echr@cpk42.com
+7 495 123 3447

ЕСПЧ: изъятие паспортов, полученных без соблюдения должной процедуры не по вине заявителей, составляет нарушение ст. 8 Конвенции

Перевод избранных фрагментов дела Алпеева и Джалагониа против Российской Федерации (Alpeyeva and Dzhalagoniya v. Russia)
Суть жалобы:
Заявители утверждали, что изъятие паспорта первого заявителя и отказ в обмене паспорта второго заявителя на основании того, что российское гражданство им было предоставлено с нарушением норм, о чем заявители не знали и их вины в этом установлено не было, составило нарушение их прав, гарантированных статьей 8 Конвенции.
ЕСПЧ установил нарушение ст. 8 Конвенции и обязал выплатить заявителям по 5 000 евро каждому в качестве справедливой компенсации.

.

 

Краткий комментарий.
Проблема изъятия паспортов, которые были выданы по ошибке, является достаточно известной на национальном уровне. Эта проблема состоит в том, что паспорта изымаются без установления какой-либо вины со стороны заявителей, при этом в формулировках часто фигурирует то, что данные лица не значатся в базах МВД и МИД.
Проблема являлась достаточно серьезной, поэтому на нее не раз обращал внимание Уполномоченный по правам человека, как в ежегодных докладах, так и в специальных. Позиция Уполномоченного по правам человека является вполне четкой и мотивированной: «Все проживающие в России бывшие граждане СССР, необоснованно получившие российские паспорта вследствие ошибок должностных лиц консульской, паспортно-визовой и миграционной служб, должны быть признаны гражданами Российской Федерации. Разумеется, при том условии, что их вина в «необоснованном» получении паспортов не доказана».
Примечательно и то, что данные доклады Уполномоченного были обширно процитированы Европейским Судом в рассматриваемом Постановлении и логика решения рассматриваемой проблемы со стороны ЕСПЧ в принципе идентична позиции Уполномоченного.
Так, в пункте 122 ЕСПЧ напрямую указал, что ни один из отчетов проверки не установил, что в выдаче паспортов с несоблюдением должной процедуры была вина заявителей.
К этой проблеме обращалась также и Генеральная прокуратура, которая в 2009 г. издала соответствующее разъяснение (см. Генеральная прокуратура Российской Федерации признала неправомерной практику изъятия паспортов гражданина Российской Федерации при отсутствии неправомерных действий самих граждан).
В общем, можно сказать, что дело для ЕСПЧ оказалось не сложным – ему потребовалось лишь обратиться к аргументированным и ясным правовым позициям Уполномоченного по правам человека, с которыми Суд в принципе согласился. Ниже размещены полезные ссылки по проблематике и перевод избранных фрагментов Постановления Страсбургского Суда.
Полезные ссылки:
Генеральная прокуратура Российской Федерации признала неправомерной практику изъятия паспортов гражданина Российской Федерации при отсутствии неправомерных действий самих граждан
Специальный доклад Уполномоченного по правам человека в РФ от 6 декабря 2007 г. “О практике изъятия российских паспортов у бывших граждан СССР, переселившихся в Российскую Федерацию из стран СНГ”
Доклад Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации за 2009 год
A. жалоба № 7549/09
1. Предыстория
5. Первым заявителем является гражданка РФ, которая родилась в 1951 году и проживает в г. Волжском, Волгоградской области.
6. В соответствующее время она была гражданкой СССР и жила в Кыргызстане.
7. В 1994 году заявительница обратилась в российское посольство в Бишкеке за российским гражданством.
8. В марте 1994 года ей было предоставлено российское гражданство, и посольство России в Бишкеке поставило печать в ее советском паспорте.
9. После этого заявительница переехала в Россию.
10. 14 июля 2001 года она получила новый российский паспорт.
2. Изъятие российского паспорта
11. В 2006 году заявительница обратилась в Федеральную миграционную службу (ФМС) за «загранпаспортом».
