echr@cpk42.com
8 800 302 1447

Дело № 66729/16 "Акчай и другие против России"

Решение ЕСПЧ от 11.12.2018 года по делу АКЧАЙ И ДРУГИЕ против РОССИИ, относительно нарушения ст. 8 Европейской Конвенции, принято Третьей Секцией Европейского суда по правам человека, в интересах Заявителей семьи AKÇAY, граждан России и Турции, интересы заявителей представляли адвокаты Владимир Зубков и Алексей Лаптев, а так же правозащитник Эрнест Мезак. Размер компенсации, назначенный Европейским судом заявителям составил 12 000 евро, так же назначена выплата в размере 3300 евро представителям.
CASE OF AKÇAY AND OTHERS v. RUSSIA
ДЕЛО АКЧАЙ И ДРУГИЕ против РОССИИ
(жалоба №66729/16)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
СТРАСБУРГ
11 декабря 2018 года
Это решение является окончательным, но оно может быть подвергнуто редакционной правке.
По делу «Акчай и другие против России» Европейский Суд по Правам Человека (Третья Секция), заседая Комитетом, состоящим из:
Алена Полачкова, Председатель,
Дмитрий Дедов,
Джолиен Шуккинг, судьи,
и Фатош Арасы, заместитель Секретаря Секции,
Заседая 20 ноября 2018 года за закрытыми дверями,
Выносит следующее решение, которое было принято в этот же день:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело инициировано жалобой № 66729/16 против Российской Федерации, поданной в Суд в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод («Конвенция») гражданином Турции г-ном Омером Акчай и гражданами России г-жой Светланой Акчай и г-ном Денизом Акчай («заявители»), 5 ноября 2016 г.
2. Заявителей представляли адвокат В. Зубков и правозащитник Э. Мезак, оба практикующие в Сыктывкаре, и адвокат А. Лаптев, проживающий в Страсбурге. Правительство Российской Федерации («Правительство») представлял г-н М. Гальперин, Представитель Российской Федерации в Европейском суде по правам человека.
3. 18 сентября 2017 г. Правительство было уведомлено о жалобах, касающихся статей 8 и 13 Конвенции, остальная часть жалобы была объявлена неприемлемой в соответствии с пунктом 3 правила 54 Регламента Суда.
ФАКТЫ
I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА
4. Заявители являются семьей. Первый заявитель, г-н Омер Акчай (также упоминается как Эмер и Эмир Акчай), родившийся в 1960 году, является гражданином Турции. Второй и третий заявители — его жена Светлана Акчай, родившаяся в 1975 году, и его сын, Дениз Акчай, родившийся в 2000 году. Оба они граждане России. Фамилия первого заявителя пишется так, как это было бы на турецком языке. Фамилия второго и третьего заявителей такая же, как и у первого заявителя, но она транслитерирована на русский язык и имеет другое написание.
Исходная информация
5. Первый заявитель проживал в Турции с апреля 2016 года. До этого, с 1999 по 2016 год, он проживал со своей семьей в Сыктывкаре, Республика Коми, Россия. Второй и третий заявители все еще проживают в Сыктывкаре.
6. В какой-то момент (до декабря 1999 года) первый заявитель переехал из Турции в Россию и начал жить со вторым заявителем в Сыктывкаре. Он проживал в России на основании регулярно продлеваемых видов на жительство.
7. В январе 2000 года родился третий заявитель, и первый заявитель был зарегистрирован в его свидетельстве о рождении как его отец. Третий заявитель ходит в школу в Сыктывкаре.
8. В 2007 году первый заявитель был официально зарегистрирован как владелец бизнеса; у него была скотоводческая ферма, где работали пять граждан России.
9. 27 января 2015 года Федеральная миграционная служба Коми (далее — «ФМС Коми») предоставила первому заявителю очередное продление его пятилетнего вида на жительство, действующего до 3 февраля 2020 года.
1. Аннулирование вида на жительство первого заявителя
10. 2 декабря 2015 г. (в представленных документах дата также упоминалась как 27 ноября и 4 декабря 2015 г.) Федеральная служба безопасности Коми («ФСБ Коми») направила письмо с просьбой аннулировать (отозвать ФМС) вид на жительство первого заявителя. Текст документа гласил следующее:
«… 13 октября 2005 года ФМС Коми выдало г-ну Э. Акчай, гражданину Турции, родившемуся 1 января 1960 года в Малазгирте, Турция, разрешение с видом на жительство 82№ 0013753 (решением ФМС № 015777 от 13 октября 2005 года).
