echr@cpk42.com
+7 495 123 3447

Дело № 9305/08 "Дубинкин против России"

ТРЕТЬЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО ДУБИНКИН ПРОТИВ РОССИИ
ЖАЛОБА № 9305/08
AFFAIRE DUBINKIN c. RUSSIE
(Requête no 9305/08)
РЕШЕНИЕ
СТРАСТБУРГ
8 января 2019

Это решение является окончательным. Он может подвергаться корректировке формы.

По делу Дубинкин против России,
Европейский суд по правам человека (третий раздел), состоящий из :
Branko Lubarda, председатель,
Pere Pastor Vilanova,
Georgios A. Serghides, судьи,
и de Fatoş Aracı, заместитель секретаря секции,

После обсуждения в Совете 4 декабря 2018 года,
Делает решение, которое вот, принято на эту дату:

ПРОЦЕДУРА

1. В основу дела положена жалоба (№9305/08), направленная против Российской Федерации, гражданином которой является г-н Александр Степанович Дубинкин (« заявитель »), 14 января 2008 года в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (« Конвенция») обратился в суд.
2. Правительство Российской Федерации (»Правительство») было представлено его агентом г-ном г. Матюшкиным, бывшим представителем Российской Федерации при Европейском суде по правам человека, а затем его нынешним представителем г-ном М. Гальперином.
3. 25 ноября 2010 года жалоба была препровождена правительству.

ФАКТИЧЕСКИ
Обстоятельства дела

4. Заявитель родился в 1958 году и содержится под стражей в Арейском.

А. уголовное судопроизводство, направленное против заявителя

1. Предварительное расследование

5. 5 марта 2006 года заявитель был арестован и помещен в следственный изолятор полицейского участка Совецкого района Красноярска («ИВС Совецкий»). В тот же день он пришел к признанию и заявил, что 4 марта 2006 года совершил вооруженное ограбление с Р., его сообщником.
6. Также 5 марта 2006 года в 22 ч. 00 м. был составлен протокол об аресте заявителя. Из копии этого протокола, представленного правительством, следует, что заявителю было сообщено о его правах, в том числе о его праве знать подозрения в отношении заявителя, хранить молчание и пользоваться услугами назначенного адвоката, и что заявитель не высказал никаких возражений против его ареста.
7. 6 марта 2006 года во время допроса заявитель, которому помогал адвокат, назначенный по назначению, Ме Б., подтвердил свое признание.
8. 7 марта 2006 года Советский районный суд города Красноярска (« Советский районный суд ») разрешил содержание заявителя под стражей до суда.
9. 9 марта 2006 года заявитель был переведен в следственный изолятор № IZ 24/1 города Красноярска (« следственный изолятор »).
10. 13 марта 2006 года заявитель, при содействии адвоката Б., уведомил о своем обвинении в вооруженном ограблении. В тот же день с 14 ч. 05 м. до 14 ч. 20 м.
11. Кроме того, 13 марта 2006 года заявитель подал дополнительные признания и 15 февраля 2006 года заявил о том, что он совершил насильственное ограбление со своим сообщником Р.
12. 14 марта 2006 года во время допроса заявитель, которому помогал адвокат Б., подтвердил это признание.
13. 18 апреля 2006 года заявитель сообщил о своем обвинении в насильственном краже. В тот же день с 17 ч. 10 м. до 17 ч. 45 м. Правительство представило рукописную записку заявителя от 18 апреля 2006 года, в которой он сообщил об отказе в помощи адвоката при уведомлении об обвинениях и его допросе, проведенном в тот же день, и заявил, что его показания могут быть использованы позднее в качестве доказательств в ходе уголовного разбирательства.

