+7 495 123 3447 | echr@cpk42.com
Мы в соц. сетях:

ЕСПЧ присудил компенсацию за необоснованный обыск в жилище при раследовании преступления, связанного с оборотом накотиков: Дело №69810/11 "Кузьминас против России"

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПРИСУДИЛ КОМПЕНСАЦИЮ ЗА НЕОБОСНОВАННЫЙ ОБЫСК В ЖИЛИЩЕ ПРИ РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ, СВЯЗАННОГО С ОБОРОТОМ НАРКОТИКОВ

21 декабря 2021 года Европейский Суд по правам человека (ЕСПЧ) опубликовал постановление по делу «Кузьминас против России» (Kuzminas v. Russia, № 69810/11, от 21 декабря 2021 года).

Исходя из материалов дела, 3 февраля 2011 года в квартире Дениса Геннадиевича Кузьминаса после проведения проверочной закупки был произведен безотлагательный обыск, несанкционированный судом. При этом органы дознания нарушили трехдневный срок для подачи уведомления в суд для проверки законности произведенного следственного действия.

ЕСПЧ посчитал, что обыск в квартире Заявителя представлял собой вмешательство, не основанное на законе, установил нарушение статьи 8 Европейской Конвенции по правам человека (право на уважение жилища) и присудил Заявителю компенсацию морального вреда в размере 2 тысяч евро.

Предлагаем ознакомиться с переводом постановления ЕСПЧ по делу «Кузьминас против России» (Kuzminas v. Russia, № 69810/11, от 21 декабря 2021 года).

Перевод настоящего решения является техническим и выполнен в ознакомительных целях.

С решением на языке оригинала можно ознакомиться, скачав файл по ссылке

ТРЕТЬЯ СЕКЦИЯ
КУЗЬМИНАС ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
(Жалоба № 69810/11)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Страсбург
21 декабря 2021

Это постановление станет окончательным при обстоятельствах, изложенных в пункте 2 статьи 44 Конвенции. Оно может быть подвергнуто редакционной правке.

В деле Кузьминас против Российской Федерации,
Европейский Суд по правам человека (Третья секция) заседая Палатой в составе:
Georges Ravarani, Председатель,
Georgios A. Serghides,
Dmitry Dedov,
Darian Pavli,
Peeter Roosma,
Andreas Zünd,
Frédéric Krenc, судьи,
and Milan Blaško, Секретарь,

Принимая во внимание:

жалобу (№ 69810/11) против Российской Федерации, поданную в Суд в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод («Конвенция») гражданином Российской Федерации Денисом Геннадиевичем Кузьминасом (Заявитель) 20 октября 2011 года;
решение уведомить о жалобе власти Российской Федерации («Власти»);
замечания сторон;
Обсудив в частном порядке 30 ноября 2021 года,

Выносит следующее постановление, которое было принято в тот же день:

Введение

1. Дело касается обысков в жилище Заявителя при неотложных обстоятельствах и их последующий пересмотр в судебном порядке.

Факты

2.  Заявитель родился в 1978 году и был задержан в п. Славяновка Калининградской области. Заявителя представлял в Суде г-н В.А. Филатьев, адвокат, практикующий в Калининграде.

3.  Власти первоначально представлял г-н М. Гальперин, бывший представитель Российской Федерации в Европейском Суде по правам человека, а затем его преемник на этом посту г-н М. Виноградов.

4. Факты по делу, представленные сторонами, могут быть обобщены следующим образом.

5.  2 февраля 2011 года дознаватели провели проверочную закупку наркотических средств у г-на С. При допросе после его ареста приблизительно в 7-8 вечера г-н С. сообщил адрес мужчины по имени «Кузя», у кого он предположительно купил наркотические средства.

6.  3 февраля 2011 года дознаватели провели проверочную закупку наркотических средств у Заявителя, который проживал по адресу, указанному г-ном С. Около 14:00 они провели обыск в квартире Заявителя на основании постановления о безотлагательном производстве обыска, изданным дознавателем. В постановлении о производстве обыска указывались события предыдущего дня: уголовное дело, возбужденное против г-на С., проверочная закупка у него наркотиков и допрос, во время которого г-н С. сообщил адрес Заявителя. В постановлении о производстве обыска также упоминалось, что, согласно «оперативно-розыскной информации», по данному адресу была зарегистрирована женщина, чей партнер был известен как «Кузя». На основании вышеизложенной информации дознаватель пришел к выводу о наличии достаточных оснований полагать, что в вышеупомянутой квартире «могли находиться наркотики, психотические и ядовитые вещества, другие запрещенные к обращению предметы, деньги и ценности, полученные незаконным путем, а также другие материалы и документы, имеющие отношение к уголовному делу, и что, следовательно, было необходимо произвести обыск в безотлагательном порядке, поскольку обычное промедление в двадцать четыре часа для получения судебного постановления о производстве обыска может привести к утрате соответствующих материалов для расследования уголовного дела».