Согласно информации департамента, действия этого лица свидетельствуют о том, что он представляет угрозу для национальной безопасности Российской Федерации, что в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 9 Закона об иностранных гражданах есть основания для аннулирования вида на жительство иностранных граждан в Российской Федерации.
Учитывая вышеизложенное, мы просим вас аннулировать вид на жительство гражданина Турции Эмер Акчай в соответствии с российским законодательством».
11. В вышеуказанном запросе ФСБ Коми не указывались ни основания для меры, ни характер предполагаемой угрозы.
12. 8 декабря 2015 года ФМС Коми аннулировала вид на жительство первого заявителя со ссылкой на статью 9 (1) (1) Закона об иностранных гражданах, которая предусматривала аннулирование видов на жительство иностранных граждан, которые представляли угрозу для национальной безопасности Российской Федерации или ее граждан.
13. 29 декабря 2015 года первый заявитель был приглашен в ФМС Коми, где ему сообщили о решении об аннулировании и его вид на жительство был конфискован. Его предупредили, что он должен покинуть Россию в течение двух недель, иначе его депортируют. Первый заявитель не был проинформирован об основаниях для отмены.
14. 26 января 2016 года ферма, принадлежащая заявителям, была осмотрена российской Службой ветеринарного и фитосанитарного надзора, которая оштрафовала первого заявителя на 3000 российских рублей (RUB) за невыполнение ряда соответствующих нормативных актов — например, за отсутствие паспорта домашних животных для трех сельскохозяйственных собак и за накопления навоза на расстоянии менее шестидесяти метров от сарая для крупного рогатого скота.
15. 17 февраля 2016 года ФМС Коми вынесла решение, согласно которому первый заявитель должен был покинуть Россию в течение пяти дней после получения решения под угрозой депортации, и запретила его повторный въезд в Российскую Федерацию до 19 сентября 2018 года. Первый Заявитель был уведомлен об этом решении 7 апреля 2016 года.
16. В неустановленную дату в апреле 2016 года первого заявителя снова пригласили в ФСБ Коми и напомнили ему о том, что он должен покинуть Россию по его собственной инициативе, так как в противном случае он будет задержан, а затем депортирован. Ему была выдана выездная виза, действительная до 20 апреля 2016 года.
17. 20 апреля 2016 года первый заявитель покинул Россию. Второй и третий заявители остались в Сыктывкаре, чтобы смотреть за фермой и продолжать посещать школу.
18. 13 июля 2016 года (в представленных документах дата также упоминалась как 21 июня 2016 года) первый и второй заявители официально зарегистрировали свой брак в Турции.
2. Обжалование аннулирования вида на жительство
19. 31 декабря 2015 года первый заявитель обратился в Сыктывкарский городской суд (далее — городской суд) с заявлением об аннулировании его вида на жительство, указав, что запрос ФСБ Коми от 2 декабря 2015 года об аннулировании его вида на жительство был сделан по причине угрозы национальной безопасности, которая была ему неизвестна, и что последующее решение ФМС Коми о выполнении этого требования и аннулировании его вида на жительство было незаконным и несоразмерным. Он заявил, что у него есть семья в России, он является владельцем бизнеса, не имеет судимости или записи об административных правонарушениях и что аннулирование его вида на жительство лишит его оснований для пребывания в России и нарушит его семейную и личную жизнь.
20. 24 февраля 2016 г. городской суд рассмотрел жалобу первого заявителя. На слушаниях представители ФСБ Коми сообщили суду, что первый заявитель получил одиннадцать (в представленных документах число упоминалось как двенадцать) административных штрафов за превышение скорости: 6 штрафов были выписаны в 2015 году, 3 штрафа в 2014 году и 2 штрафа в 2013 году. Кроме того, в 2015 году первый заявитель был оштрафован за другие нарушения правил дорожного движения, например, за вождение автомобиля с дефектом, три раза. Он также получил два административных штрафа за нарушение условий проживания иностранцев в России (отсутствие регистрации в установленные сроки, в 2013 году, а затем в 2015 году). Кроме того, один раз в январе 2016 года он был оштрафован за несоблюдение ветеринарных правил на животноводческой ферме.
21. Представитель первого заявителя заявил в судебном заседании, что первый заявитель имел ферму в России, добросовестно платил налоги, работал с несколькими гражданами России, имел жену и четырнадцатилетнего сына. После того, как российский военный самолет был сбит в Турции, дорожная полиция начала останавливать первого заявителя «на каждом шагу». Когда представитель первого заявителя спросил представителя ФСБ Коми, почему, несмотря на все предполагаемые административные правонарушения, постоянный вид на жительство первого заявителя был снова продлен в феврале 2015 года без каких-либо проблем, представитель ФСБ Коми ответил следующим образом:
«Международная ситуация обострилась, поэтому отношение к нарушениям со стороны иностранных граждан в России стало более жестким».