2. Первый судебный процесс

14. 17 мая 2006 года уголовное дело, возбужденное против заявителя и его сообвиняемого р., было передано на рассмотрение суда.
15. 7 июля 2006 года Советский районный суд города Красноярска (»Советский районный суд») приговорил заявителя к главному воровству с применением насилия. Для того чтобы прийти к заключению заявителя о виновности в вооруженном ограблении, суд опирался на ряд иждивенцев, включая признание заявителя от 5 марта 2006 года и протокол его допроса от 6 марта 2006 года.
16. Постановлением от 2 ноября 2006 года Красноярский областной суд частично изменил решение суда первой инстанции в отношении частичного освобождения заявителя и распорядился о пересмотре дела. Таким образом, решение от 7 июля 2006 года стало окончательным в его части в отношении осуждения заявителя начальника вооруженного ограбления.

3. Второй суд

17. В рамках второго судебного разбирательства, в ходе которого различные назначенные адвокаты, Mes S., Sm. К. и Ф., последовательно посещали заявителя, суд Совецкого района провел несколько слушаний от 23 ноября и 19 декабря 2006 года, 19 февраля, 7 и 30 марта, 19 апреля, 19 и 27 июля, 21 ноября и 11 декабря 2007 года и 11 января 2008 года.
18. В ходе слушаний 19 февраля и 30 марта 2007 года суд рассмотрел признание заявителя от 13 марта 2006 года, а также протоколы его допроса от 14 марта 2006 года. Заявитель ходатайствовал об исключении таких признаний и протоколов из представленных ему доказательств. Суд заслушал следователя К., который заявил, что он провел допрос заявителя 14 марта 2006 года в присутствии адвоката Б.
19. Постановлением от 30 марта 2007 года суд Совецкого района отклонил ходатайство заявителя. Он указал, что утверждения последнего об отсутствии адвоката Б. При допросе 14 марта 2006 года были необоснованными с учетом заявлений следователя К. Он также отклонил утверждения заявителя о якобы непреднамеренном характере его признания от 13 марта 2006 года на том основании, что он поддерживал их в присутствии адвоката во время допроса 14 марта 2006 года и в то время не высказывал каких-либо жалоб в связи с применением какого-либо принуждения к нему.
20. Постановлением от 11 января 2008 года суд Совецкого района признал заявителя виновным в насильственном ограблении и приговорил его к 13 годам тюремного заключения.
21. 25 марта 2008 года Красноярский областной суд провел слушание по апелляции, в котором заявитель участвовал в видеоконференции. По завершении этого слушания она обжаловала решение от 11 января 2008 года. Данное лицо утверждает в суде, что оно обратилось с просьбой о помощи адвоката в ходе слушания дела, однако это ходатайство не было принято во внимание региональным судом.

В. условия содержания под стражей заявителя

1. ИВС Советский
22. С 5 по 8 марта 2006 года заявитель был помещен в ИВС Совецкий.
Заявитель утверждает, что вместе с шестью другими лицами он был помещен в камеру № 2 площадью от 8 до 10 м2. По его словам, не было ни туалета, ни доступа к проточной или питьевой воде, и камера была плохо освещена и плохо проветривается.
23. Правительство сообщает, что заявитель был задержан в IVs Sovetski в указанные выше даты в камере № 2. По его словам, он был 16 м2 и имел четыре кровати. Правительство утверждает, что 5 марта 2006 года заявитель был задержан вместе с четырьмя другими лицами и пятью другими лицами в период с 6 по 8 марта 2006 года.

2. Остановка Дом № IZ-24/1
24. Заявитель излагает свои условия содержания под стражей в следственном изоляторе noIZ 24/1 следующим образом : камеры были переполнены ; например, в камере площадью 30-36 м2 содержалось от 20 до 28 заключенных ; на кроватях не было металлических матрасов и постельных принадлежностей ; заключенным запрещается спать в течение дня под угрозой изоляции. В обоснование своих утверждений в суде заявитель представил письменные показания одного из своих сокамерников.
25. Правительство утверждает, что ячейки, занимаемые заявителем в следственном изоляторе, имели площадь, соответствующую международным стандартам, и что они были оснащены всем необходимым оборудованием и удобствами (кровать, умывальник, стол и т. д.). Он также утверждает, что заявитель пользовался прогулками на открытом воздухе.