7.  В неустановленную дату дознаватель направил уведомление в суд первой инстанции о признании обыска, проведенного 3 февраля 2011 года, законным. К уведомлению прилагались копии постановления дознавателя о производстве обыска 3 февраля 2011 года и протокол обыска.

8.  9 февраля 2011 года Московский районный суд г. Калининграда («Районный суд») рассмотрел вышеупомянутое уведомление. В своем постановлении он повторил содержание постановления дознавателя о производстве обыска; далее суд указал, что постановление о производстве обыска было издано и осуществлено 3 февраля 2011 года и что уведомление дознавателя о признании обыска законным было доставлено в суд 9 февраля 2011 года. Районный суд, «изучив представленные ему материалы», постановил, что у дознавателя были достаточные основания полагать, что «будут найдены наркотики, психотропные и ядовитые вещества, другие предметы, запрещенные к обращению, деньги и ценности, полученные в результате незаконной деятельности, а также другие материалы и документы, имеющие отношение к уголовному делу» по месту жительства Заявителя. Районный суд также отметил, что «обыск проводился при неотложных обстоятельствах» и признал постановление о производстве обыска законным.

9.  Заявитель подал апелляционную жалобу на постановление суда от 9 февраля 2011 года. Он жаловался, в частности, на незаконность и необоснованность решения суда. Он также утверждал, что у дознавателя было достаточно времени, чтобы получить разрешение суда на производство следственного действия еще до проведения обыска. Он также жаловался на то, срок подачи уведомления дознавателем для проверки законности безотлагательного обыска не был соблюден.

10. 6 сентября 2011 года Калининградский областной суд («Областной суд») оставил постановление от 9 февраля 2011 года без изменения. Он счел постановление дознавателя о производстве безотлагательного обыска обоснованным и его осуществление при неотложных обстоятельствах со ссылкой на «риск утраты материалов, имеющих значение для уголовного дела». Областной суд не рассмотрел жалобу Заявителя на несоблюдение срока подачи в суд уведомления о производстве безотлагательного обыска.

ПРИМЕНИМОЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

11.  Для обыска жилища требуется судебное постановление о разрешении на производство обыска, вынесенное на основании ходатайства следователя или дознавателя (статья 165 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации). В исключительных случаях, когда производство осмотра жилища, обыска и выемки в жилище … не терпит отлагательства, указанные следственные действия могут быть произведены на основании постановления следователя или дознавателя без получения судебного решения. В этом случае следователь или дознаватель не позднее 3 суток с момента начала производства следственного действия уведомляет судью и прокурора о производстве следственного действия. К уведомлению прилагаются копии постановления о производстве следственного действия и протокола следственного действия для проверки законности решения о его производстве. Получив указанное уведомление, судья в течение 24 часов проверяет законность произведенного следственного действия и выносит постановление о его законности или незаконности (части 2 и 5 ста
тьи 165 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

ПРАВО

I.ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЕЙ 8 и 13 конвенции

12.  Заявитель жаловался на то, что его квартира подверглась незаконному обыску и что у него не было возможности эффективно обжаловать постановление о производстве безотлагательного обыска в суде. Он ссылался на статьи 8 и 13 Конвенции, которые гласят следующее:

Статья 8

«1.  Каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и корреспонденции.

2.  Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.”

Статья 13

«Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.»

A.Приемлемость

13.  Суд отмечает, что жалоба не является ни явно необоснованной, ни неприемлемой по каким-либо другим основаниям, перечисленным в статье 35 Конвенции. Следовательно, она должна быть признана приемлемой.

B.Существо дела

1.Замечания сторон

14.  Заявитель утверждал, что дознаватели допросили г-на С. 2 февраля 2011 года и у них было достаточно времени, чтобы запланировать проверочную закупку наркотиков у Заявителя на следующий день, а это значит, что у них также было достаточно времени для получения разрешения суда на обыск его квартиры. Не было никаких исключительных обстоятельств, оправдывающих безотлагательность обыска без предварительного разрешения суда. Заявитель также утверждал, что дознаватель нарушил процедуру, предусмотренную Уголовно-процессуальным кодексом, поскольку он не подал уведомление в суд в установленный срок. Наконец, Заявитель утверждал, что национальные суды исследовали только формальную законность и обоснованность обыска, но не исследовали, был ли он необходимым в демократическом обществе. Он считал, что его права, предусмотренные статьями 8 и 13 Конвенции, были нарушены.