Представитель первого заявителя пригласил на слушание соседку заявителей, г-жу Ч., которая сказала, что она знает первого заявителя уже двадцать лет, что он был уважаемым человеком, который помог местным сиротам, что он работал на благо местной общины, и что у него есть жена и сын и он является кормильцем семьи.
22. На слушании первый заявитель также утверждал, что он не был ознакомлен с подробной информацией о его административных правонарушениях, которая была представлена в суд ФСБ Коми до слушания. Он подчеркнул, что ему все еще не известно о характере угрозы, которую он якобы представлял для национальной безопасности России, и что у него в России есть семья, включая несовершеннолетнего сына. У него также была ферма, которая требовала постоянного внимания. Он признал, что у него были штрафы за превышение скорости, но подчеркнул, что такие нарушения были очень распространенными и имели незначительный характер, и что за все время его пребывания в России у него никогда не было дорожно-транспортных происшествий. По его мнению, оспариваемое решение о выдворении его из России было принято с учетом напряженных отношений между Россией и Турцией после инцидента с российской военной авиацией.
23. В тот же день, 24 февраля 2016 года, городской суд оставил в силе аннулирование вида на жительство первого заявителя. В своем решении суд сослался на его протокол об административных правонарушениях, представленный ФСБ Коми в судебном заседании. Суд не сделал никаких ссылок на характер угрозы, которую первый заявитель представлял национальной безопасности, за исключением заявления о том, что его записи об административных правонарушениях за последние три года предоставили необходимую основу для запроса ФСБ Коми об аннулировании его вида на жительство. ФСБ Коми не предоставила никаких других документов, обосновывающих просьбу о выдворении первого заявителя по соображениям национальной безопасности. Суд не рассмотрел жалобы первого заявителя относительно последствий его выдворения на его семейную жизнь.
24. 17 марта 2016 года первый заявитель подал апелляцию в Верховный суд Коми на решение от 24 февраля 2016 года, указав, среди прочего, что он проживал в России с 1999 года и что с 2005 года он проживал там на основании регулярно продленных пятилетних видов на жительство. Последнее продление было предоставлено в феврале 2015 года, что свидетельствует о том, что он является долгосрочным мигрантом с хорошей репутацией и соблюдает соответствующие законы. Первый заявитель также утверждает, что он всегда платил налоги, связанные с его сельскохозяйственным бизнесом, и что он обеспечил работой пять российских граждан. Ссылаясь на статью 8 Конвенции, он утверждал, что аннулирование нарушило его право и право членов его семьи на уважение их семейной жизни и что это была непропорциональная мера, которая не преследовала законную цель. Наконец, первый заявитель подчеркнул, что он все еще не знает о характере угрозы, которую он якобы представлял для национальной безопасности Российской Федерации.
25. 15 и 28 апреля 2016 года ФСБ Коми подала свои возражения на апелляцию первого заявителя в Верховный суд Коми, требуя, чтобы суд вынес решение против него. Среди прочего, в представлениях от 15 апреля 2016 года говорится следующее:
«… Органы государственной безопасности, в частности Федеральная служба безопасности, имеют право оценивать деятельность иностранных граждан и лиц без гражданства как [людей], представляющих угрозу обороне, безопасности государства, общественному порядку или здоровью, и суд не имеет права вмешиваться в это право. Применение этих превентивных мер в отношении национальной безопасности оставлено на усмотрение Федеральной службы безопасности.
Вопросы, связанные с национальной безопасностью, носят конкретный характер, и их оценка проводится назначенными органами на основе информации, полученной из источников, в том числе вне судебного контроля.
