echr@cpk42.com
8 800 302 1447

Дело №50236/06 "Шатохин против России"

27 февраля 2018 года ЕСПЧ установил нарушение ст. 3 Конвенции и присудил заявителю Шатохину 15 000 евро за содержание в карцере, без учета медицинских противопоказаний.
Нарушение статьи 3 Конвенции.
Шатохин против России, CASE OF SHATOKHIN v. RUSSIA
27 февраля 2018 года Европейским судом по правам человека было рассмотрено жалоба, в которой были приведены доказательства нарушения статьи 3 Конвенции. ЕСПЧ удовлетворил данную жалобу и обязал выплатить государство ответчика компенсацию на общую сумму в размере 15,000 (Евро.)
Заявителем было подана жалоба, на то, что его посадили в одиночную камеру (карцер), не приняв во внимание его психическое состояние, которое ранее было диагностировано тюремным психиатром. В медицинском заключении было установлено, что заявитель страдает психическим заболеванием и не может находиться по состоянию здоровья в одиночной камере.
ЕСПЧ рассмотрел данную жалобу и вынес решение, что в данном деле имеются нарушения статьи 3 Конвенции. Также суд обязал государство ответчика выплатить денежные сумму, которая составила 15,000 (Евро.)
ТРЕТЬЯ СЕКЦИЯ
Дело Шатохин против России
CASE OF SHATOKHIN v. RUSSIA
(Приложение №. 50236/06) 
СУДЕБНОЕ РЕШЕНИЕ
СТРАСБУРГ
27 февраля 2018 года
Это решение является окончательным, но может быть подвергнуто редакционной правке
По делу Шатохин против России,
Европейский Суд по правам человека (третья секция), заседая Комитетом в составе:
Луис Лопес Герра, Президент,
Дмитрий Дедов,
JolienSchukking, судьи,
и Fatoş Aracı, заместитель секретаря секции,
Рассмотрев дело в закрытом заседании 6 февраля 2018 года,
Выносит следующее решение, которое было принято в тот день:
ПОРЯДОК
1.  Случай возник в по заявлению (нет. В отношении Российской Федерации 16 ноября 2006 года г-н Константин Юрьевич Шатохин (“заявитель”) направил в суд заявление в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (“Конвенция”) гражданина России.
2.  Заявителя, которому была оказана юридическая помощь, представлял юрист, практикующий в Алтайском крае г-н И. Купцов. Российское правительство (“правительство”) представлял г-н Г. Матюшкин, представитель Российской Федерации в Европейском суде по правам человека, а затем его преемник на этом посту г-н М. Гальперин.
3.  18 марта 2011 года жалоба была коммуницирована правительству.
ФАКТИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ
I. Обстоятельства дела
4.  Заявитель родился в 1982 году и живет в Алтайском крае.
5.  Заявитель отбывал наказание за грабеж в исправительной колонии № 1. Лиу-8 в Алтайском крае.
6.  22 июня, 12 июля и 20 декабря 2004 года пытался покончить жизнь самоубийством, вскрыв себе вены.
7.  12 июля 2004 года тюремный психиатр вынес заключение, что заявитель страдает легкой умственной отсталостью, психопатией и клаустрофобией с элементами агрессии. В его медицинской документации была сделана запись о том, что одиночное заключение противопоказано по причинам психического здоровья. Соответствующим образом были проинформированы органы исправительной колонии. Заявителю было назначено лечение. С этого времени он осматривался психиатром колонии регулярно. Диагноз и рекомендации врача-психиатра были подтверждены психиатрическим отделением тюремной больницы № 12 когда заявитель проходил лечение со 2 по 26 апреля 2005 года.
8.  3 мая 2005 года начальник исправительной колонии приказал поместить заявителя в карцер на тринадцать суток в качестве наказания за неряшливое состояние его постели и прикроватной тумбочки.
9.  5 мая 2005 года заявитель был осмотрен дежурным тюремным врачом, который установил, что его состояние позволяет ему находится в карцере при условии, что он не будет содержался в одиночной камере.
10.  После этого заявитель был помещен в штрафной изолятор № 32 рассчитанный на размещение двух заключенных. Он остался один в камере, но дверь оставалась открытой.
11.  В тот же день заявитель объявил голодовку в знак протеста против его помещения в карцер.
12.  В 20 ч. 00 м. 8 мая 2005 года заявителя посетил дежурный тюремный врач, который осмотрел его и установил, что его здоровье удовлетворительно. Он повторил рекомендацию о том, что с учетом психического состояния заявителя одиночное заключение противопоказано.
13.  После ухода врача дверь камеры заявителя была закрыта. Примерно через час у заявителя случился приступ паники и он попытался вскрыть свои вены зубами. Был вызван доктор. Он отметил многочисленные рваные раны на предплечьях заявителя и сделал повязки.
14.  В письмах от 15 июня, 8 августа и 1 ноября 2005 года заявитель обращался в прокуратуру Алтайского края с требованием возбудить уголовное дело против охранников на дежурстве.