15. Власти утверждали, что обыск квартиры Заявителя был произведен в соответствии с национальным законодательством и имел достаточные основания. Обыск был «необходим в демократическом обществе», и, следовательно, требования статьи 8 Конвенции были соблюдены. Заявитель также имел реальную возможность добиться проверки законности обыска в судебном порядке, поэтому требования статьи 13 Конвенции также были соблюдены.

2.Оценка Суда

16.  Суд рассмотрит настоящую жалобу в свете общих принципов, обобщенных в недавнем постановлении Tortladze v. Georgia (№ 42371/08, §§ 55-58, 18 марта 2021 года).

17.  Суд повторяет, что фраза «предусмотрено законом» в пункте 2 статьи 8 Конвенции, по существу, относится к национальному законодательству и устанавливает обязательство соблюдать его материально-правовые и процессуальные нормы (см., например, Vladimir Polishchuk and Svetlana Polishchuk v. Ukraine, № 12451/04, § 44, 30 сентября 2010). Однако в первую очередь национальные власти, в частности суды, должны толковать и применять национальное законодательство, если нет указаний на то, что национальные власти применяли закон произвольным образом (see Pentikäinen v. Finland [GC], № 11882/10, § 85, ECHR 2015, and Amaghlobeli and Others v. Georgia, № 41192/11, § 33, 20 мая 2021).

18. В настоящем деле Заявитель утверждал (см. параграф 9 выше), что дознаватель не уведомил суд первой инстанции о производстве безотлагательного обыска в трехдневный срок, установленный законом (см. параграф 11 выше). Действительно, обыск был произведен 3 февраля 2011 года, а районный суд получил уведомление дознавателя об этом 9 февраля 2011 года (см. параграф 8 выше), то есть через шесть дней после производства обыска, а не через три дня. Утверждение Заявителя о том, что имело место явное нарушение сроков, установленных уголовно-процессуальным законом, представляется достаточно правдоподобным, чтобы потребовать рассмотрения национальными судами.

19. Однако, когда Заявитель привел данный довод в областном суде, суд проигнорировал его (см. параграф 10 выше). При таких обстоятельствах невозможно утверждать, что толкование и применение национального законодательства судами было обоснованным и разумным (сравните, например, Tortladze, упомянутый выше, § 62).

20. Таким образом, Суд приходит к выводу, что данное вмешательство не было «предусмотрено законом» по смыслу пункта 2 статьи 8 Конвенции.

21.  Несмотря на то, что только одно вышеизложенное заключение может служить основанием для установления нарушения статьи 8 Конвенции (см., например, Avaz Zeynalov v. Azerbaijan, № 37816/12 и 25260/14, §§ 81-82, 22 апреля 2021), Суд считает важным отметить, кроме того, следующее (см. mutatis mutandis, Siryk v. Ukraine, № 6428/07, § 39, 31 марта 2011, and Zličić v. Serbia, № 73313/17 и 20143/19, § 94, 26 января 2021).

22. Не возникает сомнений, что обыск преследовал законную цель, а именно предотвращение преступлений и защита прав и свобод других лиц (см. Tortladze, цитированный выше, § 63 и дальнейшие ссылки).

23.  Что касается соразмерности рассматриваемого вмешательства, Суд отмечает, что постановление дознавателя о производстве безотлагательного обыска (см. параграф 6 выше) не указывало на конкретные неотложные обстоятельства, которые якобы требовали производства безотлагательного обыска без предварительного разрешения суда. Ничто не подкрепляло заявление дознавателя общего характера о том, что невозможность производства безотлагательного обыска «может привести к утрате материалов, имеющих значение для уголовного дела». Суд отмечает, что между допросами г-на С. примерно в 7-8 вечера 2 февраля 2011 года и обыском в квартире Заявителя в 2 часа следующего дня, 3 февраля 2011 года, дознаватели спланировали и подготовили, предположительно, с необходимого одобрения начальства, проверочную закупку наркотиков у Заявителя. Однако за это время они не смогли по неустановленным причинам направить ходатайство в суд о производстве обыска. По мнению Суда, Власти не смогли в обстоятельствах настоящего дела обосновать безотлагат
ельность данной процедуры (см. Tortladze, цитированный выше, § 64).

