echr@cpk42.com
+7 495 123 3447

Дело № 33955/08 "Белова против России"

Перевод настоящего решения ЕСПЧ является техническим и выполнен в ознакомительных целях.
С решением на языке оригинала можно ознакомиться, скачав файл по ссылке
ТРЕТЬЯ СЕКЦИЯ
Дело Беловой против России
(Жалоба №. 33955/08)
РЕШЕНИЕ
СТРАСБУРГ
15 сентября 2020 года
Это решение становится окончательным в обстоятельствах, изложенных в пункте 2 статьи 44 Конвенции. Она может подлежать редакционной правке.
По делу Белова против России,
Европейский суд по правам человека (третья секция), заседающий в качестве палаты, в следующем составе:
Георгиос А. Сергидес, председатель,
Хелен Келлер,
Дмитрий Дедов,
Алена Полачкова,
Жильберто Феличи,
Эрик Веннерстрем,
Лоррейн Шембри Орланд, судьи
и Милан Блашко, секретарь секции,
Имея в виду, что:
заявление против Российской Федерации, поданное в суд в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее-Конвенция) гражданкой России г-жой Ниной Александровной Беловой (далее-заявитель) 12 июня 2008 года;
решение о направлении уведомления Правительству Российской Федерации (далее-правительство) о подаче заявления;
замечания сторон;
Принимая во внимание решение об удовлетворении возражения правительства на рассмотрение заявления Комитетом;
Рассмотрев дело в закрытом заседании 25 августа 2020 года,
Выносит решение принятое в этот день.
ВВЕДЕНИЕ
Речь идет о взыскании государственной собственности с частного лица в соответствии с законами о добросовестной покупке.
ФАКТИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ
1. Заявитель родился в 1972 году и проживает в Сочи. Ее представлял г-н М. Иоффе, адвокат, практикующий в Риге.
2. Правительство было представлено г-ном М. Гальпериным, представителем Российской Федерации в Европейском суде по правам человека.
3. Представленные сторонами факты дела могут быть обобщены следующим образом.
I. СДЕЛКИ, ВЕДУЩИЕ К ПРИОБРЕТЕНИЮ ЗАЯВИТЕЛЕМ ИМУЩЕСТВА
4. В 1977 году Государственное садоводческое предприятие «Южные культуры» выкопало оросительный пруд на улице Голубая в Сочи. На берегу пруда были сооружены баня и переносная хижина. Собственность была построена на земле, которая принадлежала государству и управлялась предприятием.
5. Предприятие задолжало К. за содержание пруда. Последовала судебная тяжба, и в апреле 2003 года предприятие передало пруд, баню и хижину К. в частичный расчет K. (свидетельство о государственной регистрации права).
6. В ноябре 2003 года К. продал недвижимость М.
7. 8 декабря 2003 года М. зарегистрировал свое приобретение в регистрирующем органе и получил правоустанавливающие документы.
8. 27 мая 2004 года Президиум Краснодарского краевого суда отменил мировое соглашение между предприятием и К.
9. 28 мая 2004 года М. продал имущество заявителю. Он доказал свое право собственности документами, выданными регистрирующим органом.
10. 18 июня 2004 года заявительница зарегистрировала свое приобретение в регистрирующем органе и получила правоустанавливающие документы. Она обнесла участок четырьмя рядами колючей проволоки и передала его в личное пользование никому не известному человеку.
11. 29 августа 2004 года К. была присуждена сумма в счет погашения задолженности перед предприятием.
II. ИСК О ВЗЫСКАНИИ ИМУЩЕСТВА С ЗАЯВИТЕЛЯ
12. В 2012 году Агентство государственного имущества (Агентство по управлению государственным имуществом) пыталось вернуть имущество у заявителя, утверждая, что предприятие не обратилось за разрешением до передачи имущества.
13. 20 июля 2012 года районный суд отклонил иск, сославшись на истечение срока давности.
14. 4 октября 2012 года Краснодарский краевой суд отменил это решение и вынес решение в отношении заявителя. Судом установлено, что земельный участок, на котором расположена собственность принадлежала государству, что она была назначена для строительства при подготовке к Олимпиаде, и что имущество может быть взыскано с заявителя в соответствии со статьями 301 и 302 Гражданского кодекса (см. пункт 24 ниже). Суд аннулировал право собственности заявительницы и обязал ее вернуть имущество государству.