3. Помещения суда Совесткого района
26. Заявитель излагает свои условия содержания под стражей в помещениях суда Совецкого района следующим образом : в течение короткого периода времени он содержался в камерах площадью от 4 до 8 м2 и содержался в камерах от 4 до 12 человек ; эти камеры не были оборудованы ни санитарными средствами, ни мебелью ; заключенные не могли просто сидеть на полу ; камеры были темными и не имели вентиляции или окон ; ; перед тем, как заключенные были помещены в камеру, они должны были снять свои пальто и обувь и передать любые документы или материалы, которые они сообщили из центра содержания под стражей.
27. Правительство утверждает, что в помещениях суда Совесткого округа было три камеры, и каждая из них имела площадь 5,25 м2. Он признает, что в этих камерах нет окон, но утверждает, что они были вентилируемыми. Он также говорит, что задержанные могут посещать туалеты три раза в день, а также по их просьбе. Правительство представило свидетельство председателя Совецкого районного суда от 22 февраля 2011 года, в котором указывается, что площадь камер составляет 4 кв. м. Каждый, что число лиц, содержащихся в этих камерах на дату перевода заявителя в помещения суда (в целом пятнадцать переводов), составляет от шести до семнадцати человек и что женщины содержатся отдельно от мужчин.

ПО ЗАКОНУ
I. о предполагаемом нарушении статьи 3 Конвенции, взятом в одиночку и в сочетании со статьей 13 Конвенции

28. Заявитель утверждает, что его условия содержания под стражей в IVs Sovetski, в следственном изоляторе и в камерах в помещениях суда Совецкого района представляли собой бесчеловечное и унижающее достоинство обращение. Он ссылается на статью 3 Конвенции, взятую в одиночку и в сочетании со статьей 13 Конвенции. Таким образом, эти два положения делятся на соответствующие части в данном случае :
Статья 3
«Никто не может подвергаться пыткам или бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию. »
Статья 13
«Любое лицо, чьи права и свободы признаются в (…) Конвенция была нарушена, имеет право на эффективное средство правовой защиты в Национальном суде, несмотря на то, что нарушение было совершено лицами, действующими при исполнении своих служебных обязанностей.»

А. Аргументы сторон
29. Ссылаясь на свою версию фактов (пункты 23, 25 и 27 выше), правительство утверждает, что спорные условия содержания под стражей не являются жестоким обращением.
30. Заявитель сохраняет свою жалобу.

