echr@cpk42.com
+7 495 123 3447

Дело №32984/06 "Стафеев против России"

Перевод настоящего решения является техническим и выполнен в ознакомительных целях.
С решением на языке оригинала можно ознакомиться, скачав файл по ссылке

 

Третья секция
Дело «Стафеев против России»
(Жалоба № 32984/06)
Решение
Страсбург
8 Декабря 2020
Это решение является окончательным, но оно может быть подвергнуто редакционной правке.
В деле «Стафеев против России», Европейский суд по правам человека (третья секция), заседающий в качестве комитета, состоящего из:
Darian Pavli, Председатель,
Dmitry Dedov,
Peeter Roosma, судьи,
и Olga Chernishova, Заместитель секретаря секции,
Принимая во внимание:
жалобу (№32984/06) поданную против Российской Федерации, в суд в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее-Конвенция) гражданином Российской Федерации г-ном Вячеславом Владимировичем Стафеевым (далее-заявитель) 20 июня 2006 года;
решение уведомить правительство Российской Федерации( далее-правительство ”о жалобах, поданных в настоящем заявлении, касающихся отсутствия эффективной правовой помощи, в частности в апелляционном порядке, а также низкого качества видеосвязи в Верховном суде, и признать неприемлемой остальную часть этого заявления.;
замечания сторон;
Обсудив это в частном порядке 17 ноября 2020 года,
Выносит следующее решение, которое было принято в этот день:
Вступление
1. Дело об  отсутствии эффективной правовой помощи в апелляционной инстанции.
Факты
2. Заявитель родился в 1978 году и содержится под стражей в Харпе. Его представлял г-н Э. Марков, адвокат, практикующий в Страсбурге, Франция. 13 февраля 2014 года заявителю была оказана юридическая помощь.
3. Российское правительство (“правительство”) было представлено г-ном Г. Матюшкиным, Уполномоченным Российской Федерации в Европейском суде по правам человека, а затем его преемником на этом посту г-ном М. Гальпериным.
4. Факты дела, представленные сторонами, могут быть обобщены следующим образом.
5. 19 февраля 2001 года в их квартире были обнаружены трупы семьи Ш. (мужчины, его жены и их тринадцатилетнего сына), по данному факту было возбуждено уголовное дело. Судя по всему, семья была убита 18 февраля 2001 года.
I. Обстоятельства дела
А. Расследование убийства семьи Ш.
6. 15 ноября 2004 года заявитель был помещен под стражу после осуждения за другое преступление.
7. 16 ноября 2004 года отпечатки пальцев заявителя были включены в базу данных Министерства внутренних дел.
8. 8 декабря 2004 года сотрудники полиции, занимающиеся расследованием убийства семьи Ш., были проинформированы о том, что отпечатки пальцев, обнаруженные в квартире семьи, совпадают с отпечатками пальцев заявителя.
9. 9 декабря 2004 года полиция провела обыск в квартире заявителя и обнаружила несколько предметов, соответствующих вещам, похищенных из квартиры потерпевших.
10. 8, 9 и 10 декабря 2004 года сотрудники милиции посетили заявителя в следственном изоляторе и неофициально допросили его об убийстве семьи Ш.
11. В конце концов заявитель признался в убийстве. По словам заявителя, он сознался в содеянном 10 декабря 2004 года под давлением сотрудников полиции. По данным правительства, 8 декабря 2004 года заявитель спонтанно и добровольно признал свою вину.
12. 10 декабря 2004 года в 3 часа дня заявителю было сообщено о его правах. Он отказался от своего права на адвоката.
13. В тот же день заявитель был допрошен в качестве подозреваемого в отсутствие адвоката. Он повторил свое предыдущее признание.
14. 16 декабря 2004 года заявитель был вновь допрошен в качестве подозреваемого в отсутствие адвоката, от услуг которого он отказался. Он снова повторил свое предыдущее признание.
15. 20 января 2005 года в ходе судебного заседания по вопросу об избрании меры пресечения заявитель при содействии адвоката отказался от своего предыдущего признания.
A. судебный процесс над заявителем
1. Первая инстанция
16. 15 сентября 2005 года Свердловский областной суд признал заявления заявителя, данные 10 и 16 декабря 2004 года, неприемлемыми на том основании, что они были сделаны в отсутствие адвоката и впоследствии отозваны в судебном заседании. Областной суд пришел к иному выводу в отношении признания заявителя, сделанного 8 декабря 2004 года.
