование квартирой. Поскольку никакого соглашения между собственником оспариваемого имущества и подсудимых о прекращении права пользования жилым помещением, суд считает, что [Михаил, Дмитрий и Елена] имел право пользования на квартиру, которая была идентична [в своей области] в том, что владельца; следовательно, нет правовых оснований для предоставления [заявителя] иск о признании их права пользования квартирой прекращается.
Изменение права собственности на оспариваемое имущество не может служить самостоятельным основанием для прекращения права пользования квартирой …
Довод истца о том, что [Михаил, Дмитрий и Елена] фактически не проживают в оспариваемом имуществе, не может служить самостоятельным основанием для прекращения права пользования квартирой …
Поскольку право пользования квартирой подсудимыми не прекращено, оснований для их выселения нет …”
11. 27 мая 2009 года Липецкий областной суд отклонил апелляционную жалобу заявителя, поддержав решение районного суда.
II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ ВНУТРЕННЕЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО И ПРАКТИКА
A. закон приватизации жилой недвижимости (закон№. 1541-I от 4 июля 1991 года)
12. Приватизация жилой недвижимости определяется как свободная передача жилой недвижимости в собственность социальным арендаторам государственного и муниципального жилья (разделы 1 и 2). Приватизация требует согласия всех проживающих в стране взрослых членов семьи и детей в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет (раздел 2).
Гражданский Кодекс Б.
13. Гражданский кодекс, действующий в настоящее время, гласит следующее::
Статья 131. Государственная регистрация недвижимого имущества
“1. Права собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в Едином государственном реестре … К регистрации подлежат следующие права: право собственности, право хозяйственного контроля, право оперативного управления, право наследуемого владения, право постоянного пользования [земельным участком], ипотека, сервитуты и другие права в случаях, перечисленных в настоящем Кодексе или любом другом законодательном акте …”
Статья 178. Оспоримость ех пипс соглашений, заключаемых как следствие заблуждение
“1. Суд может объявить недействительным ex nunc соглашение, которое было заключено вследствие значительного заблуждения, по просьбе стороны, действующей в соответствии с таким заблуждением …”
Статья 216. Имущественные права лиц, не являющихся собственниками
“1. Вещные права. .. имеются, в частности, следующие: право наследуемого владения земельным участком … ; право постоянного пользования земельным участком … ; [praedial] servitudes … ; право хозяйственного контроля или оперативного управления …
2. Имущественные права могут принадлежать лицам, не являющимся собственниками имущества.
3. Переход права собственности на недвижимость не является основанием для прекращения иных вещных прав на имущество …”
Статья 292. Права членов семьи собственника жилой недвижимости
“1. Члены семьи собственника, проживающие в принадлежащей ему жилой собственности, имеют право пользования ею в соответствии с жилищным законодательством …
2. Передача права собственности на жилой дом или квартиру новому собственнику является основанием для прекращения права пользования жилым имуществом, принадлежащим членам семьи предыдущего собственника, если иное не предусмотрено законом.”
Жилищный Кодекс
14. Жилищный кодекс, действующий в настоящее время, гласит следующее::
Статья 31. Права и обязанности лиц, проживающих совместно с собственником жилой недвижимости
“1. Супруги владельца, дети и родители, проживающие вместе с владельцем в жилом имуществе, которым он владеет, считаются членами его семьи …
2. Члены семьи собственника имеют право пользоваться имуществом так же, как и собственник, если иное не предусмотрено соглашением между собственником и членами семьи …
4. В случае разрыва семейных отношений с собственником имущества бывший член семьи собственника не сохраняет права пользования имуществом, если иное не предусмотрено соглашением между собственником и бывшим членом семьи …”
15. Статья 19 Жилищного кодекса принятие закона (закона нет. 189-ФЗ от 29 декабря 2004 г.) устанавливает, что ст. 31 п. 4 Жилищного кодекса РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого имущества, при условии, что на дату приватизации члены семьи и лица, осуществляющего право на приватизацию имеют те же права пользования собственностью, если иное не предусмотрено законом или договором.
D. Гражданский процессуальный кодекс
16. Статья 446 § 1 содержит перечень видов имущества, не подлежащих принудительному исполнению. Первым пунктом перечня является жилое имущество, принадлежащее должнику, при условии, что оно является единственным местом жительства должника и его семьи.