Оценка суда

1. О приемлемости
31. Признавая, что эти утверждения не являются явно необоснованными по смыслу пункта 3 а) статьи 35 Конвенции и что они не сталкиваются с какими-либо другими причинами неприемлемости, суд объявляет их приемлемыми.
2. На дне
а) о предполагаемом нарушении статьи 3 Конвенции
32. Суд напоминает о том, что он уже заключил во многих делах о нарушении статьи 3 Конвенции в связи с условиями содержания под стражей в следственных изоляторах (см., например, Дудченко против России, № 37717/05, § § 116 123, 7 ноября 2017 года, Вяткин против России, № 18813/06, § § 36 44, 11 апреля 2013 года, Майзит против России, № 63378/00, § § 34 43, 20 января 2005 года, Ананьев и другие против России, № 42525/07 и §§ 160 166, 10 января 2012 года, Зентсов и другие против России, № 35297/05, §§ 38 45, 23 октября 2012 года, и Колунов против Российской Федерации. (См., Например, Идалов против России (№2), № 41858/08, § § 105 109, 13 декабря 2016, Сергеев против России, № 41090/05, §§ 48 51, 6 октября 2015, Шкарупа против России, № 36461/05, §§ 54 57, 15 января 2015, и Шишков против России, № 26746/05, § 89 94, 20 февраля 2014), а также в камерах, расположенных в судебных помещениях (Эскерханов и другие против России, № 18496/16 и 2 другие, § § 41 42, 25 июля 2017 года, Светлана Казмина против России, № 8609/04, §§ 77 78, 2 декабря 2010 года, и Старокадомский против России. Федерации, № 42239/02, § 57, 31 июля 2008 года).
33. В данном случае, учитывая имеющиеся в его распоряжении элементы, суд считает, что правительство не выдвинуло каких-либо фактов или прав, которые могли бы убедить его прийти к другому выводу в данном случае.
34. Что касается описания условий содержания заявителя в ИВС-Совецком и в следственном изоляторе noIZ-24/1, то суд отмечает, что правительство не представило подлинников записей о лицах, содержащихся под стражей в соответствующих учреждениях. Поэтому она считает, что правительство не выполнило бремя доказывания и не опровергло убедительных утверждений заявителя о том, что он содержался под стражей в условиях, противоречащих статье 3 Конвенции.
35. Что касается условий содержания под стражей в камерах суда Совецкого района, то суд отмечает, что, согласно свидетельству председателя этого суда, представленному правительством, заявитель располагал в камерах площадью от 0,90 до 3 м2, которые не имели окон и не допускали свободного доступа в туалет. Она считает, что в целом эти условия содержания под стражей заявителя в следственном изоляторе превысили порог строгости в качестве бесчеловечного и унижающего достоинство обращения.
36. В свете своей судебной практики в этой области (пункт 32 выше) и выводов относительно обоснованности утверждений заявителя (пункты 33-35 выше) суд считает, что условия содержания заявителя в ИВС Совецком, в следственном изоляторе noIZ-24/1 и в камерах окружного суда Совецкого представляли собой бесчеловечное и унижающее достоинство обращение. Таким образом, имело место нарушение статьи 3 Конвенции.
b) О предполагаемом нарушении статьи 13 Конвенции
37. В свете своих выводов, содержащихся в пункте 36 выше, относительно нарушения статьи 3 Конвенции в связи с условиями содержания под стражей заявителя суд считает, что жалоба, содержащаяся в статье 13 Конвенции, является « ответной » (см. Ананьев и др., пункт 93).
38. Суд напоминает, что в своем решении по делу Ананьева и других (упомянутом выше) он пришел к выводу о том, что российская правовая система не предоставляет эффективных внутренних средств правовой защиты для подачи жалобы на условия содержания под стражей в следственных изоляторах (§§ 100 119). Кроме того, суд пришел к такому же выводу в отношении жалоб, касающихся, с одной стороны, условий содержания под стражей в следственном изоляторе (см. Шкарупа, пункт 60), с другой стороны, условий перевозки задержанных (M. S. V.Russia, no. 8589/08, § § 80 86, 10 июля 2014 г.). В данном случае суд считает, что правительство не выдвинуло каких-либо фактов или прав, которые могли бы убедить его прийти к другому выводу по данному делу.
39. Таким образом, имело место нарушение статьи 13 Конвенции.

II. О предполагаемом нарушении статьи 6 Конвенции
40. Заявитель утверждает, что он был лишен права на справедливое судебное разбирательство в связи с использованием его признаний и заявлений, полученных в ходе предварительного следствия, которые, по его словам, он сделал в отсутствие адвоката. Он также жалуется на то, что у него не было времени для подготовки своей защиты во время второго судебного разбирательства в суде первой инстанции. Кроме того, он утверждает, что адвокаты, назначенные по собственной инициативе в ходе судебного разбирательства, не оказывали ему эффективной правовой помощи. Наконец, он жалуется на то, что на апелляционном слушании 25 марта 2008 года ему не была оказана правовая помощь. Заявитель ссылается на пункт 1, 3 (b) и (C) статьи 6 Конвенции, который гласит: :
« 1. Каждый человек имеет право на справедливое разбирательство его дела (… судом (…) кто примет решение (…) обоснованность любого уголовного обвинения против него (…).
(…)
3. Любой обвиняемый имеет следующие права :
(…)
b) наличие времени и возможностей для подготовки своей защиты ;
c)самозащита или помощь защитника по своему выбору и, если он не имеет средств для оплаты услуг защитника, его право на бесплатную помощь адвоката по своему выбору, когда этого требуют интересы правосудия ;
(…) »