15. 23 ноября 2012 года областной суд отказал заявителю в разрешении на подачу кассационной жалобы.
16. 8 августа 2013 года Верховный суд отказал заявителю в разрешении подать кассационную жалобу. Суд счел, что заявительница не была добросовестным приобретателем, поскольку, прояви она должную осторожность и осмотрительность, она знала бы, что имущество было предметом судебного разбирательства, и что предприятие утратило владение им против своей воли.
III. ДЕЙСТВИЕ ДЛЯ РАЗГРАНИЧЕНИЯ ГРАНИЦ
17. В 2011 году в ходе соответствующего разбирательства заявительница обратилась в суд с иском к Агентству государственного имущества о наложении запрета на определение на кадастровой карте земельного участка, на котором находится ее имущество, и передаче его в ее распоряжение.
18. 5 октября 2011 года Адлерский районный суд удовлетворил этот судебный запрет.
19. 17 ноября 2011 года Краснодарский краевой суд оставил это решение в силе.
20. Ведомство подало кассационную жалобу.
21. По данным правительства, 10 апреля 2012 года областной суд уведомил заявительницу и ее представителя по почте и телеграфу о том, что 18 апреля 2012 года он рассмотрит апелляцию.
22. По словам представителя заявителя, 17 апреля 2012 года он позвонил в суд и узнал о судебном заседании. Позже в тот же день он отправил по факсу письмо в суд, в котором заявил, что он и заявитель хотели бы присутствовать, но не смогли этого сделать, поскольку они не были уведомлены о слушании и не знали содержания апелляции, а следовательно, не могли ответить на нее. Он просил суд выслать ему копии документов и предоставить им время для подготовки ответа. Представитель добавил, что он не смог присутствовать на слушании дела 18 апреля 2012 года из-за предыдущих встреч в иностранных судах.
23. 18 апреля 2012 года Президиум Краснодарского краевого суда рассмотрел кассационную жалобу агентства. В судебном заседании приняли участие ответчик (агентство) и два сторонних ответчика (Общественный Комитет по подготовке Зимних Олимпийских игр 2014 года и частная компания, которая провела контракт на строительство на спорном земельном участке). Президиум отметил, что все стороны были надлежащим образом уведомлены о дате и месте проведения слушаний. Президиум удовлетворил апелляционную жалобу агентства, отменил ранее принятые решения и отклонил иск заявителя. По существу, она утверждала, что спорная земля принадлежит государству и предназначена для использования в качестве птичьего заповедника и пятизвездочного отеля на 500 номеров, в котором будут проживать представители Международного олимпийского комитета.
СООТВЕТСТВУЮЩАЯ ЗАКОНОДАТЕЛЬНАЯ БАЗА
24. Статьи 301 и 302 Гражданского кодекса 1994 года предусматривают следующее:
Статья 301: возвращение имущества из незаконного владения другим лицом
«Собственник может возвратить свое имущество из незаконного владения другим лицом.”
Статья 302: взыскание имущества с добросовестного приобретателя
“1.Если имущество было приобретено по стоимости от лица, которое не имело права передавать его, и если приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), собственник вправе взыскать имущество от приобретателя, если имущество было утеряно им или его доверенным лицом, если оно было украдено от них, или если он иным образом покинули их владения против их воли….”
25. Соответствующая часть пункта 2 статьи 385 Гражданского процессуального кодекса 2002 года предусматривает следующее:
«Стороны уведомляются о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы … но их неявка не должна быть препятствием к такому осмотру.”
26. Раздел 2 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», действовавший на тот момент, предусматривал следующее:
Концепция государственной регистрации прав на недвижимое имущество
и сделок с ним
“1. Государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним — это правовой акт, которым государство признает и подтверждает наличие, ограничение (обременение), передачу или прекращение прав на недвижимое имущество. …
Государственная регистрация служит единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.”
ЗАКОН
I. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 1 ПРОТОКОЛА N1 К КОНВЕНЦИИ
27. Заявительница жаловалась на то, что она была неправомерно лишена своего имущества. Суд рассмотрит эту жалобу в соответствии со статьей 1 Протокола № 1, которая гласит:
«Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на мирное пользование своим имуществом. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в общественных интересах и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.