Е. прецедентное право российских судов
1. Верховный Суд Российской Федерации
17. Раздел вопросов и ответов (Жилищное право) Обзора судебной практики Верховного суда за четвертый квартал 2005 года (утвержден Президиумом Верховного суда 1 марта 2006 года) гласит следующее::
“Вопрос 45. Сохраняет ли бывший член семьи собственника жилой недвижимости, не осуществивший свое право на приватизацию, право пользования жилой недвижимостью бессрочно после смены собственника недвижимости … ?
Ответ. … Согласие физического лица, проживающего совместно с собственником имущества, является обязательным условием приватизации. Следует иметь в виду, что, соглашаясь на приватизацию имущества, физическое лицо предполагает, что его право пользования имуществом будет бессрочным; соответственно, его право должно быть гарантировано при передаче права собственности другой стороне. Любое другое толкование будет нарушением статьи 40 Конституции, которая устанавливает, что каждый имеет право на жилище и никто не может быть произвольно лишен жилища.
… Из этого следует, что бывший член семьи, который на дату приватизации имел права, идентичные правам лица, которое впоследствии стало собственником имущества и которое не осуществило свое право на приватизацию, но согласилось на их осуществление этим другим лицом, не может быть выселен из имущества после смены собственника, поскольку он имеет право пользования имуществом. Необходимо также отметить, что [его] право пользования имуществом не ограничено во времени.”
18. 2 июля 2009 г. Пленум Верховного Суда Российской Федерации издал постановление № 14 О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации. В соответствующей части он предусматривает следующее::
“18. … Пунктом 2 статьи 292 Гражданского кодекса не распространяется на бывших членов семьи собственника … с тех пор, дав свое согласие на приватизацию жилой недвижимости – [при отсутствии] которой приватизация была бы невозможна … — они действовали исходя из того, что сохранят за собой право пользования имуществом на неопределенный срок; соответственно, [их право пользования квартирой] должно учитываться при передаче права собственности на имущество другому лицу по соответствующим основаниям (например, купля-продажа, обмен, дарение, обратная ипотека, наследование).”
2. Конституционный Суд Российской Федерации
19. 24 марта 2015 года Конституционный суд вынес решение по делу господина Богатырева,который приобрел квартиру на аукционе. Первоначальные владельцы, муж и жена, приобрели квартиру у одного из жилищных кооперативов и позднее использовали ее в качестве залога для обеспечения погашения кредита. Они не выплатили кредит, и квартиру продали с аукциона господину Богатыреву. Однако, когда он добивался выселения бывших владельцев и членов их семей, суды согласились выселить родителей, но не их взрослых детей. Отметив, что дети имели право пользования квартирой на момент регистрации права собственности их родителей, суды постановили, что смена собственника не повлияла на их право пользования квартирой.
Конституционный суд постановил, что статья 19 Закона О принятии Жилищного кодекса несовместима с Конституцией в той мере, в какой она подрывает эффективную судебную защиту прав и законных интересов покупателя жилой недвижимости, который не знал и не мог знать о существовании членов семьи бывшего владельца, сохранивших за собой право пользования этой собственностью. Он поручил законодательному органу создать соответствующую правовую базу для обеспечения максимальной прозрачности информации о любых правах третьих лиц на имущество, в том числе путем введения государственной регистрации таких прав и интересов в имуществе.
ЗАКОН
I. предполагаемое нарушение статьи 1 Протокола № 1
20. Заявитель жаловалась на нарушение ее права на мирное пользование своим имуществом в связи с тем, что национальные суды установили, что не связанные с ней третьи стороны имеют право постоянного пользования ее имуществом. Статья 1 Протокола № 1 к Конвенции гласит:
“Каждое физическое или юридическое лицо имеет право беспрепятственно пользоваться своим имуществом. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.
Однако предыдущие положения ни в коей мере не ущемляют право государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему считает необходимым контролировать использование имущества в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов.”
А. Допустимость
21. Правительство утверждало, что заявитель не исчерпал эффективные внутренние средства правовой защиты. Ей следовало бы обратиться в суд с просьбой объявить договор купли-продажи недействительным ex nunc на основании статьи 178 Гражданского кодекса, которая предусматривает признание недействительными договоров, заключенных вследствие ошибочного представления, и вернуть ей покупную цену.
