Верховный Суд Российской Федерации в 2025 году опубликовал Обзор практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № 8. Документ подготовло Управление международного сотрудничества ВС РФ и посвятило его правовым позициям договорных органов ООН, прежде всего Комитета по правам человека. Текст обзора можно найти на официальном ресурсе Верховного Суда Российской Федерации
Сам по себе этот обзор в первую очередь нам интересен как инструмент для практикующих юристов. Верховный Суд в обзоре указывает на необходимость учитывать правовые позиции международных договорных органов при рассмотрении административных, гражданских и уголовных дел, основываясь на пункте 10 постановления Пленума ВС РФ от 10 октября 2003 года № 5 и положениях Венской конвенции о праве международных договоров 1969 года, в частности статьях 31–33 о толковании международных договоров с учетом последующей практики их применения.
Обзор ВС РФ разделен по отраслям права и охватывает широкий круг вопросов:
- выдворение мигрантов,
- защита чести и достоинства,
- запрет пыток,
- оценка доказательств,
- право на справедливое судебное разбирательство.
| На тему первого мы также уже делали подробный разбор кейса ООН с комментариями наших юристов – получился большой материал, поэтому рекомендуем к ознакомлению. |
Однако для российской судебной практики особое значение имеют дела против Российской Федерации, поскольку именно по ним Комитет формулирует выводы о соответствии национальных процедур требованиям Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года.
Одним из таких дел, включенных в обзор практики ВС РФ, является дело «Валерий Милюков против Российской Федерации». Оно рассмотрено Комитетом по правам человека 9 июля 2025 года по сообщению № 3132/2018 и касается гарантий справедливого судебного разбирательства, закрепленных в статье 14 Пакта.
Суть жалобы сводилась к тому, что заявитель был осужден по уголовному делу, при этом суды использовали показания свидетеля С., данные на стадии предварительного следствия, но почему-то не обеспечили его явку в судебное заседание. Защита настаивала на необходимости допроса этого свидетеля в суде и заявляла, что ранее данные им показания могли быть получены под давлением. Несмотря на это, суд первой инстанции огласил его показания в порядке, предусмотренном пунктом 4 части 2 статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, сославшись на нахождение свидетеля за границей на лечении.
Комитет в свою очередь напомнил, что подпункт e пункта 3 статьи 14 Пакта гарантирует обвиняемому право допрашивать показывающих против него свидетелей и требовать вызова и допроса свидетелей защиты на тех же условиях – это одна из ключевых составляющих принципа равенства сторон и состязательности процесса.
♦ Оглашение показаний допустимо только при наличии веских оснований и при условии, что права защиты компенсированы иными процессуальными гарантиями.
При анализе фактических обстоятельств Комитет установил, что национальные суды не привели убедительных причин, по которым судебное разбирательство нельзя было отложить для обеспечения явки свидетеля С. В материалах не содержалось данных о том, что его отсутствие носило постоянный характер. Учитывая, что дело касалось серьезного обвинения, защита прямо ставила под сомнение достоверность показаний и ссылалась на возможное принуждение на стадии следствия.
Самое интересное – в практике Комитета было отмечено, что показания свидетеля С. не были второстепенными – в приговоре суда первой инстанции они были приведены наряду с другими доказательствами, подтверждающими виновность. Апелляционная инстанция также прямо ссылалась на них при подтверждении вывода о сбыте наркотического средства. Таким образом, показания отсутствующего свидетеля повлияли бы на исход дела.
Государство не представило информации о том, имел ли заявитель реальную возможность оспорить эти показания на стадии предварительного следствия. Дополнительно отмечалось, что свидетелю обеспечивалась конфиденциальность, что еще более ограничивало возможности защиты. В совокупности эти обстоятельства привели Комитет к выводу о нарушении статьи 14 Пакта.
Данное дело является важным примером для оценки допустимости оглашения показаний в порядке статьи 281 УПК РФ. Российские суды в целом нередко формально констатируют невозможность явки свидетеля, не проверяя при этом, можно ли обеспечить его участие позднее, в том числе с использованием механизмов международной правовой помощи или дистанционного допроса.
Комитет в свою очередь требует, чтобы суд был обязан активно стремиться обеспечить очный допрос ключевого свидетеля, а не ограничиваться ссылкой на его отсутствие.
Кроме того, очевидно, что если защита заявляет о давлении на свидетеля на стадии следствия, суду недостаточно просто огласить его прежние показания. Необходимо проверить эти доводы, оценить условия получения показаний и их значение для обвинения. В противном случае нарушается баланс между сторонами и ставится под сомнение справедливость всего разбирательства.
Таким образом, исходя из обзора практики Комитета можно выявить следующие ориентиры для успешного применения их в собственной практике:
- необходимость настаивать на вызове и допросе свидетелей обвинения, особенно если их показания имеют ключевое значение.
- фиксировать возражения против оглашения показаний и подробно обосновывать, почему отсутствие перекрестного допроса нарушает право на защиту.
- ссылаться не только на нормы УПК РФ, но и прямо на статью 14 Пакта (и другие) и позиции Комитета, отраженные в обзоре ВС РФ.
Как ни странно, Дело Милюкова, включенное в Обзор практики межгосударственных органов № 8, стало отличным примером того, что формальное соблюдение национальных процессуальных норм не всегда означает соответствие международным стандартам справедливого суда. А что тогда означает? – ответ в других статьях на нашем сайте.
Контакты
Telegram
Telegram (Комитет ООН)
+7 495 123 3447
echr@cpk42.com
Москва, Чистопрудный бульвар, 5, офис 308 (3ий этаж)