Поэтому Федеральная служба безопасности не должна предоставлять суду документы, обосновывающие основания для его решений относительно нежелательности проживания иностранного гражданина в Российской Федерации, поскольку такие документы содержат государственную тайну, а суд не имеет полномочий запросить эти документы …»
26. Среди прочего, в дальнейших представлениях ФСБ в суд от 15 апреля 2016 года было указано следующее:
«… информация об аннулировании вида на жительство была предоставлена Федеральной миграционной службе Федеральной службой безопасности на основании секретного решения №. 18577c от 27 ноября 2015 г. в отношении действий заявителя, представляющих угрозу национальной безопасности Российской Федерации и ее граждан, [действий], которые служат основанием для аннулирования вида на жительство, в соответствии с частью 1 статьи 9 Закон об иностранных гражданах …
ФСБ [Коми] предоставила суду первой инстанции [только] информацию, раскрытие которой не ограничивалось … »
27. 5 мая 2016 года Верховный суд Коми рассмотрел жалобу и оставил в силе решение об аннулировании. В своем решении суд сослался на протокол первого заявителя об административных правонарушениях, совершенных в период с 2013 по 2016 год, и на некоторую нераскрытую информацию, предоставленную ФСБ, без уточнения характера этой информации. Суд заявил, что решение об аннулировании вида на жительство было принято ФСБ в рамках его исполнительной власти, и что информация, полученная из секретных источников, не подлежала судебному контролю, заявив, что:
«… суд учитывает, что в соответствии с Федеральным законом № 40- ФЗ Федеральной службы безопасности от 3 апреля 1995 года, право оценивать деятельность иностранных граждан как [лиц], представляющих угрозу обороноспособности государства, его национальной безопасности, общественному порядку или здоровью, входит в компетенцию ФСБ России и лежит на усмотрение службы безопасности. В рамках административного разбирательства суд не имеет права оценивать [информацию, касающуюся] факторов, угрожающих национальной безопасности, которая была получена в отношении иностранного гражданина…».
Что касается утверждений первого заявителя относительно неблагоприятного влияния меры на его право на уважение семейной жизни, суд заявил следующее:
«Аннулирование не являлось недопустимым вмешательством властей в право на уважение семейной жизни».
28. 28 октября 2016 года первый заявитель подал кассационную жалобу в Президиум Верховного суда Коми, а 25 ноября 2016 года суд отклонил ее без рассмотрения его утверждений о нарушении его права на уважение семейной жизни.
29. 13 февраля 2017 г. Палата по административным делам Верховного Суда Российской Федерации отказала в рассмотрении новой кассационной жалобы, поданной первым заявителем.
3. Обжалование запрета на въезд от 17 февраля 2016 г.
30. 17 февраля 2016 года ФМС Коми вынесла решение, запрещающее первому заявителю въезд в Российскую Федерацию до 19 сентября 2018 года (запрет на въезд), и приказал ему покинуть Россию в течение пяти дней после получения решения под угрозой депортация. Первый заявитель был проинформирован об этом решении 7 апреля 2016 года (см. Пункт 15 выше).
31. 18 апреля 2016 года первый заявитель подал апелляцию в городской суд против вышеуказанного запрета на въезд. Он, в частности, заявил, что в решении упоминается его административное правонарушение за превышение скорости и несоблюдение незначительных иммиграционных правил и санитарных правил на ферме, но наложенный запрет был введен по соображениям национальной безопасности, о которых он до сих пор не знал. Первый заявитель также указал на то, что запрет был несоразмерным наказанием, поскольку он был законопослушным жителем с хорошей репутацией, который платил все свои налоги и принял на работу российских граждан. Первый заявитель подчеркнул, что при наложении санкции власти не смогли сбалансировать общественные интересы с его правом на уважение семейной жизни со своим сыном и женой.
32. 19 июля 2016 г. городской суд отклонил жалобу первого заявителя, сославшись на его административные правонарушения и указав, что «оспариваемое решение было принято в соответствии с законом и в рамках полномочий Коми ФМС».
33. 30 марта 2017 года Верховный суд Коми оставил в силе вышеуказанное решение, а 22 августа 2017 года он отклонил кассационную жалобу первого заявителя.
II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
34. Информацию о соответствующем внутреннем законодательстве и практике см. в деле Лью против России (№ 2), № 29157/09, §§ 45-52, 26 июля 2011 г.
III. ЗАКОН
I. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 8 КОНВЕНЦИИ
36. Заявители жаловались в соответствии со статьей 8 Конвенции, что аннулирование вида на жительство первого заявителя на основании нераскрытой информации нарушило их право на уважение семейной жизни. Статья 8 Конвенции гласит:
«1. Каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.
2. Государственный орган не должен вмешиваться в осуществление этого права, за исключением случаев, когда это соответствует закону и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, общественной безопасности или экономического благосостояния населения страны, для предотвращения беспорядков или преступлений, для защиты здоровья или нравственности, или для защиты прав и свобод других лиц».
А. Приемлемость
37. Суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной в значении подпункта «а» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что это не является неприемлемым по каким-либо другим основаниям. Поэтому он должен быть объявлен приемлемым.