22. Заявитель утверждала, что ее иск о полном праве собственности был поддержан национальными судами, решения которых являются окончательными и подлежат исполнению. Она далее указала, что, даже если меры, предложенные правительством, были успешными, покупные деньги не могли быть возвращены. Г-жа Э. М. Т. использовала его для покупки новой квартиры для себя и своей дочери, и российское законодательство запрещает принудительное исполнение долга по решению суда, когда жилье является единственным местом жительства должника (см. пункт 16 выше).
23. Суд повторяет, что средство правовой защиты, которое, по мнению правительства, заявитель должна была исчерпать, должно было быть способно обеспечить возмещение в отношении ее жалоб и обеспечить разумные перспективы успеха (см. Selmouni V. France [GC], no. 25803/94, § 76, ECHR 1999-V). В данном случае заявительница получила вступившее в законную силу судебное решение, устанавливающее ее полное и ясное право собственности на имущество (см. пункт 8 выше, сравнить дело Гладышева против России, нет. 7097/10, § 61, 6 декабря 2011 года). Противная сторона не оспорила это решение в порядке апелляции,и право собственности заявителя на имущество было зарегистрировано в Государственном реестре.
24. Если исходить из того, что предлагаемое правительством средство правовой защиты открывает какие – либо перспективы успеха, – даже если оно не подкрепляет свою претензию какими-либо примерами того, как это положение толкуется и применяется на практике, — оно может сделать только это, изменив правовые последствия договора купли-продажи и вернув стороны к их первоначальному положению. Однако нет никаких указаний на то, что заявитель когда-либо хотела лишить себя права собственности на приобретенное ею имущество или восстановить status quo ante. Напротив, она жаловалась на тот факт, что якобы несовершенная правовая база и судебные решения позволили установить иски третьих сторон к ее приобретенному имуществу ex post facto после того, как ее полное право собственности уже было зарегистрировано. Положение, на которое ссылается правительство, не позволило бы судам рассмотреть эту жалобу. Соответственно, от заявителя не требовалось исчерпания этого средства правовой защиты и что возражение правительства должно быть отклонено.
25. Суд считает, что эта жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 а) статьи 35 Конвенции. Он далее отмечает, что жалоба не является неприемлемой по любым другим основаниям. Поэтому она должна быть признана приемлемой.
Б. Существу
26. Правительство утверждало, что это дело было надлежащим образом рассмотрено национальными судами. В соответствии с резолюцией no. 14 Пленума Верховного Суда РФ от 2 июля 2009 года смена собственника не прекращала права постоянного пользования квартирой, которое Елена, Михаил, Дмитрий получили в связи с отказом от участия в ее приватизации. Конституция России гарантирует право на жилище каждому, в том числе бывшим осужденным. Правительство утверждало, что суд не должен действовать в качестве “суда четвертой инстанции” и пересматривать факты дела и давать толкование национального законодательства.
27. Заявитель указала, что постановление Пленума Верховного суда было опубликовано после того, как суд первой инстанции уже вынес решение по ее делу. Кроме того, она является не источником права, а сводом рекомендаций для судов низшей инстанции. Единственное применимое положение было изложено в статье 292 § 2 Гражданского кодекса, которая предусматривает прекращение любых прав бывших членов семьи после смены собственника. Е. М. Т. купив новую квартиру в другом месте, другие члены ее семьи, включая взрослых детей, после освобождения из тюрьмы смогут продолжать жить с ней там.
28. Общие принципы, касающиеся защиты собственности, прочно закреплены в судебной практике Суда (см. Гладышева, цитируемая выше, §§ 64-68).
29. Не оспаривается, что заявительница является законной владелицей квартиры, которая являлась ее “собственностью” по смыслу статьи 1 Протокола № 1. В отличие от Гладышевой, ее право собственности на квартиру не оспаривалось и не аннулировалось. Она жаловалась на тот факт, что в результате решений российских судов то, что, по ее мнению, являлось ее полным и ясным титулом, было обременено правом пользования, которое было предоставлено детям продавца и о котором она ранее не знала. Поэтому это дело следует отличать от тех дел, в которых заявителям было известно о том, что имущество было обременено ограничениями при его покупке (см. Lacz V.Poland (dec.), нет. 22665/02, 23 июня 2009 года, и Кассар В. Мальта, нет. 50570/13, §§ 44-48, 30 января 2018 года).
