echr@cpk42.com
8 800 302 1447 | +7 495 123 3447

Обзор прецедентного права ЕСПЧ (подборка практики наиболее интересных дел рассмотренных Европейским судом в течении 2018 года)

В 2018 году, особый правовой интерес усматривался, в вопросах, касающихся гражданского и уголовного правосудия, и в частности, дисциплинарные вопросы, касающиеся судей, сферы частной и семейной жизни, жилища и право на уважение репутации, в СМИ и Интернете, в статьях 15 и 18 Конвенции о защите национальных меньшинств, рекламы и коммерческой деятельности, и применения Конвенции законодательство в области спорта.
В 2018 году Большая палата вынесла четырнадцать решений. В деле С., В. и А. против Дании в нем изложены условия, при которых государства могут прибегать к превентивному задержанию в целях противодействия угрозе насилия со стороны зрителей на спортивных мероприятиях (статья 5). Он подробно рассказал о прецедентах, касающихся содержания под стражей душевнобольных с точки зрения статьи 5 § 1 (E) и Статья 7 § 1 (Ilnseher).
Большая палата также рассматривал вопрос о совместимости со статьей 6 § 1 дисциплинарного производства в отношении судей (Denisovand Рамос Нуньес де Карвальо е са). В решении по делу Найт-Лимана, касающемуся жертв пыток, Большая палата вынесла решение о том, обязаны ли национальные суды рассматривать иски о компенсации в случаях, когда предполагаемые акты пыток были совершены за пределами национальной территории третьим государством или под его юрисдикцией (статья 6). Большая палата также определила критерии, которые должны быть приняты во внимание при принятии решения о том, совместимы ли ограничения на доступ к высшим судам со статьей 6 § 1 (Zubac).
В G. I. E. M. S. r.l. Большая палата рассмотрела вопрос о том, совместима ли конфискация имущества в отсутствие осуждения по уголовному делу с правом на презумпцию невиновности (статья 6 § 2), и принцип, согласно которому преступления и наказания должны быть предусмотрены законом (статья 7). В нем далее разъясняется содержание права подозреваемых на доступ к адвокату на досудебном этапе, привилегии против самооговора и права хранить молчание (Beuze). В Коррейя де Матос Большой Палаты осветили его случае-права на требование в отношении обвиняемого на помощь адвоката и сферы действия права на защиту (статья 6 § 3 (с)). В решении Муртазалиевой разъясняются правовые принципы, применимые к вызову и допросу свидетелей защиты для целей пункта 3 D) статьи 6 Конвенции.
В решении Денисова, касающемся «профессиональной и социальной репутации», изложены принципы установления того, подпадает ли профессиональный спор под сферу «частной жизни» по смыслу статьи 8.
В своем решении по делу Навального Большая палата рассмотрела вопрос о том, соответствует ли арест несколько раз оппозиционного политического активиста, который был задержан и наказан за участие в публичных собраниях, статьям 5 и 6 и праву на свободу собраний (Статья 11). Впервые суд установил нарушение статьи 18 в совокупности со статьей 11 (там же.), и установил, что заявитель может ссылаться на статью 18 в сочетании со статьей 5 § 3 (Selahattin Demirta§ (no. 2)).
Также впервые суд рассмотрел дело о применении исламского религиозного права (шариатского права) к наследственному спору против воли бенефициара завещания (Молла Сали, статья 14 Конвенции в совокупности со статьей 1 Протокола № 1).
Что касается права на мирное пользование имуществом, то решение по делу G. I. E. M. S. r.l. а другие указали на необходимость предоставления процессуальных гарантий владельцам конфискованного имущества. В Лекич Большой Палаты исследовали последствия закон о компаниях за финансовую ответственность директоров компании.
Наконец, в Radomilja и другим Большой Палаты изучили действие статей 32 и 34 Конвенции, и в частности определением понятия «жалоба» и таким образом объем дела до суда.
Других важных дел касалось объем обязательств государств, касающихся уголовных расследований убийств (Akeliene), в том числе убийство журналиста («Мазепа» и др.), досудебное задержание журналистов (Мехмет Алтан Хасан и §ahin Алпай) и досудебного содержания под стражей народного депутата (Селахаттин Demirta§ (нет. 2)).