24.  Кроме того, Суд считает, что отсутствие разрешения суда на производство обыска не уравновешивалось последующим пересмотром в судебном порядке ex post facto в настоящем деле, поскольку национальные суды не исследовали в своих постановлениях вопрос о необходимости производства безотлагательного обыска (там же, § 65). Они также не исследовали, была ли данная процедура «необходимой в демократическом обществе» и соразмерна ли она преследуемой законной цели (см. параграфы 8 и 10 выше).

25. Суд также отмечает, что, кроме постановления дознавателя и протокола обыска, никакие другие документы из материалов расследования не были представлены судье, проводившему проверку. Суд считает, что в отсутствие таких документов судья не мог оценить ни степень разумного подозрения, которое Власти имели в отношении Заявителя до обыска его квартиры, ни срочность и необходимость проведения обыска без предварительного судебного разрешения.

26. Таким образом, Суд приходит к выводу, что обыск квартиры Заявителя не был предусмотрен законом и не сопровождался надлежащими и достаточными гарантиями, включая эффективный пересмотр в судебном порядке.

27. Соответственно, имело место нарушение статьи 8 Конвенции.

28. Принимая во внимание выводы об отсутствии эффективного пересмотра в судебном порядке в настоящем деле (см. параграфы 24-26 выше), Суд не считает необходимым изучать, имело ли место нарушение статьи 13 Конвенции.

II.ДРУГИЕ ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ

29.  Наконец, Заявитель жаловался, что обыск его квартиры и последующий пересмотр в судебном порядке нарушили его права, предусмотренные статьей 6 Конвенции и статьей 1 Протокола № 1 к ней. Однако, принимая во внимание все материалы, находящиеся в его распоряжении, Суд считает, что вышеуказанные жалобы не содержат никаких признаков нарушения прав и свобод, изложенных в Конвенции или Протоколах к ней. Следовательно, эта часть жалобы должна быть отклонена как явно необоснованная в соответствии с пунктами 3 (а) и 4 статьи 35 Конвенции.

III.ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

30. Статья 41 Конвенции предусматривает:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

A.Ущерб

31.  Заявитель требовал компенсации морального вреда в размере 50000 евро.

32.  Власти утверждали, что если Суд установит нарушение Конвенции в отношении Заявителя, то компенсация должна быть присуждена в соответствии с прецедентной практикой Суда.

33.  Суд присуждает Заявителю компенсацию морального вреда в размере 2000 евро плюс любые налоги, которые могут взиматься.

B.Расходы и издержки

34.  Заявитель не представил никаких требований в этом отношении.

C.Процентная ставка по умолчанию

35.  Суд считает целесообразным, чтобы процентная ставка по умолчанию была основана на предельной кредитной ставке Европейского центрального банка, к которой следует добавить три процента.

НА ОСНОВАНИИ ВЫШЕИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО

1.Объявляет жалобу на нарушение статей 8 и 13 Конвенции относительно обыска в квартире Заявителя приемлемой, а остальную часть жалобы неприемлемой;

2.Постановил, что имело место нарушение статьи 8 Конвенции;

3.Постановил, что нет необходимости рассматривать жалобу на нарушение статьи 13 Конвенции;

4.Постановил

(a)что государство-ответчик должно выплатить Заявителю в течение трех месяцев со дня вступления данного постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции 2000 евро, подлежащие конвертации в валюту государства-ответчика по курсу, действующему на дату расчета, плюс любые налоги, которые могут взиматься;

(b)с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;

5.Отклоняет остальные требования Заявителя о справедливой компенсации.

|| Смотреть другие дела по Статье 8 ||

|| Смотреть другие дела по Статье 13 ||

Если Вам необходима помощь по защите Ваших нарушенных прав, обращайтесь по контактам ниже:

Пишите Звоните Пишите на сайте
echr@cpk42.com +7 495 123 3447 Форма

 

Следите за новостями нашего Центра в социальных сетях:

ЕСПЧ присудил компенсацию за необоснованный обыск в жилище при расследовании преступления, связанного с оборотом накотиков: Дело №69810/11 "Кузьминас против России"

ЕСПЧ присудил компенсацию за необоснованный обыск в жилище при расследовании преступления, связанного с оборотом накотиков: Дело №69810/11 "Кузьминас против России"

ЕСПЧ присудил компенсацию за необоснованный обыск в жилище при расследовании преступления, связанного с оборотом накотиков: Дело №69810/11 "Кузьминас против России"

ЕСПЧ присудил компенсацию за необоснованный обыск в жилище при расследовании преступления, связанного с оборотом накотиков: Дело №69810/11 "Кузьминас против России"

Оставьте комментарий

Нажмите, чтобы позвонить