17. На суде заявитель отрицал свою вину и утверждал, что он действительно посещал семью Ш., Но 16 февраля 2001 года, а не 18 февраля 2001 года. Он добавил, что его признание было сделано под давлением.
18. 14 декабря 2005 года областной суд признал заявителя виновным по трем пунктам обвинения в убийстве, разбое и уничтожении имущества и приговорил его к пожизненному заключению. В частности, он основывал свое суждение на следующем:
— заключение эксперта о том, что в квартире потерпевших были обнаружены отпечатки пальцев заявителя;
— протокол обыска в доме заявителя, где были обнаружены предметы, впоследствии идентифицированные как принадлежавшие потерпевшим;
— показания сотрудников милиции, которые посещали заявителя в следственном изоляторе и разговаривали с ним и согласно которым заявитель сначала отрицал свою причастность к убийствам, но затем добровольно признался в убийствах после того, как ему сообщили, что на месте преступления были обнаружены его отпечатки пальцев;
— признание заявителя, сделанное 8 декабря 2004 года.
2. Апелляционное производство
19. 14 ноября 2005 года адвокат заявителя, который помогал ему в судебном разбирательстве, подал апелляцию. Апелляционная жалоба занимала семнадцать страниц и поднимала различные фактические и юридические вопросы.
20. 30 марта 2006 года адвокату было сообщено, что апелляционное слушание состоится 15 мая 2006 года.
21. В неустановленную дату заявитель был доставлен в следственный изолятор в Москве для участия в апелляционном слушании.
22.15 мая 2006 года адвокат заявителя не явился на апелляционное слушание, и заявитель, который присутствовал при этом, попросил предоставить ему нового адвоката. Верховный Суд России назначил адвоката Р. для оказания помощи заявителю и отложил слушание дела до 29 мая 2006 года.
23. 23 мая 2006 г. Р. посетил заявителя в следственном изоляторе г. Москвы. По словам заявителя, власти следственного изолятора ограничили его общение с Р. пятнадцатью минутами, а охранник неоднократно прерывал их общение.
24. 25 мая 2006 года заявитель представил властям следственного изолятора в Москве свое ходатайство в Верховный суд о предоставлении ему дополнительной встречи с Р., поскольку время, предоставленное властями следственного изолятора, было недостаточным. По мнению Правительства, материалы дела не содержат каких-либо сведений о том, что заявитель обратился с соответствующим запросом в Верховный Суд в эту дату. В то же время правительство представило копию ходатайства заявителя, написанного на фирменном бланке следственного изолятора и датированного 25 мая 2006 года, зарегистрированного следственным изолятором в качестве исходящей корреспонденции 26 мая 2006 года и полученного Верховным судом, согласно его почтовому штемпелю, 5 июня 2006 года.
25. 29 мая 2006 года Верховный Суд Российской Федерации отклонил апелляционную жалобу заявителя и оставил в силе решение областного суда. Заявитель участвовал в слушании по видеосвязи.
26. По словам заявителя, в ходе апелляционного слушания он просил Верховный суд принять его ходатайство от 25 мая 2006 года к материалам дела, в чем ему было отказано.
27. По данным правительства, 30 и 31 мая 2006 года заявитель жаловался в Верховный суд на плохое качество видеопередачи и на недостаточное время, которое он имел для консультации с Р. 23 мая 2006 года.
28. Согласно справке, выданной заместителем начальника отдела информационных технологий Верховного суда 28 августа 2013 года, в ходе апелляционного слушания 29 мая 2006 года сбоев видеопередачи зафиксировано не было.
II. Соответствующая правовая база и практика
29. Соответствующее национальное законодательство кратко изложено в деле «Ичетовкина и другие против России» (№12584/05 и 5 других, § 11, 4 июля 2017 г.) с дальнейшими ссылками.
Закон
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в сочетании с пунктом 3 С) статьи 6 в ходе апелляционного производства 
30. Заявитель жаловался на отсутствие эффективной правовой помощи по апелляции в нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции, взятого в совокупности с пунктом 3 С) статьи 6, который гласит следующее:
“1. При определении … любое уголовное обвинение против него каждый имеет право на справедливый… слышащий… по … Суд …
3. Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет следующие минимальные права:

с) защищать себя лично или посредством юридической помощи по своему выбору или, если он не имеет достаточных средств для оплаты юридической помощи, получать ее бесплатно, когда этого требуют интересы правосудия.”
A. Приемлемость
1. Доводы сторон
31. Правительство может быть истолковано как заявление о неисчерпании внутренних средств правовой защиты. Они утверждали, что заявитель своевременно не подал жалобу на недостаточное время, предоставленное для консультации с его новым адвокатом Р. ни до, ни во время апелляционного слушания. В этой связи они указали, что в материалах апелляционного производства не содержится информации о том, что 25 мая 2006 года заявитель обратился в Верховный суд с просьбой предоставить ему дополнительную консультацию с Р. Они также указали, что 3 июля 2006 года Верховный Суд получил жалобы заявителя, поданные 30 и 31 мая 2006 года, то есть после апелляционного слушания, с просьбой о дополнительной консультации с Р. Правительство далее утверждало, что они не могли предоставить суду протокол апелляционного слушания до 3 мая 2011 года, поскольку внутреннее законодательство не предусматривало стандартной выдачи такого документа.
32. Заявитель утверждал, что 25 мая 2006 года он направил через следственный изолятор в Верховный Суд свою просьбу о предоставлении ему дополнительной консультации с Р. Он довел свою просьбу до сведения Верховного суда во время апелляционного слушания, в котором он признал свою вину по видеосвязи. 29 мая 2006 года он также принес с собой копию своего ходатайства от 25 мая 2006 года и просил Верховный суд включить его ходатайство в материалы апелляционного слушания, но получил отказ.
2. Оценка суда
33. Суд отмечает, что стороны расходятся во мнениях относительно точного момента, когда заявитель жаловался на недостаточное время для подготовки своей защиты. По словам заявителя, он подал свою жалобу в Верховный суд через пенитенциарную администрацию 25 мая 2006 года, которая была до слушания дела, а также повторил ее на апелляционном слушании. По мнению правительства, жалоба заявителя была получена апелляционным судом только после слушания дела. Что касается самого слушания, то они указали, что в то время не было составлено протокола апелляционного слушания, и, следовательно, невозможно было установить, действительно ли заявитель довел этот вопрос до сведения апелляционного суда.
34. Суд отмечает, что правительство представило копию ходатайства заявителя, написанного на фирменном бланке следственного изолятора и датированного 25 мая 2006 года, зарегистрированного следственным изолятором в качестве исходящей корреспонденции 26 мая 2006 года и полученного Верховным судом, согласно его почтовому штемпелю, 5 июня 2006 года. Этот документ показывает, что заявитель пытался, по крайней мере, подать свои жалобы в ходе внутреннего разбирательства. Однако этого само по себе недостаточно для того, чтобы сделать вывод о том, что заявитель исчерпал все внутренние средства правовой защиты.
35. Суд отмечает, что доводы сторон, изложенные выше, тесно связаны с существом жалобы. Соответственно, он присоединяется к предварительному возражению правительства по существу дела.
36. Суд также отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 а) статьи 35 Конвенции и что она не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Поэтому она должна быть признана приемлемой.
B. По существу дела
1. Доводы сторон
37. Заявитель повторил, что 23 мая 2006 года ему не было предоставлено достаточно времени для консультации с Р. В этой связи он указал на сложность дела и утверждал, что материалы дела состоят из семи томов, что правительство не обосновало, сколько времени Р. потратил на изучение материалов дела, что он поднял различные фактические и юридические сложные вопросы в своем апелляционном заявлении, что на апелляционном слушании Р. просто поддержал свою апелляционную жалобу, не приводя никаких собственных доводов, что он не имел никакой связи с Р. на апелляционном слушании и, наконец, что на карту поставлена его свобода, поскольку он был приговорен к пожизненному заключению.