1. Доводы сторон
(а) Правительство
38. Правительство в общих чертах признало, что имело место вмешательство в право заявителей на уважение семейной жизни в соответствии со статьей 8 Конвенции. Они утверждали, что законность и необходимость решения об аннулировании вида на жительство первого заявителя были должным образом рассмотрены национальными судами. Многочисленные административные правонарушения со стороны первого заявителя послужили основанием для его исключения. Национальные суды установили, что он « нарушил российское законодательство и систематически и умышленно совершал административные правонарушения, в том числе представляющие опасность для третьих лиц; [такое поведение] показало, что решение об аннулировании вида на жительство было оправданным, справедливым, соразмерным и не противоречило прецедентному праву Европейского Суда ». Первый заявитель совершил восемнадцать административных правонарушений за последние три года, когда он жил в России. Правительство подчеркнуло, что процессуальные гарантии в соответствии со статьей 8 Конвенции были соблюдены, что было «проверено независимым судом».
39. Правительство также заявило, что первый заявитель, несмотря на его длительное пребывание в России, не предпринял шагов для подачи заявления на российское гражданство. Тот факт, что он владел имуществом в России, не освобождает его от соблюдения иммиграционных правил. Что касается его утверждений о том, что аннулирование его вида на жительство было связано с ухудшением отношений между Россией и Турцией вследствие инцидента с военным самолетом, 24 февраля 2016 года городской суд заслушал как утверждения первого заявителя, так и позицию ФСБ в отношении этих лиц, и сделал соответствующие выводы (см. пункт 21 выше). Кроме того, первый заявитель был постоянным мигрантом, поскольку он прибыл в Россию в зрелом возрасте; его первый пятилетний вид на жительство был предоставлен ему в 2005 году, когда ему было сорок пять лет.
40. Наконец, ссылаясь на дело Самсонников против Эстонии, № 52178/10, 3 июля 2012 г. (где заявителю было запрещено повторно въезжать в Эстонию в течение трех лет после ряда обвинительных приговоров за уголовные преступления, включая незаконный оборот наркотиков, и Европейский суд не счел его трехлетний запрет на въезд чрезмерной мерой) Правительство заявило, что запрет въезжать в страну на два с половиной года не был «слишком долгим».
(б) Заявители
41. Заявители утверждали, что аннулирование вида на жительство первого заявителя и последующее введение запрета на повторный въезд отрицательно сказались на их праве на уважение семейной жизни, поскольку первый заявитель должен был покинуть Россию, а его жена и несовершеннолетний сын остались проживать там. Первый заявитель заявил, что реальной причиной его исключения стало ухудшение отношений между Россией и Турцией в связи с инцидентом с военным самолетом, что было продемонстрировано тем фактом, что нарушения правил дорожного движения, которые он предположительно совершил, были зарегистрированы после этого инцидента (см. Пункт 20 выше), а также осмотр его фермы, посредством которого были обнаружены административные правонарушения (см. Пункт 14 выше).Более того, фактическое доказательство этой связи было четко подтверждено представителем ФСБ Коми в судебном заседании 24 февраля 2016 года, когда он заявил, что «международная ситуация сложная, поэтому отношение к нарушениям со стороны иностранных граждан в России стало более жестким». (См. Пункт 21 выше). Однако, несмотря на то, что первый заявитель потребовал, чтобы суды подтвердили его утверждение о том, что его исключение было вызвано ухудшением политических отношений между Россией и Турцией, суды этого не сделали. Первый заявитель также указал, что копия письма ФСБ Коми от 2 декабря 2015 года с требованием аннулировать его вид на жительство не содержит никакой информации, касающейся фактических оснований или мотивов для введения санкций против него. Правительство не предоставило Суду решение ФСБ Коми от 27 ноября 2015 года, которое послужило основанием для его запроса от 2 декабря 2015 года об аннулировании его вида на жительство (см. Пункт 26 выше). Принимая во внимание тот факт, что не было дано никаких объяснений, первый заявитель, ссылаясь на дело Nolan and K. v. Russia, № 2512/04, §§ 51-57, 12 февраля 2009 г., предложил Суду сделать выводы из неспособности правительства предоставить Суду все необходимые условия для выполнения им задачи по установлению фактов.
42. Заявители также утверждали, что судебная проверка аннулирования вида на жительство первого заявителя национальными судами не сопровождалась достаточными процессуальными гарантиями. Суды не запросили и не изучили его фактическую основу, то есть не тщательно изучили доказательства относительно того, что он представлял угрозу национальной безопасности; кроме того, суды прямо заявили, что не могут подвергать заявления ФСБ судебному контролю (см. пункт 27 выше), и ограничились оценкой того, было ли решение вынесено в рамках административной компетенции ФСБ и в соответствии с соответствующей процедурой.