А. аргументы сторон
41. Что касается признаний и заявлений заявителя, сделанных в ходе предварительного следствия и их использования в уголовном процессе, направленном против него, то правительство утверждает, что национальные суды тщательно рассмотрели утверждения заявителя по этому вопросу и отвергли их в качестве необоснованных. Он указывает, что они, в частности, установили, что заявитель был должным образом представлен адвокатом В. во время допроса, состоявшегося 14 марта 2006 года – допроса, в ходе которого соответствующее лицо подтвердило свое признание накануне, – и они пришли к выводу о том, что во время допроса, состоявшегося 18 апреля 2006 года, оно отказалось от добровольной помощи адвоката после того, как ему было должным образом сообщено о его процедурных правах, включая право на помощь адвоката и право не давать показания против себя. Затем правительство утверждает, что у заявителя было время, необходимое для подготовки его защиты, в связи с тем, что в ходе второго судебного разбирательства по его делу прошло время между слушаниями. Что касается жалобы на неэффективность правовой помощи, предоставляемой адвокатами, назначенными на этапе судебного рассмотрения уголовного дела, то правительство сообщает, что заявитель не смог поднять эту жалобу в Апелляционный суд, и предлагает суду отклонить жалобу в связи с неисчерпанием внутренних средств правовой защиты. Наконец, Что касается жалобы на отсутствие юридической помощи в ходе апелляционного слушания 25 марта 2008 года, то правительство утверждает, что заявитель не обратился с просьбой о предоставлении ему адвоката.
42. Заявитель сохраняет свои жалобы.

Оценка суда

1. О приемлемости
43. Суд с самого начала отмечает, что заявитель не поднял жалобу в связи с неэффективностью правовой помощи назначенных ему адвокатов во время второго судебного разбирательства в суде первой инстанции в его апелляции на решение от 11 января 2008 года. Таким образом, она принимает возражение против неприемлемости, выдвинутое правительством в этом качестве, и отвергает эту жалобу в связи с неисчерпанием внутренних средств правовой защиты в соответствии с § 1 и 3 статьи 35 Конвенции.
44. Что касается утверждения заявителя об использовании его признаний от 5 марта 2006 года, а также протокола его допроса от 6 марта 2006 года в ходе уголовного процесса, направленного против него, то суд констатирует, что эти документы в уголовном деле были допущены к судебному разбирательству в качестве доказательств вины лица, виновного в совершении вооруженного ограбления, и что приговор заявителя в этой связи стал окончательным 2 ноября 2006 года (пункты 15 16 выше), или более чем за шесть месяцев до даты представления настоящей просьбы, т. е. 14 января 2008 года. Из этого следует, что эта часть жалобы должна быть отклонена за опоздание в соответствии с пунктом 1 статьи 35 Конвенции.
45. Что касается утверждения заявителя об использовании его признаний от 13 марта 2006 года, а также протоколов допросов от 14 марта и 18 апреля 2006 года в ходе второго уголовного процесса, то суд отмечает, что по состоянию на 13 марта 2006 года он был информирован о своих процедурных правах, включая право на помощь адвоката, назначенного по собственной инициативе, и право не давать показания против себя три раза, в том числе дважды в присутствии назначенного адвоката Б. (пункты 6, 7 и 10 выше). С учетом имеющихся в его распоряжении материалов суд может установить, что, когда он сделал признание 13 марта 2006 года, не обратившись за помощью к адвокату, а также отказавшись от помощи адвоката во время допроса 18 апреля 2006 года, заявитель действовал под принуждением или не мог сознательно и осознанно предсказать последствия своего поведения. Поэтому она считает, что данное лицо действительно отказалось от своего права хранить молчание и права на адвоката. Ничто в деле, имеющемся в распоряжении суда, не свидетельствует о том, что участие адвоката Б. в допросе 14 марта 2006 года не было реальным или что его помощь была неэффективной (см.) [комитета], № 2373/05, 7 ноября 2017 года). Из этого следует, что это утверждение явно необоснованно и должно быть отклонено в соответствии с § 3 (A) и 4 статьи 35 Конвенции.
46. Что касается утверждения заявителя о нехватке времени для подготовки его защиты в суде первой инстанции во время второго судебного разбирательства, то суд считает, что заявитель не продемонстрировал того, что ему было недостаточно времени. Из этого следует, что это утверждение явно необоснованно и должно быть отклонено в соответствии с § 3 (A) и 4 статьи 35 Конвенции.
47. Наконец, отмечая, что утверждение заявителя об отсутствии правовой помощи в ходе апелляционного слушания 25 марта 2008 года не является явно необоснованным и что он не сталкивается с какими-либо другими причинами неприемлемости, суд объявляет его приемлемым.