38. Правительство утверждало, что Р. оказывал юридическую помощь заявителю в течение девяти дней до апелляционного слушания, включая изучение семитомного дела, встречу с заявителем 23 мая 2006 года и участие в апелляционном слушании 29 мая 2006 года.
2. Оценка суда
39. Суд с самого начала повторяет, что для справедливости системы уголовного правосудия крайне важно, чтобы обвиняемый был надлежащим образом защищен как в первой инстанции, так и в апелляционной (см. Lala V. The Netherlands, 22 сентября 1994 года, § 33, Series A no. 297 A, и Pelladoah V.The Netherlands, 22 сентября 1994 года, § 40, Series A no. 297 B).
40. Принимая во внимание три фактора – (а) широкие полномочия судов апелляционной инстанции в России, (Б) серьезность предъявленных заявителям обвинений и (в) суровость вынесенного им приговора, – суд ранее считал, что интересы правосудия требовали, чтобы для получения справедливого судебного разбирательства заявители имели законное представительство в апелляционном судебном заседании. Таким образом, суд установил нарушение пункта 1 статьи 6 в сочетании с пунктом 3 С) статьи 6 Конвенции (см. Shilbergs V. Russia, no. 20075/03, § § 120-24, 17 декабря 2009 г.; и Шулепов против России, № 15435/03, § § 34-39, 26 июня 2008 г.). Кроме того, осуществление права на юридическую помощь приобретает особое значение, когда заявитель общается с залом суда по видеосвязи (см. Голубев против России (дек.), № 26260/02, 9 ноября 2006 года, и Шулепов, цитируемый выше, § 35). Кроме того, простое назначение адвоката само по себе не обеспечивает эффективности помощи, которую он может оказать обвиняемому (см. Sakhnovskiy V. Russia [GC], no.21272/03, § 95, 2 ноября 2010 года, с дальнейшими ссылками). В этом контексте решающее внимание должно быть уделено тому, приняли ли национальные власти достаточные меры для установления контакта между адвокатом и заявителем, которые уважали бы права защиты (там же, § § 101 и 107, и Ичетовкина и другие, упомянутые выше, § 30), а также тому, объяснили ли соответствующие власти невозможность принятия различных мер (Сахновский, упомянутый выше, § 106).
41. В настоящем деле заявитель был судим по серьезным обвинениям и ему грозило пожизненное заключение. Он участвовал в слушании по видеосвязи, и ему помогал недавно назначенный адвокат. Таким образом, суд считает, учитывая также широкие полномочия апелляционного суда при рассмотрении его апелляции, что интересы правосудия требовали от судебных органов до начала рассмотрения апелляции по существу выяснить, имел ли заявитель достаточное время и возможность проконсультироваться со своим вновь назначенным адвокатом. Однако ничто в материалах дела не указывает на то, что Апелляционный суд сделал это (сравните и противопоставьте Sesler V. Russia (dec.), no.67772/10, § 22, 1 сентября 2020 года). В этом контексте суду нет необходимости проверять, правильно ли заявитель подал свои жалобы на недостаточное время для подготовки своей защиты в апелляционном суде. Суд считает, что его поведение само по себе не могло освободить власти от их обязанности принимать меры, гарантирующие ему эффективную защиту (см. Дело Шехов против России, № 12440/04, § 42, 19 июня 2014 года, с дальнейшими ссылками). Поэтому предварительное возражение правительства должно быть отклонено.
42. Принимая во внимание вышеизложенные выводы, суд, таким образом, приходит к выводу, что рассматриваемое апелляционное производство не соответствовало требованиям справедливости. Таким образом, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 в сочетании с пунктом 3 С) статьи 6 Конвенции.
II. Другие предполагаемые нарушение Конвенции
43. принимая во внимание свой вывод в соответствии с пунктом 1 статьи 6 Конвенции, взятый в совокупности с пунктом 3 С) статьи 6 (см. пункт 42 выше), суд считает, что нет необходимости отдельно рассматривать ни приемлемость, ни существо остальных жалоб заявителя в соответствии со статьей 6.
III. Применение статьи 41 Конвенции