43. Кроме того, суды не смогли установить баланс между заявленными интересами национальной безопасности и правом заявителей на уважение семейной жизни. В частности, они не приняли во внимание тот факт, что первый заявитель был долгосрочным мигрантом с очень тесными связями с Россией, учитывая, что его семья и бизнес были там. Переезд второго и третьего заявителей в Турцию для присоединения к первому заявителю вызовет у них трудности, поскольку второй заявитель не говорит по-турецки, а третьему заявителю придется продолжать посещать школу в России.
2. Оценка Суда
(а) Общие соображения
44. Стороны не оспаривают тот факт, что вид на жительство первого заявителя был аннулирован на основании запроса ФСБ Коми от 2 декабря 2015 года, в котором указывалось, что он представляет угрозу национальной безопасности (см. Пункт 10 выше). Стороны также не оспаривают тот факт, что эта мера и последующее введение запрета на повторный въезд нарушали право заявителей на уважение их семейной жизни.
45. Такое вмешательство будет нарушать статью 8 Конвенции, если только оно не может быть оправдано в соответствии с пунктом 2 этого положения как «в соответствии с законом», как преследование одной или нескольких из законных целей, перечисленных в нем, и как «Необходимо в демократическом обществе» для достижения поставленной цели или целей.
(b) Принципы, касающиеся процессуальных гарантий, связанных с оспариванием исполнительной власти вопроса о риске национальной безопасности в суде
46. Краткое изложение соответствующих принципов см. В «Гаспар против России», № 123038/15, §§ 38-39 и §§ 41-44, 12 июня 2018 года.
47. Из этих принципов следует, что Суд в таких делах должен рассмотреть вопрос о том, сопровождалось ли внутригосударственное производство достаточными процессуальными гарантиями. В этой связи повторяется, что даже там, где затрагивается национальная безопасность, концепции законности и верховенства закона в демократическом обществе требуют, чтобы меры, затрагивающие основные права человека, подвергались какой-либо форме состязательного разбирательства в независимом органе, компетентном пересмотреть причины решения и соответствующие доказательства, если необходимо, с соответствующими процессуальными ограничениями на использование секретной информации (см. mutatis mutandis, Regner, упомянутое выше, §§ 151 и 161). Человек должен иметь возможность оспорить утверждение исполнительной власти о том, что поднят вопрос об угрозе национальной безопасности. При отсутствии таких гарантий полиция или другие государственные органы могли бы произвольно посягать на права, защищаемые Конвенцией (см. Nolan and K. v. Russia, № 2512/04, § 71, 12 февраля 2009 г., и Al-Nashif v. Болгария, № 50963/99, §§ 123 и 124, 20 июня 2002 г.).
(c) Применение принципов в настоящем деле
48. Возвращаясь к настоящему делу, Европейский Суд отмечает, что содержание решения ФСБ Коми от 27 ноября 2015 г., послужившего основанием для аннулирования вида на жительство, не было раскрыто (см. Пункт 26 выше). Представленные документы указывают на то, что запись административного правонарушения первого заявителя могла бы в некоторой степени способствовать решениям ФСБ (см. Пункты 23 и 27 выше), но о фактических основаниях его предполагаемой угрозы национальной безопасности, которые упоминались исполнительной властью в запросе 2 декабря 2015 года, ему никогда не сообщалось.
49. Кроме того, внутригосударственные решения не содержали указаний на то, почему заявитель считался угрозой национальной безопасности. В этих решениях не упоминались какие-либо факты, на основании которых был сделан этот вывод, и не предоставлялось даже обобщенное описание действий, приписанных заявителю.
50. В своих объяснениях Суду Правительство также не дало общего описания возможных оснований для утверждений служб безопасности против первого заявителя.
51. Независимо от характера действий, приписываемых заявителю, и предполагаемой опасности, которую он представлял для национальной безопасности, Суд отмечает, что национальные суды ограничили сферу своей проверки тем, чтобы удостовериться, что рекомендация ФСБ была вынесена в рамках его административной компетенции, без проведения независимой проверки того, было ли их заключение обоснованным. Как видно из решения городского суда от 24 февраля 2016 года, суд не рассмотрел ни одного из документов ФСБ, обосновывающих его просьбу об аннулировании вида на жительство первого заявителя по соображениям национальной безопасности (см. Пункт 23 выше). При рассмотрении апелляции Верховный суд Коми утвердил выводы городского суда и отказался рассматривать основания для утверждения ФСБ о том, что первый заявитель представлял угрозу национальной безопасности, заявив, что информация, полученная ФСБ из секретных источников, не подлежала судебному контролю (см. пункт 27 выше). Таким образом, национальные суды не рассмотрели критический аспект дела, а именно, смогла ли ФСБ продемонстрировать существование фактов, служащих основанием для оценки того, что заявитель представлял угрозу для национальной безопасности. Ограничение сферы их рассмотрения чисто формальным рассмотрением решений органов власти делает невозможным должным образом сбалансировать интересы, о которых идет речь, с учетом общих принципов, установленных Судом (см. Пункты 37-38 выше), и применения стандартов в соответствии со статьей 8 Конвенции (для аналогичной ситуации см. Gaspar, упомянутое выше, § 48, и Зезев против России, № 147781/10, § 41, 12 июня 2018 г.). Утверждения против заявителя оставались нераскрытыми, что не позволяло ему оспаривать утверждения службы безопасности, предоставляя оправдательные доказательства, такие как алиби или альтернативное объяснение его действий, если таковые имеются (см. А. и другие против Великобритания [GC], № 3455/05, §§ 220-24, ECHR 2009).