12. 11 апреля 2006 года сотрудник ФМС изъяла ее российский паспорт, который впоследствии был уничтожен. ФМС ссылалась на отчет от 26 января 2006 года о проверке, проведенной органами внутренних дел, согласно которому заявительница никогда не получала российского гражданства надлежащим образом и поэтому у нее не было права иметь российский паспорт. В докладе, в частности, говорится, что, хотя заявительнице был выдан российский паспорт 14 июля 2001 года, она не была зарегистрирована в базе данных Министерства иностранных дел как лицо, получившее российское гражданство. Кроме того, согласно письму российского посольства в Кыргызстане от 18 октября 2015 года, у него не было записей о получении заявительницей российского гражданства. Соответственно, российский паспорт в 2001 году ей выдали ошибочно.
3. Жалобы заявительницы
13. Первый заявительница подала жалобу в органы прокуратуры.
14. 15 июня 2006 года прокуратура г. Волжского отклонила жалобу.
15. В ответ от 27 октября 2006 года прокуратура Волгоградской области заявила, что у ФМС не было полномочий по изъятию паспорта, что могли сделать только органы внутренних дел; паспорт заявительницы был изъят в нарушение закона; прокуратура рекомендовала ФМС исправить ситуацию.
4. Проверка ФМС
16. 20 марта 2007 года ФМС опубликовала отчет №. 37 о том, что первый заявитель никогда не получил должного российского гражданства и что российский паспорт был выдан ей незаконно
5. Судебное разбирательство
Заявительница обжаловала указанные решения в судах.
6. Еще одно заявление для получения российского гражданства
29. заявительница снова подала заявление о получении российского гражданства.
30. 14 апреля 2009 года ей было предоставлено российское гражданство по упрощенной процедуре на основании решения ФМС от 16 марта 2009 года.
31. 27 марта 2010 года заявительнице выдали новый российский паспорт.
B. жалоба № 33330/11
1. Предыстория
32. Второй заявитель родился в 1965 году и живет в Костроме.
33. По словам второго заявителя, с 1987 по 2010 год он жил в Ростовской области. Первоначально у него был паспорт Советского Союза, выданный 21 декабря 1981 года Чхорозкусским отделом внутренних дел Республики Грузия.
34. 23 декабря 1998 года в соответствии с действующей процедурой второму заявителю была выдана вставка для его паспорта (вкладыш) с указанием того, что он был гражданином Российской Федерации.
35. 19 февраля 2002 года Паспортно-визовое подразделение полицейского управления №. 1 Таганрога, в Ростовской области, выдал второму заявителю российский паспорт.
36. В 2010 году второй заявитель перебрался в Кострому.
2. Проверка ФМС
37. 18 января 2010 года второй заявитель обратился в ФМС Центрального округа г. Костромы с просьбой зарегистрировать свое место жительства.
38. По мнению властей государства-ответчика, из-за сомнений относительно того, был ли второму заявитель выдан российский паспорт в установленном порядке, ФМС Центрального округа Костромы направила запрос в ФМС Ростовской области.
Из ответа ФМС Ростовской области следовало, что вероятно, паспорт заявителю был выдан с нарушением норм.
3. Отказ в обмене российского паспорта
40. 22 июля 2010 года, когда второму заявителю исполнилось 45 лет, в соответствии с применимым законодательством он обратился в ФМС с просьбой об обмене паспорта.
41. Второй заявитель получил устный отказ оформить новый паспорт. По словам чиновника, который уведомил его об отказе, второй заявитель не смог доказать, что у него было постоянное место жительство в России с 6 февраля 1992 года (см. Пункт 57 ниже), и у него было зарегистрированное место жительства в России только с февраля 2002 года.
42. 28 июля 2010 года второй заявитель предоставил ФМС в Костромской области письменное объяснение того, что с 1989 по 2002 год его место жительства было зарегистрировано в Ростове-на-Дону, хотя он фактически проживал с М., в Краснодарском крае.