15.  15 декабря 2005 года заместитель прокурора Барнаула отказался открывать уголовное производство. Он сослался на заявления надзирателя, г-на Ш., что заявитель сам попросил его закрыть дверь. Кроме того, в результате инцидента здоровью заявителя не был нанесен серьезный ущерб.
16.  Из письма Барнаульского прокурора от 16 декабря 2005 года следует, что прокуратура установила, что заявитель был законно помещен в карцер. В то же время надзиратели не выполнили рекомендацию врача, оставив заявителя одного в закрытой камере. Начальник исправительной колонии № Лю-8 был предупрежден против «разрешения подобных инцидентов в будущем».
17.  После дальнейших жалоб заявителя, в которых он, в частности, заявил, что никогда не просил надзирателей закрыть дверь, прокурор Барнаула провел дополнительное расследование. Он допросил заявителя и г-на Ш. Он также допросил надзирателей г-на К. и г-на С., которые свидетельствовали о том, что дверь в камеру заявителя была временно закрыта для предотвращения его общения с другими заключенными, которые в то время получали чистые постельные принадлежности в кладовой напротив камеры заявителя.
18.  27 января 2006 года прокурор Баранаула отказался возбуждать уголовное дело против надзирателей. Он установил, что надзиратели действовали в соответствии с внутренними правилами и не намеревались провоцировать заявителя на причинение себе вреда.
19.  Заявитель обжаловал решения прокурора от 15 декабря 2005 года и 27 января 2006 года в Центральном районном суде Барнаула.
20.  27 сентября 2006 года Центральный районный суд оставил в силе решения прокурора, признав, что расследование было тщательным и отказы в возбуждении уголовного дела было законным и обоснованным.
21.  Заявитель подал апелляцию. Он, в частности, утверждал, что надзиратели знали, что он страдал клаустрофобией, и закрыли дверь, чтобы отомстить ему за голодовку.
22.  2 ноября 2006 года Алтайский областной суд оставил в силе решение от 27 сентября 2006 года по апелляции.
II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ ВНУТРЕННЕЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
23.  В 1997 году уголовно-исполнительный кодекс предусматривает, что осужденный в период содержания под стражей, который нарушает внутренние правила, могут быть применены следующие меры наказания: (я) выговор; (II) в виде штрафа; (III) карцер на срок до пятнадцати суток, применяемые к осужденным в исправительной колонии или тюрьме; в) Поместить в карцер на срок до шести месяцев (статья 115 § 1).
24.  Осужденные к которым было применено наказание, не могут посещать или звонить по телефону, покупать еду или получать посылки извне. Они имеют право на один час занятий в день (статья 118 § 1 уголовно-исполнительного кодекса).
ЗАКОН
I. Предполагаемое нарушение статьи 3 Конвенции
25.  Заявитель жаловался, что его поместили в одиночную камеру в карцер, несмотря на его состояние, что является явным нарушением статьи 3 Конвенции, которая гласит::
“Никто не должен подвергаться пыткам или бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.”
А. Приемлемость
26.  Суд отмечает, что эта жалоба не является явно необоснованной по смыслу статьи 35 § 3 а) Конвенции. Он далее отмечает, что жалоба не является неприемлемой по любым другим основаниям. Поэтому она должна быть объявлена приемлемой.
В. Достоинства
27.  Заявитель жаловался на то, что он был помещен в одиночную камеру, несмотря на поставленный им диагноз и четкое указание врачей о том, что он не должен содержаться в одиночной камере. После того, как он провел в камере три дня в одиночестве и после того, как дверь была закрыта в течение довольно долгого времени, у него случилась паническая атака и он нанес себе телесные повреждения. Заявитель утверждал, что тюремные власти знали об опасности причинения себе телесных повреждений, как он ранее причинял себе телесные повреждения при аналогичных обстоятельствах, т. е. когда он содержался в одиночной камере в штрафном изоляторе.
28.  Правительство заявило, что заявитель является “обычным нарушителем пенитенциарных правил”. Во время содержания под стражей он совершил тридцать восемь нарушений пенитенциарных правил, шесть раз получал выговор, двадцать семь раз помещался в штрафной изолятор и пять раз в камеры. Его помещение в карцер в мае 2005 года было оправдано его непослушным поведением. Наказание было санкционировано тюремным врачом, который подтвердил, что здоровье заявителя допускает его содержание под стражей в карцере при условии, что он не будет помещен в одиночную камеру. Условия содержания заявителя в штрафном изоляторе были удовлетворительными. Ему была предоставлена еда. В его камере были туалет, окно и вся необходимая мебель. Камера был с подогревом, вентиляцией и должным образом освещена.