2. На дне
48. Суд напоминает о том, что во многих делах он уже пришел к выводу о нарушении пунктов 1 и 3 С) статьи 6 Конвенции из-за невозможности получения заявителем юридической помощи в ходе апелляционного слушания (Сахновский против России [БП], № 21272/03, пункт 99 109, 2 ноября 2010 года, Шумихин против России, № 7848/06, пункт 22 23, 16 июля 2015 года, Волков и Адамский против России, № 7614/09 и 30863/10, пункт 56 61, 26 марта 2015 года Эдуард Рожков против России, № 11469/05, § § 21 26, 31 октября 2013 года, и Нефедов против России, № 40962/04, § § 41 48, 13 марта 2012 года).
49. В данном случае, учитывая имеющиеся в его распоряжении элементы, суд считает, что правительство не выдвинуло каких-либо фактов или прав, которые могли бы убедить его прийти к другому выводу в данном случае.
50. Действительно, суд не может согласиться с утверждением правительства о том, что заявитель не обратился с просьбой о предоставлении ему адвоката на апелляционном слушании 25 марта 2008 года. Она напоминает, что внутреннее законодательство Российской Федерации, действующее на момент совершения преступления, обязывало юридическое представительство обвиняемого при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке и что любой отказ в помощи адвоката должен быть сделан в письменном виде (см. Волков и Адамский, пункт 57). Поскольку правительство не продемонстрировало, что заявитель в письменном виде отказался от помощи адвоката в ходе слушания дела, суд считает, что данное лицо не отказалось от своего права и, следовательно, не получило правовой помощи в апелляции (там же, пункт 58).
51. Таким образом, нарушение пунктов 1 и 3 С) статьи 6 Конвенции было вызвано отсутствием правовой помощи, предоставленной заявителю в ходе апелляционного слушания 25 марта 2008 года.

III. О ДРУГИХ ПРЕДПОЛАГАЕМЫХ НАРУШЕНИЯХ
52. Ссылаясь на статью 3 Конвенции, заявитель утверждает, что он подвергался жестокому обращению во время содержания под стражей и не получил эффективного расследования в этой связи. С точки зрения пункта 1 С) статьи 5 Конвенции заявитель утверждает, что его содержание под стражей было незаконным, что мотивы, выдвинутые в поддержку его содержания под стражей, были недостаточными, что правовая помощь, оказанная ему в ходе слушаний, посвященных его задержанию в 2006 году, была недостаточной и что в 2007 году ему не оказывалась помощь адвоката на определенных слушаниях. Ссылаясь на пункт 1 статьи 6 Конвенции, заявитель заявляет о невозможности получить вызов и допрос двух свидетелей защиты на тех же условиях, что и свидетели обвинения. И наконец, на основании статьи 8 Конвенции заявитель сообщает о том, что один из камер, занимаемых им, был охранен с камер наблюдения, поскольку он якобы нарушил его частную жизнь.
53. С учетом всех имеющихся в его распоряжении элементов и, насколько он компетентен рассматривать выдвинутые обвинения, суд не признает никаких признаков нарушения прав и свобод, гарантированных Конвенцией или протоколами к ней. Из этого следует, что эти жалобы должны быть отклонены в соответствии с § 3 (A) и 4 статьи 35 Конвенции.