30. Суд постановил, что “право использования” физических лиц за жилье и движимое имущество, может ли бессрочный или временный, представляет существенный экономический интерес и представляет собой “владение” по смыслу статьи 1 Протокола № 1 (см. Чирагов и другие против Армении [ГК], нет. 13216/05, § 147, ЕСПЧ 2015). И наоборот, в той мере, в какой такое право пользования было заявлено в отношении собственности заявителя, оно должно было повлиять на ее рыночную стоимость и подорвать ее способность использовать квартиру в соответствии с запланированной целью, то есть в качестве основного места жительства ее самой и ее семьи. Таким образом, имело место вмешательство в “имущество” заявителя, которое суд считает целесообразным рассмотреть в свете общей нормы статьи 1 Протокола № 1 (см. Гладышева, цитируемая выше, § 71).
31. Жалоба заявителя касается особого рода доли в имуществе, которое, согласно решениям национальных судов, было создано при переходе квартиры из социальной в частную собственность. В этот момент двое из шести членов семьи (мать и младшая дочь) приобрели право собственности на квартиру, в то время как другие члены семьи отказались воспользоваться этим правом (см. пункт 7 выше). Согласно решениям судов, они сделали это исходя из того, что смогут пользоваться квартирой неограниченное время (см. пункт 10 выше). Суды исходят из этого предположения в правовой форме права пользования, которое закреплено за квартирой и продолжает существовать, несмотря на любые возможные изменения в праве собственности.
32. Суд признает, что создание права пользования, предоставляемого тем членам домохозяйства, которые не получили выгоды от приватизации, могло бы преследовать действительную цель социальной политики, заключающуюся в защите жилищных прав уязвимых лиц и предотвращении бездомности. Остается определить, соблюдаются ли при этом принцип законности и нанес необходимый баланс между защитой права собственности и требованиями общего интереса. В этой связи суд вновь заявляет, что необходимый баланс не будет достигнут, если соответствующий собственник имущества должен будет нести “индивидуальное и чрезмерное бремя”.
33. Что касается правовых оснований для вмешательства, то суд отмечает, что право пользования жилой недвижимостью прямо не упоминается и не регулируется российским законодательством (см. перечень имущественных прав в статье 216 Гражданского кодекса РФ, цитируемый в пункте 13 выше). Статья 292 Гражданского кодекса устанавливает, как общее правило, что право пользования, предоставляемое членам семьи владельца квартиры, не сохраняется после смены собственника, “если законом не предусмотрено иное” (см. пункт 13 выше). Однако из существующего свода правовых норм такого положения не вытекает. Статья 31 § 4 Жилищного кодекса и Статья 19 Закона О введении в действие Жилищного кодекса касаются иного рода ситуаций, а именно разрыва семейных отношений между нынешним владельцем имущества и лицами, проживающими с ним под одной крышей, а не смены собственника (см. пункты 14 и 15 выше).
34. Однако, по крайней мере, с 2005 года Верховный суд истолковывает статью 19 Закона О принятии Жилищного кодекса как создающую исключение из общего правила статьи 292 § 2 Гражданского кодекса и гарантирующую право пользования членам семьи предыдущего владельца, которые не могли воспользоваться преимуществами приватизации (см. пункты 17 и 18 выше). Суд повторяет, что требование предсказуемости, которая термин “закон” предполагает, не может быть истолкована как запрет постепенное прояснение правил посредством судебного толкования от дела к делу, при условии, что результирующая развития по-прежнему соответствует сущности данного положения и могло бы разумно предвидеть (см. ОАО Нефтяная компания ЮКОС против России, нет. 14902/04, §§ 568-69, 20 сентября 2011 года). В той мере, в какой общее правило в пункте 2 статьи 292 было существенно изменено постановлениями Верховного суда, которые не имеют качества “статута”, требуемого согласно этому положению, суд считает, что такое развитие правовой базы, как представляется, не было ясным или предсказуемым. Это явное отсутствие предсказуемости будет иметь значение для анализа того, пришлось ли заявителю нести чрезмерное бремя.