43. 13 августа 2010 года Департамент регистрации жилых помещений Ленинского района Ростова-на-Дону предоставил второму заявителю справку, указывающую на то, что он не был зарегистрирован в Ленинском районе, и в архиве не было никакой информации о нем.
44. 23 сентября 2010 года ФМС Краснодарского края сообщило ФМС Костромской области о том, что в ее архивах не было информации о втором заявителе, и что, по-видимому, было невозможно допросить М., поскольку она отсутствовала по месту своего жительства.
45. 27 сентября 2010 года ФМС Костромской области приняла решение о том, что второй заявитель не был гражданином России. Что касается свидетельства от 30 июня 2010 года, выданного ФМС Ростовской области, в решении было указано, в частности, что в соответствии с полученными запросами российский паспорт второго заявителя был выдан в нарушение применимых правил. ФМС далее указала, что оказалось невозможным получить документальные доказательства того, что второй заявитель проживал в России с 6 февраля 1992 года, а штамп в его паспорте только подтвердил, что он был зарегистрирован в качестве проживающего в Ростовской области с 15 февраля 2002 года до 17 февраля 2010 года. В решении также отмечено, что в базе данных Министерства иностранных дел нет информации о том, получил ли второй заявитель российское гражданство. Соответственно, полученные запросы не предоставляли доказательств того, что второй заявитель приобрел российское гражданство или что он жил в России с 6 февраля 1992 года.
Заявитель обжаловал указанные решения в судах.
5. Еще одно заявление о российском гражданстве
53. 25 марта 2013 года после вступления в силу Закона №. 182-ФЗ «О внесении изменений в Закон о гражданстве России от 12 ноября 2012 года», второй заявитель подал запрос на получение российского гражданства.
54. 23 апреля 2013 года ФМС Костромской области решила предоставить второму заявителю российское гражданство.
55. 30 апреля 2013 года второй заявитель получил российский паспорт.
….
Жалобы заявителей.
Заявители жаловались в соответствии со статьей 8 Конвенции, что изъятие российского паспорта первого заявителя и отказ от обмена паспорта второго заявителя фактически лишили их конституционных прав. В частности, без действительного паспорта они не могли найти работу или получить медицинскую помощь, пенсии или социальные пособия.
Позиция ЕСПЧ
Статус жертвы.
103. Суд повторяет, что решение или мера, благоприятные для заявителя, в принципе не достаточны для того, чтобы лишить его статуса «жертвы», если национальные власти не признали ни прямо, ни по существу нарущшение, а затем предоставили возмещение за нарушение Конвенции (см. Scordino v. Italy (no.1) [GC], № 36813/97, § 180, ECHR 2006-V).
104. В приведенных делах нет доказательств того, что власти признали нарушение прав заявителей в связи с изъятием российского паспорта первого заявителя в 2006 году и отказом обменять российский паспорт второго заявителя в 2010 году. Кроме того, Суд отмечает, что жалобы заявителей касаются не только самого факта изъятия паспорта или отказа от его обмена, но и всей сферы возникающих практических трудностей, с которыми они сталкивались в своей повседневной жизни из-за отсутствия действительного документа, удостоверяющего личность. По мнению Суда, тот факт, что заявителям в конечном итоге предоставили российское гражданство, сам по себе не может считаться достаточным возмещением того, что в течение нескольких лет каждый из заявителей был лицом без гражданства без действительного паспорта. У Суда нет информации в отношении какого-либо другого вида возмещения, которое им было предоставлено.
105. Таким образом, Суд делает вывод о том, что заявителей по-прежнему можно считать жертвами.