Однако вышеприведенные положения никоим образом не ущемляют права государства применять такие законы, которые оно считает необходимыми для контроля за использованием имущества в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других взносов или штрафов.”
A. Приемлемость
Представления сторон
28. Правительство заявило, что жалоба заявителя была явно необоснованной. По их мнению, имущество было изъято у заявителя в соответствии с законом. Они утверждали, что государство утратило собственность против своей воли, К. никогда не приобретал права собственности на нее, и поэтому покупка заявителем этой собственности была ничтожной.
29. Заявительница утверждала, что конфискованные здания никогда не принадлежали государству и что ее собственность была присвоена компанией, связанной с миллиардером, который стремился получить прибыль от строительства, проводимого в рамках подготовки к Олимпийским играм.
1. Оценка суда
30. Суд отмечает, что эта жалоба не является ни явно необоснованной, ни неприемлемой по каким-либо другим основаниям, перечисленным в статье 35 Конвенции, поэтому она должна быть признана приемлемой.
B. Правовая позиция
1. Представления сторон
31. Аргументы сторон изложены выше.
2. Оценка суда
32. Суд приходит к выводу , что имущество заявительницы – хотя и подлежащее взысканию – должно считаться ее “владением” по смыслу статьи 1 Протокола № 1, поскольку у нее было официально зарегистрировано право собственности на него (см. Гладышева против России, № 7097/10, § 69, 6 декабря 2011 года).
33. Суд также считает, что распоряжение о возвращении имущества заявителя государству было вмешательством в ее право на мирное пользование этим имуществом (см. Гладышева, цитируемая выше, §§ 52-59).
34. Суд согласен с правительством в том, что вмешательство было обусловлено условиями, предусмотренными законом, а именно статьями 301 и 302 Гражданского кодекса в толковании национальных судов.
35. Суд далее приходит к выводу, что вмешательство было в общественных интересах, поскольку, как объяснили национальные власти и правительство, государство намеревалось вернуть собственность, которую оно потеряло из-за неправильного управления, и использовать ее для проведения крупного международного спортивного мероприятия и охраны природы.
36. Остается установить, было ли это вмешательство соразмерно вышеупомянутому интересу и должен ли заявитель нести чрезмерное индивидуальное бремя (там же., § 82).
37. Стороны не представили никаких представлений по этому вопросу. Со своей стороны, суд вновь заявляет, что вмешательство в мирное пользование имуществом должно обеспечивать справедливый баланс между общими интересами общества и правами личности. Это означает, что мера должна быть как адекватной для достижения своей цели, так и не несоразмерной этой цели. Необходимое равновесие будет нарушено, если заинтересованное лицо вынуждено нести “индивидуальное и чрезмерное бремя » (см., дело James and Others v.the United Kingdom, 21февраля 1986 года, §50). Власти должны иметь возможность исправлять свои ошибки, но не в ситуации, когда заинтересованное лицо обязано нести чрезмерное бремя (см. Vukušić V. Croatia, no.69735/11, § 64, 31мая 2016 года, с цитируемым в нем прецедентным правом). Поиск баланса отражен в структуре статьи 1 Протокола № 1. 1 в целом, независимо от того, какие пункты затрагиваются в каждом конкретном случае, всегда должно существовать разумное соотношение пропорциональности между используемыми средствами и преследуемой целью. Установление того, существует ли такой баланс, требует общего изучения различных интересов, о которых идет речь (см. Perdigão V.Portugal [GC], no. 24768/06, §§ 67-68, 16ноября 2010 года), которые могут требуют анализа такие элементы, как условия компенсации и поведения сторон спора, в том числе средств, используемых государством и их реализации, такие, как требование к власти, чтобы действовать своевременно, надлежащим образом и с максимальной согласованности (см., с соответствующими изменениями, Бейелер против Италии[ГК], нет. 33202/96, §§114 и 120, ЕСПЧ 2000-я).
38. Суд также повторяет, что “амортизация прошлых несправедливостей следует не создавать новые обиды” и “лица, которые приобрели свое имущество добросовестно не следует взять на себя бремя ответственности, которое по праву государства” (см. Пинцова и Пинк против Чешской Республики, нет. 36548/97, § 58, ЕСПЧ 2002-VIII).