52. Таким образом, Европейский суд находит, что разбирательство в национальном суде, касающееся рассмотрения вопроса об аннулировании вида на жительство первого заявителя и последующего запрета на повторный въезд и его влияния на семейную жизнь заявителей, не сопровождалось достаточными процессуальными гарантиями.
53. Таким образом, имело место нарушение статьи 8 Конвенции.
II. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 13 КОНВЕНЦИИ
54. Заявители жаловались на то, что в ходе судебного пересмотра не были рассмотрены фактические основания утверждений ФСБ Коми о том, что первый заявитель представлял угрозу национальной безопасности и что власти не была предоставлена возможность опровергнуть их.
55. Суд отмечает, что в настоящем деле жалоба по статье 13 Конвенции в значительной степени совпадает с процессуальными аспектами статьи 8 Конвенции. Учитывая, что жалоба на основании статьи 13 касается тех же вопросов, что рассматриваются на основании статьи 8, она должна быть признана приемлемой. Тем не менее, принимая во внимание свое заключение по статье 8 Конвенции, Суд считает, что нет необходимости рассматривать эти вопросы отдельно в соответствии со статьей 13 Конвенции (см. Каменов, упомянутое выше, § 45, и Джураев и Шалкова против России, нет 1056/15, § 47, 25 октября 2016 г.).
III. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ
56. Статья 41 Конвенции предусматривает:
«Если Суд установит, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, и если внутреннее законодательство соответствующей Высокой Договаривающейся Стороны допускает лишь частичное возмещение, Суд, в случае необходимости, предоставляет справедливую компенсацию пострадавшей стороне».
А. Ущерб
57. Заявители требовали 11 502 евро в качестве компенсации материального ущерба. Они утверждали, что первый заявитель являлся главой их фермы, и в его отсутствие ферма теряла обычный средний доход в размере 30 000 российских рублей в месяц, который он получал, когда управлял им. Учитывая, что запрет на въезд был наложен на первого заявителя на двадцать девять месяцев, сумма упущенной выгоды составила 870 000 рублей (около 11 502 евро).
58. Правительство утверждало, что требование заявителей должно быть отклонено как необоснованное и спекулятивное, поскольку заявители не представили никаких документов, подтверждающих упущенную выгоду, и не представили никаких объяснений относительно того, как была рассчитана заявленная сумма.
59. Принимая во внимание доводы сторон и отсутствие документов, обосновывающих требование, Суд отклоняет требование заявителей в отношении материального ущерба.
60. Что касается морального вреда, заявители утверждали, что их семейная жизнь была нарушена на двадцать девять месяцев из-за исключения первого заявителя. Учитывая длительность этого нарушения, а также психологические страдания, которые они понесли в результате отношения властей, они требовали 20 000 евро каждый в качестве компенсации морального вреда.
61. Правительство утверждало, что требование было чрезмерным и необоснованным, и что в любом случае компенсация не должна предоставляться, поскольку не было нарушения прав заявителей.
62. Принимая во внимание тот факт, что документы, имеющиеся в его распоряжении, и его выводы по настоящему делу были получены, и сделав оценку на справедливой основе, Суд считает разумным присудить заявителям 12 000 евро совместно в качестве компенсации морального вреда плюс любые налоги, которые могут быть начислены.
Б. Судебные издержки
63. Заявители требовали 39 809 евро в общей сложности за издержки и расходы, понесенные в национальных судах и разбирательствах в Суде. Заявленные суммы были следующими:
— 20 евро для сборов национальных судов;
— 39 евро за заверение документов у нотариуса и перевод документов, удостоверяющих личность первого заявителя, с турецкого на русский язык;
— 6500 евро за двадцать шесть часов услуг г-на В. Зубкова по представлению в национальных судах по ставке 250 евро в час;
— 8 250 евро за тридцать три часа услуг г-на Э. Мезака по представлению в национальных судах и представления в Суде по ставке 250 евро в час;
— 25 000 евро за тридцать шесть часов услуг г-на А. Лаптева по подготовке жалобы в Суд и шестьдесят четыре часа за перевод замечаний с русского на английский по цене 250 евро в час.