35. По вопросу о том, могла ли заявительница разумно предвидеть, что ее право собственности на имущество будет обременено претензиями третьих сторон, суд отмечает, что до подписания договора она убедилась в том, что трое взрослых детей больше не жили в квартире (см. пункт 7 выше). Она также получила копии заверенные заявления, в которых они дали согласие на приватизацию в пользу своей матери и младшей дочери и отказался воспользоваться этим правом от своего имени. Контракта предусмотрено, что недвижимость свободна от любых претензий третьих сторон (см. пункт 6 выше). Однако существующая правовая база, как представляется, не позволила ей проверить правильность этих положений.
36. Российские власти ведут комплексный реестр имущества для регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, включая сведения о праве собственности, имущественных правах, ипотеке, сервитутах и других элементах, необходимых для установления имущественных и непосессорных интересов в имуществе (см. статью 131 Гражданского кодекса, приведенную в пункте 13 выше). Тем не менее, не было предусмотрено никакой формы регистрации права пользования, предоставляемого лицам, которые не могли воспользоваться приватизацией. В результате потенциальный покупатель, например заявитель, не мог обоснованно полагаться на информацию, содержащуюся в государственном реестре собственности, для установления того, что собственность свободна от претензий или обременений третьих сторон. В этой связи уместно отметить, что Конституционный Суд пришел к выводу о том, что существующие рамки, регулирующие права на постоянное пользование, принадлежащие бывшим членам семьи, не являются транспарентными и что отсутствие регистрации этих прав нарушает баланс в отношении нового владельца. Он также поручил законодательному органу разработать механизм регистрации таких имущественных интересов (см. пункт 19 выше).
37. Как оказалось, наличие каких-либо имущественных интересов не возникло в ходе первого раунда разбирательства, в ходе которого было поддержано требование заявителя о полном и ясном правовом титуле. Это разбирательство проводилось в отсутствие продавца, который не проявил интереса к предъявлению заявителю встречного иска или оспариванию его результатов в порядке апелляции (см. пункт 8 выше). Только после того, как заявитель подал ходатайство о выселении семьи бывших владельцев, вопрос об их праве на использование был поднят впервые. В ходе этих разбирательств суды истолковывали наличие личных вещей взрослых детей в оспариваемой квартире как свидетельство их намерения продолжать там жить. Заявитель не мог предвидеть, какое решающее значение будет придаваться этому личному имуществу, характер которого не был указан. Даже если бы она могла, она не смогла бы просмотреть вещи владельцев, прежде чем подписать контракт, пытаясь установить, содержат ли они чьи-либо предметы, способные оправдать их право на использование квартиры. В этих обстоятельствах суд не может установить, что заявитель не проявил достаточной должной осмотрительности до заключения договора (сравните Cassar, приведенное выше).
38. С учетом вышеизложенного, принимая во внимание, в частности, недостаточной правовой базы, которая препятствовала заявителю, который проявил разумную осмотрительность для установления сохранившихся имущественных интересов до вступления в право собственности на недвижимость, суд приходит к выводу, что справедливый баланс не был достигнут между требованиями общего интереса общества и требованиями защиты основных прав и что бремя, возложенное на заявителя была чрезмерной.
39. Таким образом, имело место нарушение статьи 1 Протокола № 1.
II. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 8 КОНВЕНЦИИ
40. Заявитель жаловалась на то, что в силу решений национальных судов она вынуждена была принимать в своем доме посторонних лиц. Она ссылалась на статью 8 Конвенции, которая гласит:
“1. Каждый имеет право уважать его … домашний. ..”
41. Правительство утверждало, что нарушения статьи 8 Конвенции не было, поскольку на тот момент заявитель являлся владельцем другой квартиры в Липецке. Заявительница ответила, что она жила вместе со своим мужем и детьми в квартире, которую она приобрела у E. M. T., В то время как другая квартира, на которую ссылается правительство, была занята ее матерью.
42. Суд удовлетворен тем, что квартира, в которой проживала заявительница и ее семья, была ее “домом”. Он вновь заявляет, что совместное проживание с незваными незнакомцами, независимо от того, насколько разумно они себя ведут, создает очень важные последствия для частной жизни человека, защищаемой статьей 8. Соответственно, когда государство-член принимает правовые рамки, обязывающие частное лицо, по той или иной причине, чтобы разделить его или ее дом с лица его или ее семьи, она должна поставить на место тщательный правил и надлежащих процессуальных гарантий, позволяющих всем заинтересованным сторонам для защиты своих интересов Конвенции (см. Ирина Смирнова против Украины, нет. 1870/05, § 94, 13 октября 2016 года).