39. В этой связи суд отмечает, что вряд ли государство может утверждать, что оно не знало о том, что его имущество было утрачено в результате неправильного управления. Регистрирующий орган зарегистрировал три передачи имущества и выдал три комплекта документов на право собственности. В соответствии с положениями Закона от 21 июля 1997 года эти акты служили признанием и подтверждением государством передачи (см. пункт 26 выше).
40. Тем не менее, самое последнее национальное решение, вынесенное по этому делу, лишило заявителя статуса добросовестного приобретателя (см. пункт16 выше).
41. Суд считает, что приобретатель имущества должен тщательно исследовать его происхождение, чтобы избежать возможных требований о конфискации. Суд соглашается с Верховным Судом, что, если бы заявитель сделал этого, она бы обнаружила, что имущество она покупала был предметом спора, и что накануне покупкой в Президиум областного суда отменил соглашение между предприятием и К. Кроме того, заявитель должен был поставить на нее охранник и тот факт, что собственность из рук в руки в третий раз за год.
42. Кроме того, хотя государство и не выплатило заявительнице компенсацию, ничто не указывает на то, что она не сможет требовать возмещения своих убытков от лиц, ответственных за это (контраст Гладышевой, цитируемый выше, § 81).
43. Наконец, заявительница не объяснила, как она использовала это имущество, и поэтому суд не может прийти к выводу, что ее частные интересы перевешивали самоочевидно значимые общественные интересы проведения Олимпийских игр и защиты природы.
44. Из этого следует, что заявитель не должен был нести чрезмерное индивидуальное бремя.
45. Соответственно, никакого нарушения статьи 1 Протокола № 1 не было.
II. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ ПУНКТА 1 СТАТЬИ 6 КОНВЕНЦИИ
46. Заявительница утверждала о нарушении пункта 1 статьи 6 Конвенции в том, что Президиум Краснодарского краевого суда не уведомил ее о своем заседании и рассмотрел ее кассационную жалобу в ее отсутствие. Соответствующая часть пункта 1 статьи 6 гласит:
Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона.
A. Приемлемость
1. Представления сторон
47. Ссылаясь на свою версию событий (см. пункт 21 выше), правительство заявило, что Краснодарский краевой суд должным образом уведомил как заявительницу, так и ее представителя. В качестве доказательства правительство представило копии этих уведомлений.
48. Заявитель утверждал, что это доказательство не заслуживает доверия. На уведомлениях не было почтовых штемпелей, и адрес представителя на них отличался от того, который имелся в деле суда.
2. Оценка суда
49. Суд отмечает, что эта жалоба не является ни явно необоснованной, ни неприемлемой по каким-либо другим основаниям, перечисленным в статье 35 Конвенции, поэтому она должна быть признана приемлемой.
B. Правовая позиция
1. Представления сторон
50. Аргументы сторон’ изложены выше.
2. Оценка суда
51. Суд вновь заявляет, что пункт 1 статьи 6 Конвенции не гарантирует права на личную явку в гражданский суд, а скорее более общее право на эффективную и равную с оппонентом защиту (см. Дело «Хужин и другие против России», № 13470/02, § 104, 23 октября 2008 года). Это означает, среди прочего, что спорящая сторона должна быть уведомлена о слушании таким образом, который позволяет ему или ей достаточно времени для подготовки и для участия (см. Загородников против России, нет. 66941/01, § 30, 7 июня 2007 года, и Шандров В. Россия, нет. 15093/05, § 29, 15 марта 2011). Для подтверждения того, что истец был уведомлен, требуется доказательство доставки, доказательства отправки недостаточно (см. Шандров, процитированный выше, § 28).
52. У суда нет оснований сомневаться в подлинности уведомлений, представленных правительством в настоящем деле. Однако они не содержат никаких указаний на то, что они были доставлены заявителю или ее представителю.
53. Кроме того, они были отправлены только за восемь дней до слушания, что было недостаточным уведомлением, учитывая, что заявительница и ее адвокат жили в разных городах, где находился суд (сравните Шандров, цитируемый выше, § 29).