IV. О применении статьи 41 Конвенции
54. В соответствии со статьей 41 Конвенции,
« Если суд заявляет, что имело место нарушение Конвенции или протоколов к ней и что внутреннее законодательство Высокой Договаривающейся Стороны позволяет лишь несовершенно устранить последствия такого нарушения, суд предоставляет потерпевшей стороне, в случае необходимости, справедливое удовлетворение. »

А. Ущерб
55. Заявитель испрашивает 60 000 евро (евро) в связи с материальным и моральным ущербом, который, по его утверждению, был причинен ему. В частности, он утверждает, что в результате его осуждения к лишению свободы по завершении уголовного процесса, направленного против него, он понесл финансовые потери.
56. Правительство считает эту просьбу чрезмерной.
57. Что касается истребуемого материального ущерба, то суд не может размышлять о том, каким образом уголовное разбирательство, направленное против заявителя, привело бы к нарушению статьи 6 Конвенции (см., например, Mantovanelli V.France, 18 марта 1997 года, пункт 40, Reports 1997 II). Поэтому необходимо отклонить претензии заявителя на этот счет. С другой стороны, она считает, что заявителю следует выплатить 10 700 евро за моральный ущерб.

В. расходы и расходы
58. Заявитель также испрашивает 212 евро на покрытие расходов и расходов, понесенных в национальных судах и в суде.
59. Правительство сообщает, что заявитель не представил каких-либо подтверждений в обоснование своей просьбы.
60. Признавая, что претензии заявителя не подкреплены соответствующими доказательствами, суд отклоняет его ходатайство о возмещении расходов и расходов.

С. временные проценты
61. Суд считает целесообразным ограничить процентную ставку моратория по процентной ставке маргинального кредита Европейского центрального банка плюс три процентных пункта.

По этим причинам суд единогласно,
1. Объявляет жалобу приемлемой в связи с утверждением, содержащимся в статье 3 Конвенции, которое было принято в одиночку и в сочетании со статьей 13 Конвенции в отношении условий содержания заявителя под стражей в IVs Sovetski, в следственном изоляторе № iz 24/1 и в камерах в помещениях суда Sovetski в ходе уголовного процесса, направленного против него, а также в связи с жалобой, содержащейся в пунктах 1 и 3 С) статьи 6 в связи с отсутствием правовой помощи заявителю в ходе апелляционного слушания 25 марта 2008 года и неприемлемым в связи с избытком;
2. Заявляет, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции, взятое в одиночку и в сочетании со статьей 13 Конвенции;
3. Заявляет, что имело место нарушение пункта 1 и 3 С) статьи 6 Конвенции;
4. Сказанный
а) государство-ответчик должно выплатить заявителю в течение трех месяцев 10 700 евро (десять тысяч семьсот евро) плюс любые суммы, которые могут быть причитаны в качестве налогов за моральный ущерб, которые должны быть преобразованы в валюту государства-ответчика по курсу, применимому на дату урегулирования ;
b) начиная с истечения этого срока и до выплаты этой суммы, эта сумма будет увеличена с простой процентной ставки по ставке, равной ставке фонда маргинального кредитования Европейского центрального банка, применимой в течение этого периода, и увеличена на три процентных пункта ;
5. Отвергает требование о справедливом удовлетворении излишков.

Сделано на французском языке, а затем представлено в письменном виде 8 января 2019 года в соответствии с §2 и 3 статьи 77 Регламента Суда.

Fatoş Aracı Заместитель секретаря
Branko Lubarda Председатель

||   Смотреть другие дела по Статье 3   ||

||   Смотреть другие дела по Статье 6   ||

Leave a Reply