Статья 41 Конвенции предусматривает:
«Если суд установит, что имело место нарушение Конвенции или протоколов к ней, и если внутреннее законодательство соответствующей Высокой Договаривающейся Стороны допускает лишь частичное возмещение, суд, в случае необходимости, предоставляет потерпевшей стороне справедливое удовлетворение.”
A. Ущерб
45. Заявитель требовал 10 000 евро (евро) в возмещение морального вреда.
46. Правительство оспорило это утверждение. Они сочли, что заявленная сумма компенсации является чрезмерной.
47. Суд напоминает, что в настоящем деле он установил нарушение статьи 6 Конвенции в связи с тем, что Апелляционный суд не установил, может ли заявитель эффективно воспользоваться своим правом на юридическую помощь. Принимая во внимание тот факт, что внутреннее законодательство предусматривает, что уголовное производство может быть возобновлено, если суд установит нарушение Конвенции, Суд считает, что установление нарушения само по себе представляет собой достаточную справедливую компенсацию за любой моральный ущерб, понесенный заявителем (см. 2257/12, § § 80-81, 12 декабря 2017 года, и совсем недавно, Кумицкий и другие против России, № 66215/12 и 4 других, § 28, 10 июля 2018 года).
B. Расходы и издержки
48. Заявитель также требовал 350 евро для покрытия расходов, понесенных им в национальных судах, указывая, что из-за специфического характера расходов практически невозможно представить полный отчет о таких расходах. Заявитель не представил никаких документов, подтверждающих расходы. Он также потребовал 2950 евро на судебные издержки и расходы, понесенные его представителем в суде. Эта сумма включала, во-первых, 2800 евро на судебные издержки, и заявитель ссылался на тариф для адвокатов, обычно принимаемый судом, и часы, потраченные его представителем на подготовку дела, заявитель также утверждал, что он не внес никакого первоначального взноса своему представителю из-за отсутствия средств. Вторая часть суммы составляет 150 евро на административные расходы, понесенные представителем заявителя. В отношении последних административных расходов представитель заявителя указал, что в силу специфики расходов практически невозможно представить полный отчет о таких расходах.
49. Правительство ответило, что заявитель представил только несколько платежных квитанций и не смог обосновать разумность требуемых денежных сумм.
50. Суд отмечает, что заявителю уже выплачено 850 евро в качестве юридической помощи. Принимая во внимание документы, представленные представителем заявителя в обоснование требований о возмещении судебных и иных расходов, суд не видит оснований для вынесения дополнительного решения по этой части.
По этим причинам суд, единогласно,
1. Объявляет приемлемой жалобу в соответствии с пунктом 1 статьи 6 Конвенции, принятую в совокупности с пунктом 3 С) статьи 6 Конвенции в связи с отсутствием эффективной правовой помощи на апелляционном слушании.;
2. постановляет, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в сочетании с пунктом 3 С) статьи 6 Конвенции в связи с отсутствием эффективной правовой помощи в ходе апелляционного слушания;
3. постановляет, что нет необходимости рассматривать отдельно другие жалобы в соответствии со статьей 6 Конвенции;
4. постановил, что установление факта нарушения представляет собой достаточную справедливую компенсацию морального вреда, причиненного заявителю;
5. отклоняет требование заявителя о справедливом удовлетворении.
Совершено на английском языке и уведомлено в письменной форме 8 декабря 2020 года в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

|| Смотреть другие дела по Статье 6 ||

 

Если Вам необходима помощь по защите Ваших нарушенных прав, обращайтесь по контактам ниже:
Пишите Звоните Пишите на сайте
echr@cpk42.com +7 495 123 3447 Форма

 

Следите за новостями нашего Центра в социальных сетях:

Дело №32984/06 "Стафеев против России"

Дело №32984/06 "Стафеев против России"

Дело №32984/06 "Стафеев против России"

Дело №32984/06 "Стафеев против России"

Оставьте комментарий

Нажмите, чтобы позвонить