64. Правительство утверждало, что сумма в 59 евро, заявленная в отношении расходов, понесенных на национальном уровне, не имеет отношения к разбирательству в Суде и поэтому должна быть отклонена. Кроме того, заявители не смогли обосновать свое требование приложением документов, свидетельствующих о том, что расходы действительно были понесены. Правительство также указало, что, поскольку оплата заявителями их представительства в Суде была обусловлена тем, что Суд вынес решение в их пользу, фактические пошлины не были понесены.
65. Европейский Суд напоминает, что заявитель имеет право на возмещение судебных расходов и издержек, поскольку было доказано, что они действительно были понесены и являются разумными в отношении количества (см., например, X and Others v. Австрия [GC], № 19010/07, § 163, 19 февраля 2013 г.). В настоящем деле Европейский Суд отмечает, что заявители представили договор со своими представителями от 13 апреля 2016 г. о гонорарах представителей в случае, если Суд вынес решение в пользу заявителей. Такой договор сравним с договором об оплате непредвиденных расходов и, если оно вступает в законную силу, может показать, что заявленные суммы фактически подлежат оплате заявителем. Тем не менее, соглашения такого рода, порождающие обязательства исключительно между адвокатом и клиентом, не могут связывать Суд, который должен оценивать уровень издержек и расходов, подлежащих присуждению, со ссылкой не только на то, действительно ли расходы понесены, но и на они были понесены разумно (см. Iatridis против Греции (справедливая компенсация) [GC], № 31107/96, § 55, ECHR 2000 XI, и Stergiopoulos против Греции, № 29049/12, § 63, 7 декабря 2017 г. ).
66. Что касается прецедентного права, Европейский Суд счел целесообразным присудить сумму в 1000 евро каждому представителям заявителей г-ну В. Зубкову и г-ну Э. Мезаку, а также 1300 евро представителю заявителей г-ну А. Лаптеву, плюс любые налоги. Суммы должны быть внесены непосредственно на банковский счет каждого представителя, как указано заявителями.
C. Проценты по умолчанию
67. Суд считает целесообразным, чтобы процентная ставка по умолчанию была основана на предельной кредитной ставке Европейского центрального банка, к которой следует добавить три процентных пункта.
ПО ЭТИМ ОСНОВАНИЯМ СУД ЕДИНОГЛАСНО
1. Объявляет жалобы в отношении статей 8 и 13 Конвенции приемлемыми;
2. Постановил, что имело место нарушение статьи 8 Конвенции;
3. Постановил, что нет необходимости отдельно рассматривать жалобу в соответствии со статьей 13 Конвенции;
4. Постановил:
(a) что государство-ответчик должно выплатить в течение трех месяцев следующие суммы, которые должны быть конвертированы в валюту государства-ответчика по курсу, действующему на дату расчета, за исключением платежа первому заявителю, который должен быть произведен в евро:
(i) 12 000 евро заявителям совместно плюс любые налоги в качестве компенсации морального вреда, подлежащие уплате на счет второго заявителя в России;
(ii) 1000 евро (одна тысяча евро) г-ну В. Зубкову плюс любые налоги в отношении судебных расходов и издержек. Эта сумма должна быть конвертирована в валюту государства-ответчика по курсу, действующему на дату расчета, и должна быть внесена непосредственно на счет представителя, как указано заявителями.
(iii) 1000 евро (одна тысяча евро) г-ну Э. Мезаку плюс любые налоги в отношении судебных расходов и издержек. Эта сумма должна быть конвертирована в валюту государства-ответчика по курсу, действующему на дату расчета, и должна быть внесена непосредственно на счет представителя, как указано заявителями.
(iv) 1300 евро (одна тысяча триста евро) г-ну А. Лаптеву плюс любые налоги в отношении судебных расходов и издержек. Эта сумма должна быть внесена непосредственно на счет представителя, как указано заявителями.
(b) что с момента истечения вышеуказанных трех месяцев до момента выплаты по вышеуказанным суммам будут выплачиваться простые проценты по ставке, равной предельной кредитной ставке Европейского центрального банка в течение периода дефолта плюс три процентных пункта.
5. Отклоняет оставшуюся часть требований заявителей о справедливой компенсации.
Совершено на английском языке и предоставлено в письменном виде 11 декабря 2018 года в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

||   Смотреть другие дела по Статье 8   ||

Leave a Reply