1. Общие принципы
107. Суд повторяет, что понятие «частной жизни» по смыслу статьи 8 Конвенции представляет собой широкую концепцию, которая охватывает, в частности, право устанавливать и развивать отношения с другими людьми (см. «Niemietz v. Germany, 16 декабря 1992 года, § 29, серия A № 251-B), право на «личное развитие »(см. Bensaid v. United Kingdom, № 44599/98, § 47, ECHR 2001- I) и право на самоопределение (см. Договор против Соединенного Королевства, № 2346/02, § 61, ECHR 2002-III).
108. Суд признал, что произвольное лишение гражданства может при определенных обстоятельствах поднимать вопрос о соответствии со статьей 8 Конвенции из-за его влияния на личную жизнь человека (см. «Карасёв против Финляндии» (решение), № 31414/96, ECHR 1999-II и Дженовезе против Мальты, № 53124/09, § 30, 11 октября 2011 года). В последнее время Суд признал, что те же принципы должны применяться к аннулированию уже полученного гражданства, поскольку это может привести к аналогичному (если не большему) вмешательству в право человека на уважение семейной и частной жизни (см. Рамадан против Мальты, № 76136/12, § 85, ECHR 2016 (выдержки) и K2 против Соединенного Королевства (решение), № 42387/13, 7 февраля 2017 года). При определении того, является ли аннулирование гражданства нарушением статьи 8, Суд рассмотрел два отдельных вопроса: было ли аннулирование произвольным и каковы были последствия такого аннулирования для заявителя.
109. При определении произвола Суд учитывал, было ли аннулирование осуществлено в соответствии с законом; было ли оно сопровождено необходимыми процессуальными гарантиями, в том числе было ли лицу, лишенному гражданства, предоставлена ​​возможность оспорить решение в судах, предоставляющих соответствующие гарантии; и действовали ли власти надлежащим образом и быстро (см. цитированный выше Рамадан, §§ 86-89 и К2, § 50).
2. Применение данных принципов к настоящему делу
110. Суд отмечает, что в данном деле внутренняя процедура, применяемая к заявителям, не относится к отзыву гражданства. Напротив, национальные власти установили, что заявители никогда не получали должным образом российского гражданства из-за определенных нарушений в соответствующих разбирательствах в 1994 и 1998 годах. Однако Суд не считает, что квалификация процедуры в соответствии с национальным законодательством имеет решающее значение в данном случае и считает, что принципы, упомянутые выше в пунктах 107 и 109, применимы.
….
(iii) Действовали ли власти старательно и незамедлительно
119. Суд отмечает, что заявительница переехала в Россию после того, как посольство России в Бишкеке поставило печать в ее советском паспорте, подтверждающее, что она получила российское гражданство в марте 1994 года и живет с тех пор в РФ. Второй заявитель проживает в России с момента распада Советского Союза. Заявители считали себя гражданами России, пользовались правами и обязанностями таких граждан и получили документы на этот счет. Внутренний российский паспорт был выдан заявительнице 14 июля 2001 года, а 23 декабря 1998 года был выдан вкладыш для советского паспорта второго заявителя, удостоверяющего его российское гражданство, и впоследствии российский паспорт был выдан ему 19 февраля 2002 года.
120. Однако, когда в 2006 году заявительница обратилась в ФМС за заграничным паспортом, сотрудник ФМС изъял ее российский паспорт на основании отчета от 26 января 2006 года о проверке, проведенной органами внутренних дел. В докладе делается вывод о том, что она никогда не получала должным образом российского гражданства, поскольку в базе данных Министерства иностранных дел или в российском посольстве в Кыргызстане не было зафиксировано никаких данных об этом.
121. Что касается второго заявителя то, когда в соответствии с требованиями внутреннего законодательства он обратился с просьбой об обмене его паспорта, поскольку ему исполнилось 45 лет, ему было отказано по следующим основаниям: (i) хотя заявитель мог получить Российское гражданство, если он проживал в России 6 февраля 1992 года, когда вступил в силу Закон о гражданстве 1991 года, никаких доказательств этого не было получено проверкой, проведенной ФМС в 2010 году; (ii) никакие соответствующие записи, указывающие, что российское гражданство было предоставлено заявителю, не были найдены в базах данных.