Что касается статьи 6, в дополнение к анализу применимости этой статьи для участия в торгах на присуждение финансирования (Миновны институт), суд пересмотреть его дело-права на использование арбитража для урегулирования споров в профессиональном спорте (Муту и Пехштейн). Оно также постановило о необходимости предоставления иностранным ответчикам устного перевода для осуществления их защиты (Vizgirda).
В других случаях законных интересов заинтересованных сфера «частной» жизни в связи с разглашением органы сведений, необходимых для охраны государственной безопасности (Anchev), с открытием работодателем личных файлов, хранящихся на работника на его рабочем компьютере (Либерт), и с допинг-контроля в спорте (Национальная федерация спортсменов ассоциаций и союзов (FNASS) и др.). Кроме того, в соответствии со статьей 8 суд рассмотрел вопрос о защите, которая должна предоставляться в ходе уголовного расследования родственникам погибшего (Солска, Рыбицкая и Лозовое), а также обязательства властей по отношению к несовершеннолетнему, родители которого были задержаны полицией (Хаджиева).
Впервые, суд исследовал равновесие между правом на защиту персональных данных (Статья 8) и в онлайн-архивации информации в средствах массовой информации (Статья 10) (М. Л. и У. В. В. Германия), и правила по использованию СМИ гиперссылок на клеветническое содержание (Мадьяр Жеты-ЗРТ). Он также рассмотрел вопрос о крупномасштабном перехвате сообщений и обмене разведывательными данными с иностранными государствами, особенно в контексте терроризма («Большой Брат Уотч» и другие), и о примирении религиозных чувств и свободы выражения мнений в сфере рекламы («Секмадиенис Лтд.»).).
В других случаях судебные интерес обеспокоен опасными видами деятельности (кур^ООН), регулирование коммерческой деятельности (О’Салливан Маккарти мидий развития Ltd и Konyv-Тар Kft и др.) и регулирования частного арендного сектора (Ф. Я. М. против Соединенного Королевства).
В своих решениях по делу Мехмет Хасан Алтан и §ахин Алпай суд рассмотрел действительность отступления во время чрезвычайного положения (Статья 15) и в деле Ирландия против Соединенного Королевства впервые вынес решение по просьбе о пересмотре решения по межгосударственному делу (правило 80 Регламента Суда).
Прецедентное право суда также касается взаимодействия между Конвенцией и правом Европейского Союза. Впервые суд вынес решение о степени обязанности судов, решения которых не могут быть обжалованы, давать основания для отказа в обращении за предварительным определением в суд Европейского Союза (CJEU) (Baydar). Суд также рассмотрел дело, касающееся решения CJEU в контексте разбирательства о нарушении прав (O’Sullivan McCarthy Mussel Development Ltd).
Она сослалась на Хартию основных прав (Correia de Matos), директивы ЕС по уголовным делам (Correia de Matos и Vizgirda) и прецедентное право Европейского союза (Big Brother Watch and Others and Lekic).
В ряде дел суд принял во внимание взаимодействие между Конвенцией и международным правом (Наит-Лиман, Муту и Печштайн, Коррея де Матос, Национальная федерация ассоциаций и союзов спортсменов (ФНАС) и другие, Молла Сали и Лекич). Она нашла поддержку в решениях Международного суда (Лекич), Рамочной конвенции Совета Европы о защите национальных меньшинств (Молла Сали) и Конвенции Совета Европы о борьбе с допингом (Национальная федерация ассоциаций и союзов спортсменов (ФНАС) и других).
Он касается позитивных обязательств государств по Конвенции (Hadzhieva) и их процессуальных обязанностей (С., В. и А. В. Дании, Akeliene и Визгирды). Ряд важных решений выяснялась усмотрения, предоставляемой договаривающимися сторонами Конвенции (она-Лиман на Zubacand Коррейя де Матос, между прочим) и роль принципа субсидиарности (Radomilja и др.).
ЮРИСДИКЦИЯ И ПРИЕМЛЕМОСТЬ
Допустимости (статьи 34 и 35)
Radomilja и другие против Croatia2 соответствующими статьями 32 и 34 Конвенции и, в частности, элементы, которые определяют жалобы и, следовательно, объем дело передано в суд.