54. Кроме того, ничто не свидетельствует о том, что президиум должным образом рассмотрел ходатайство об отсрочке, которое было отправлено по факсу адвокатом заявителя накануне слушания и которое содержало, по-видимому, веские причины для отсрочки (см. пункт22 выше).
55. Соответственно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
III. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ
56. Статья 41 Конвенции гласит:
«Если суд установит, что имело место нарушение Конвенции или протоколов к ней, и, если внутреннее законодательство соответствующей Высокой Договаривающейся Стороны допускает лишь частичное возмещение ущерба, суд, в случае необходимости, предоставляет потерпевшей стороне справедливое удовлетворение.”
57. Заявитель требовал возмещения морального вреда. Она предоставила суду самому определять сумму.
58. Правительство возражало против этого утверждения как необоснованного и абстрактного.
59. Суд присуждает заявителю 5200 евро (пять тысяч двести евро) в качестве компенсации морального вреда плюс любой налог, который может взиматься.
60. Суд считает целесообразным, чтобы процентная ставка по дефолту была основана на предельной кредитной ставке Европейского центрального банка, к которой следует добавить три процентных пункта.
ПО ЭТИМ ПРИЧИНАМ СУД:
1. Большинством голосов объявляет заявление приемлемым;
2. Постановляет, пятью голосами против двух, что нарушения статьи 1 Протокола № 1 не было;
3. Постановляет, шестью голосами против одного, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;
4. Держит, пятью голосами против двух,
(а) что государство-ответчик должно выплатить заявителю, в течение трех месяцев с даты, на которую решение становится окончательным в соответствии с Статья 44 § 2 Конвенции, евро 5,200 (пять тысяч двести евро) в качестве компенсации морального вреда, переведенные в валюту государства-ответчика по курсу на дата урегулирования, плюс любой налог, который может быть начислен;
(б) что с момента истечения вышеуказанных трех месяцев до момента урегулирования простые проценты выплачиваются на указанную сумму по ставке, равной предельной кредитной ставке Европейского центрального банка в период дефолта плюс три процентных пункта.
Совершено на английском языке и уведомлено в письменной форме 15 сентября 2020года в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
Милан Блашко Георгиос А. Сергидес
Регистратор председатель
В соответствии с пунктом 2 статьи 45 Конвенции и пунктом 2 правила 74 Регламента Суда к настоящему решению прилагаются следующие отдельные заключения:
а) заявление о несогласии судьи Сергидеса;
б) Особое мнение судьи Дедова.
G. A. S
M. B.
ЗАЯВЛЕНИЕ СУДЬИ СЕРГИДЕСА О НЕСОГЛАСИИ
1. Это не полноценное частично несогласное мнение, а скорее заявление о несогласии (см. Правило 74 § 2 Регламента Суда), выражающее очень кратко мое несогласие с выводом о том, что не было никакого нарушения статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
2. На мой взгляд, правильное или надлежащее применение основополагающих принципов Конвенции, а именно принципа действенности (или эффективной защиты прав человека) и принципа соразмерности к фактам дела, неизбежно привело бы к выявлению нарушения статьи 1 Протокола № 1.
3. Исходя из моего заключения, я бы присудил заявителю более высокую сумму морального вреда, чем та, которая была присуждена в решении суда (пункт 59 и пункт 4 а) постановляющей части. Однако я воздержусь от определения этой суммы, поскольку нахожусь в меньшинстве.
ОСОБОЕ МНЕНИЕ СУДЬИ ДЕДОВА
1. Я полностью понимаю и принимаю причины решений, принятых моими коллегами в большинстве и Верховным Судом Российской Федерации по вопросу о добросовестном приобретателе. Я решил написать заключение из-за отсутствия какой-либо установленной судебной практики и стандартов суда по этому вопросу, с помощью которых можно было бы оценить, наложили ли национальные власти чрезмерное бремя на добросовестного приобретателя имущества в данном случае.
2. Общая доктрина гражданского права заключается в следующем: покупатель покупает на свой страх и риск в отношении права собственности и, чтобы убедиться в его безопасности, должен провести расследование; он не может с уверенностью принять факт предшествующего владения по номинальной стоимости, но должен выяснить, каким образом было приобретено владение. Другими словами, покупатель обязан соблюдать разумную обязанность проявлять осторожность для проверки действительности сделки. Позиция суда заключается в том, что заявитель должен был проверить, является ли имущество предметом спора. Однако доктрина ограничена, и она работает в первую очередь для покупки у вора. Если существует цепочка сделок, то бремя обеспечения действительности всех предыдущих переходов права собственности становится все более чрезмерным.