122. Суд отмечает, что в докладе от 26 января 2006 года о проверке, проведенном органами внутренних дел (см. Пункт 12 выше), сделан вывод о том, что в 2002 году российский паспорт был выдан заявительнице без соблюдения должной процедуры. Аналогичным образом, отчет ФМС от 30 июня 2010 года и решение ФМС от 27 сентября 2010 года (см. Пункты 39 и 45 выше) сделали вывод о том, что в 2001 году паспорт России был незаконно выдан второму заявителю. Однако ни один из отчетов не установил, что в этом была вина заявителей. Напротив, в докладе от 30 июня 2010 года была заявлена ​​небрежность со стороны компетентных государственных органов.
123. Суд отмечает, что определение условий и процедур предоставления гражданства и контроля за соблюдением этих условий относится к исключительной компетенции государства. В этом отношении Суд ссылается на «Специальный доклад омбудсмена о практике изъятия российских паспортов бывших граждан СССР, которые перебрались в Российскую Федерацию из стран СНГ», выпущенный 6 декабря 2007 года. Омбудсмен подверг критике практику в результате которой было изъято несколько тысяч российских паспортов на том основании, что они были «ошибочно выданы», несмотря на отсутствие вины со стороны владельцев паспортов. По мнению Омбудсмена, любые нарушения, связанные с вопросом о паспортах, были вызваны небрежностью сотрудников компетентных государственных органов и тем фактом, что они не были надлежащим образом компетентны (см. Пункт 74 выше). В своем Годовом отчете за 2011 год Омбудсмен вновь рассмотрел практику. В частности, он заявил, что в то время, когда бывшие советские граждане, оказавшиеся в странах СНГ, подавали запрос на получение российского гражданства через российские консульские учреждения, тот факт, что они сделали это, возможно, не был зарегистрирован в соответствующих базах данных и в кроме того, не было единой базы данных (см. пункт 81 выше). В Годовом отчете омбудсмена за 2012 год было указано, что общее число российских паспортов, признанных недействительными, достигло 80 000, из которых около 8 000 ежегодно признаются недействительными (см. Пункт 83 выше).
124. Принимая во внимание вышесказанное, Суд приходит к выводу о том, что документы заявителей, подтверждающие их российское гражданство, могли быть незаконно изданы в 1994 и 2001 годах в отношении заявительницы и в 1998 и 2002 годах в отношении второго заявителя. Однако это было сделано не по собственной вине заявителей, а из-за отсутствия упорядоченных процедур и единой базы данных, а также из-за ошибок, допущенных государственными должностными лицами.
125. Поэтому из-за неправильного обращения властей к процедурам, связанным с предоставлением гражданства, заявительница, имеющая свой паспорт, изъятый ​​в 2006 году, а второй заявитель, лишенный действующего паспорта в 2010 году, оказались не только в ситуация, сопоставимой с ситуацией в деле Смирновой, процитированном выше, а столкнулись последствиями, которые влияли на их социальную идентичность гораздо более фундаментально. В результате решения ФМС о том, что заявители никогда не получали должным образом российского гражданства, заявители были лишены какого-либо правового статуса в России (см. Пункт 81 выше). Они стали лицами без гражданства и оставались такими до 2010 и 2013 годов соответственно, когда каждому из них было предоставлено российское гражданство по новой процедуре.
126. …. Тот факт, что неосмотрительность со стороны властей привела к таким последствиям для заявителей, которые столь серьезно сказались на их личной жизни, представляет собой произвольное вмешательство. Поэтому властям не удалось действовать добросовестно.
Соответственно, имело место нарушение статьи 8 Конвенции.
Заявителям было выплачено по 5 000 евро каждому в качестве справедливой компенсации.

Leave a Reply