43. Однако, в отличие от ситуации, сложившейся в том случае, когда посторонние лица фактически въехали в квартиру заявительницы, взломав замки, неоднократно жестоко обращались с ней и сдавали часть квартиры в аренду жильцам, в данном случае нет никаких признаков того, что кто-либо из трех взрослых детей бывших владельцев пытался осуществить свое право постоянного пользования квартирой заявительницы. Хотя заявитель имел законные опасения вторжения посторонних людей, ее опасения не оправдались и порог, необходимый для защиты статьи 8 применять не достиг.
44. Соответственно, данная жалоба является явно необоснованной и должна быть отклонена в соответствии со статьей 35 §§ 3 (A) и 4 Конвенции.
III. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ
45. Статья 41 Конвенции предусматривает:
“Если суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного возмещения, суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне.”
Повреждения А.
46. Заявитель требовал 100 000 евро (EUR) в связи с моральным ущербом.
47. Правительство заявило, что компенсация присуждаться не должна, поскольку не было нарушений прав заявителя.
48. Суд присуждает заявителю 5000 евро в качестве компенсации морального ущерба, плюс любой налог,который может взиматься.
B. судебные расходы и издержки
49. Заявитель также потребовал 7404 евро на покрытие судебных и почтовых расходов, понесенных в национальных судах и суде. Она просила, чтобы премия по этому разделу была выплачена на счет ее представителя.
50. Правительство утверждало, что, по их мнению, квитанции, представленные заявителем, не были связаны с разбирательством в суде. Она не представила в суд контракт на юридические услуги со своим представителем.
51. В соответствии с прецедентной практикой суда, заявитель имеет право на возмещение расходов и издержек только в той мере, показано, что они были действительно понесены, и являются разумными. В данном случае, учитывая имеющиеся в его распоряжении документы и вышеуказанные критерии, суд считает разумным присудить сумму в размере 1500 евро, покрывающую расходы по всем статьям, плюс любой налог, который может взиматься с заявителя.
Проценты по умолчанию
52. Суд считает целесообразным, чтобы процентная ставка по умолчанию основывалась на предельной кредитной ставке Европейского центрального банка, к которой следует добавить три процентных пункта.
ПО ЭТИМ ПРИЧИНАМ СУД ЕДИНОГЛАСНО,
1. Объявляет жалобы, касающиеся предполагаемого нарушения права заявителя на мирное пользование своим имуществом, приемлемыми, а остальную часть заявления-неприемлемыми;
2. Постановил, что имело место нарушение статьи 1 Протокола № 1;
3. Постановил:
(а) что государство-ответчик должно выплатить заявителю, в течение трех месяцев с даты, на которую решение становится окончательным в соответствии с Статья 44 § 2 Конвенции, следующие суммы, переведенные в валюту государства-ответчика по курсу на дата урегулирования:
i) 5000 евро (пять тысяч евро) плюс любой налог, который может взиматься в связи с моральным ущербом;
(ii) 1500 евро (одна тысяча пятьсот евро), плюс любой налог, который может взиматься с заявителя, в отношении расходов и издержек;
(b) что по истечении вышеупомянутых трех месяцев до выплаты взимается простой процент на вышеуказанную сумму по ставке, равной предельной кредитной ставке Европейского центрального банка в период просрочки платежа плюс три процентных пункта;
4. Отклоняет остальные требования заявителя о справедливом удовлетворении.
Совершено на английском языке и уведомлено в письменной форме 15 января 2019 года в соответствии с правилом 77 §§ 2 и 3 Регламента Суда.
Стивен Филлипс Секретарь
ВинсентА. Де Гаэтано Председатель

||   Смотреть другие дела по Статье 1 Протокола №1  ||

3 Responses

  1. Pingback : 24 июня 2019 года, Большая палата в составе коллегии из пяти судей рассмотрит 15 жалоб. | Помощь для желающих обратиться в Европейский суд по пра

    1. Екатерина

      Здравствуйте, Василий! Данное решение представлено в техническом переводе для ознакомления. С текстом оригинального решения можете ознакомиться по ссылке: https://hudoc.echr.coe.int/eng#

Leave a Reply