Дело касается двух заявлений, связанных со спорами между заявителями и местными властями по поводу нескольких земельных участков, находившихся в «общественной собственности» в социалистическую эпоху. В соответствии с внутренним законодательством в период социализма (1941-1991 годы) не было возможности приобретать общественно принадлежащие земли путем отчуждения, хотя они могли быть приобретены до этого периода. Это правило было временно отступило (в 1997 году) до тех пор, пока Конституционный суд признал, что отступление (в 1999 году), восстановив тем самым исключая период 1941-91 от срок давности владения. Заявители утверждали, что приобрели общественную землю в результате неблагоприятного владения. Окончательного внутреннего решения отклонил их иск на том основании, что они не владели землей в течение соответствующего периода до 1941 года. Их конституционные апелляции были отклонены, хотя они и не ссылались на свое право собственности.
В суде они подали жалобу в соответствии со статьей 1 Протокола № 1 об отказе национальных судов признать их приобретение путем неблагоприятного владения, утверждая главным образом, что эти суды неправильно оценили факты и неправильно применили внутреннее законодательство. Палата пришла к выводу, исходя из Трго В. Croatia3, что заявители приобрели земельный экс Леге, а отступление было в силе и признал нарушение статьи 1 Протокола № 1, таким образом, с учетом периода 1941-91 в установленный срок за незаконное владение. 28 ноября 2016 года коллегия передала дело на рассмотрение Большой Палаты. Большая палата установила, что, поскольку представленные ей жалобы включали период 1941-1991 годов, они были новыми, поскольку заявители не полагались на этот период в Палате. Следовательно, эти жалобы являются неприемлемыми как несвоевременные (остальные жалобы, как было установлено, не привели к нарушению Конвенции).
Дело интересно тем, что Палата основывала свое решение на фактологической (период 1941-1991 годов) и правовой основе, на которую заявители не ссылались ни в национальных судах, ни в Палате. Поэтому Большая палата должна была ответить на довольно фундаментальный вопрос о том, что определяет жалобу и, следовательно, объем дела, находящегося на рассмотрении суда, и, в частности, являются ли фактические утверждения, сами по себе или в сочетании с юридическими представлениями, определяющими жалобу.
Большая палата установила, что объем дела, переданного в суд в порядке осуществления права на индивидуальное ходатайство, был определен жалобой заявителя, отражая тем самым принцип ne eat judex ultra et extra petita partium (не выходящий за рамки просьбы). Жалоба состоит из двух элементов: фактических утверждений и юридических аргументов. В силу принципа jura novit curia (суд знает закон) Суд не связан юридическими основаниями, приведенными заявителем в соответствии с Конвенцией и протоколами к ней, и имеет право принимать решение о квалификации в законе фактов жалобы путем рассмотрения ее в соответствии с различными статьями или положениями Конвенции по отношению к тем, на которые ссылается заявитель. Однако, он не может основывать свое решение на фактах, не охваченных жалобы: в постановление выходит за рамки дела и принятия решения по вопросам, не «касается» его, по смыслу статьи 32. Наконец, заявитель (или, по сути, суд ex officio) может позднее уточнить или уточнить первоначально представленные факты.
Придя к такому выводу, Большая палата согласилась с тем, что различные аспекты прецедентного права суда, указывая на внутреннюю связь между фактологическими и правовыми представлениями, предполагают, что жалоба ограничивается фактами, представленными заявителями. Он рассмотрел случай-закон об исчерпании внутренних средств правовой защиты, чтобы быть исключением из этого принципа, так как суд продолжает подчеркивать Конвенции аргументы опирались на национальном уровне, постановив, что неспособность поднять правовых доводов к тому же или как эффектом на основе внутреннего законодательства приводит суд к выводу, что жалоба, поступившая в органы власти не соответствует содержанию, что представил в суд, и что заявители не исчерпали внутренние средства правовой защиты. Тем самым Большая Палата подчеркнула свою неизменную приверженность принципам, которые предоставляют государству реальную возможность предотвращать или исправлять предполагаемое нарушение в увязке со вспомогательным характером системы Конвенции.
Применяя эти принципы к настоящему делу, Большая палата подтвердила, что решение Палаты было принято на основе фактов, на которые заявители не ссылались (период 1941-1991 годов). Таким образом, это решение было вынесено за рамками дела, которые были определены жалобами заявителей в соответствии со статьей 1 Протокола № 1 и, в частности, фактами, указанными в нем. То, что заявители теперь хотели полагаться на этот 50-летний период, равносильно подаче новых и отдельных жалоб в Большую палату. Применяя критерии приемлемости к этим новым жалобам, Большая палата установила, что они были представлены за пределами шестимесячного срока, и поэтому пришла к выводу, что они являются неприемлемыми.

Leave a Reply