3. На мой взгляд, суд не должен упускать из виду презумпцию добросовестности в гражданских делах, хотя эта доктрина является более сложной и менее защищенной, чем презумпция невиновности в области уголовного права. Действительно, существует презумпция, что покупатель действовал добросовестно (то есть действительно не знал, что продавец не был уполномочен продавать имущество), если только нет объективных обстоятельств, доказывающих обратное, или которые перекладывают бремя доказывания добросовестности на покупателя. Объективные обстоятельства связаны с возможностью для покупателя узнать об отсутствии у продавца правового титула. Такие обстоятельства могут включать в себя наличие тесных отношений между сторонами или конфликт интересов.
4. В данном случае государственное предприятие и К. заключили мировое соглашение об урегулировании задолженности предприятия перед К. Соглашение было одобрено национальным судом. Я не уверен, что судебное разбирательство в отношении К. Может быть приравнено к таким объективным обстоятельствам. В то время как Президиум областного суда выступал в качестве надзорного органа для проверки действительности мирового соглашения, К. продал имущество М. Ни М., ни заявитель не были участниками рассматриваемого судебного разбирательства. Не было доказано, что К., М. и заявитель были каким-либо образом связаны. В то время не было свободного доступа к базе данных судебных актов, и такой базы данных даже не существовало. Когда Агентство государственного имущества оспаривало мировое соглашение, оно не предприняло необходимых действий по введению обеспечительных мер для предотвращения последующей продажи имущества третьим лицам, указав эти меры в реестре имущества, чтобы заявитель мог знать о судебном разбирательстве. В результате таких упущений со стороны государства заявительница не имела возможности провести полномасштабное расследование и объективно была вынуждена полагаться на свидетельство о праве собственности, представленное М. Более того, действительность сделки не была проверена государственным нотариусом, и я не могу винить заявительницу в таком “упущении”, поскольку в то время государство отменило требование о нотариальном удостоверении сделок с недвижимым имуществом. Однако Верховный суд не принял во внимание все эти факторы и пришел к выводу, что, поскольку судебное разбирательство продолжается, заявитель обязан принять их во внимание и воздержаться от приобретения имущества.
5. Я считаю, что бремя, возложенное на заявителя, было чрезмерным. Представляется, что, по мнению национальных судов, государственные органы более 8 лет не знали о последующих сделках (продажа имущества от К. к М., а затем от М. к заявителю), хотя эти сделки были зарегистрированы в реестре недвижимого имущества. Национальный суд отказался применять правило трехлетней давности и пришел к выводу, что государство утратило право требовать от заявителя имущество. В то же время Национальный суд обязал заявительницу проявлять должную осмотрительность для получения информации о предстоящем разбирательстве в отношении К., даже несмотря на то, что она не поддерживала с ним контактов. Я не уверен, что весь процесс против заявителя был справедливым, или что власти стремились установить справедливый баланс между индивидуальными и общими интересами. Вопрос о добросовестном приобретателе в качестве ключевого решающего фактора при рассмотрении дела против заявителя рассматривался одним судьей на уровне высшего национального суда без каких-либо публичных слушаний или состязательных процедур, которые могли бы позволить заявительнице доказать, что она действовала добросовестно и выполняла свой долг по уходу. Таким образом, она была лишена процессуальных гарантий. В противном случае ее дело должно было быть возвращено Верховным судом на новое рассмотрение.
6. Я также голосовал против установления факта нарушения статьи 6, поскольку процедура разграничения границ не была непосредственно определяющей для права собственности заявителя, и поэтому заявление в этой части должно было быть признано неприемлемым.

|| Смотреть другие дела по Статье 6 ||

Если Вам необходима помощь по защите Ваших нарушенных прав, обращайтесь по контактам ниже:
Пишите Звоните Пишите на сайте
echr@cpk42.com +7 495 123 3447 Форма

 

Следите за новостями нашего Центра в социальных сетях:

Leave a Reply

Нажмите, чтобы позвонить