29.  Кроме того, правительство сообщило, что тюремные камеры предназначены для размещения двух заключенных, однако заявитель остался один в карцере, чтобы исключить плохое влияние на других заключенных. Тем не менее, дверь была открыта, и его психологическое состояние регулярно контролировалось тюремным врачом. 8 мая 2005 года дверь в камеру заявителя была временно закрыта, а надзиратели раздавали постельные принадлежности другим заключенным. Надзиратели действовали законно, поскольку внутренние правила запрещали открывать одновременно несколько дверей. Именно в тот момент заявитель нанес себе телесные повреждения. Ему был немедленно оказана первая медицинская помощь дежурным врачом. Было проведено расследование этого инцидента, в ходе которого было установлено, что оснований для возбуждения уголовного дела нет. С учетом того, что заявитель совершил многочисленные нарушения правил пенитенциарной системы, власти приняли меры для его защиты от суицидальных наклонностей и оказали ему медицинскую помощь сразу же после инцидента, правительство заявило, что поместив заявителя в одиночное заключение, не нарушило статью 3 Конвенции.
30.  Суд вновь заявляет, что запрет на контакты с другими заключенными по соображениям безопасности, по дисциплинарным или защитным соображениям сам по себе не является бесчеловечным обращением или наказанием (см., в частности, дело Оджалан против Турции [GC], no. 46221/99, § 191, ECHR 2005 IV). Хотя длительное нахождение в изоляции нежелательно, вопрос о том, подпадает ли такая мера под действие статьи 3 Конвенции, зависит от конкретных условий, строгости меры, ее продолжительности, преследуемой цели и ее последствий для соответствующего лица (см. Rohde V. Denmark, no. 69332/01, § 93, 21 июля 2005 года). Одиночное заключение является одной из наиболее серьезных мер, которые могут применяться в тюрьмах. Ввиду серьезности мероприятия, местные власти обязаны оценить все соответствующие факторы, в каждом отдельном случаи перед помещением  в карцер (see Ramishvili и Корхенидзе против Грузии, нет. 1704/06, § 83, 27 января 2009 года, и Onoufriou в. Кипр, нет. 24407/04, § 71, 7 января 2010 года). Во избежание любого риска произвола в результате принятия решения о помещении заключенного в одиночную камеру это решение должно сопровождаться процессуальными гарантиями, гарантирующими благополучие заключенного и соразмерность меры (см. Рамирес Санчес против России). Франция [ГК], нет. 59450/00, § 139, ЕСПЧ 2006 ІХ; Onoufriou, упомянутое выше, § 70; А. л. (У. Х.)V. Россия, нет. 44095/14, § 76, 29 октября 2015 года).
31.  Суд вновь заявляет, что лица, содержащиеся под стражей, находятся в уязвимом положении и что власти обязаны защищать их (см. keenan V. Соединенное Королевство, нет. 27229/95, § 91, ЕСПЧ 2001-III и Трубников против России, нет. 49790/99, § 68, 5 июля 2005 года). В случае лиц, страдающих психическими расстройствами, следует принимать во внимание их особую уязвимость (see Aerts против Бельгии, 30 июля 1998 года, § 66, отчеты о постановлениях и решениях 1998 в; Кина, упомянутое выше, § 111; Ривьер против Франции, нет. 33834/03, § 63, 11 июля 2006 года). Существуют общие меры и меры предосторожности, которые будут доступны для того, чтобы уменьшить возможности для самоповреждения без нарушения личной автономии. Необходимость принятия более жестких мер в отношении заключенного и целесообразность их применения будут зависеть от обстоятельств дела (см. Кинан, упомянутый выше, § 92, и Трубников, упомянутый выше, § 70).
32.  Заключенные, которые, как известно, страдают от серьезных психических расстройств и имеют склонность к самоубийству, нуждаются в специальных мерах, направленных на обеспечение их соответственными требованиями и гуманного обращения (см. Ривьер, упомянутый выше, пункт 75). В деле Кинана суд установил, что примененные меры к заявителю, страдающего хроническим психическим расстройством и склонности к самоубийству и не получившего надлежащего медицинского наблюдения и лечения, дисциплинарного наказания в виде семидневной сегрегации в блоке наказания равносильно обращению в нарушение статьи 3 Конвенции (см. Кинан, упомянутый выше, § 116). Аналогично, в случае с Ренольдевым. Франция, наказание в размере сорока пяти суток содержания в штрафном изоляторе, сопровождался запретом на контакты с другими заключенными. Покушений на самоубийство не совместимы со стандартом лечения в отношении психически больного человека и представляет собой бесчеловечное и унижающее достоинство обращение (см. Renolde против Франции, нет. 5608/05, § 129, ЕСПЧ 2008 (выдержки)). По делу Кетриба, у которого не было диагностировано какого – либо психического расстройства, но который ранее совершил две попытки самоубийства, в штрафном изоляторе в течение пятнадцати дней без предварительной консультации с психиатром или адекватного контроля во время его пребывания там, также равносильно бесчеловечному и унижающему достоинство обращению и наказанию (см. Кетриб против Франции, нет. 38447/09, § § 114 и 115, 19 июля 2012 г.).
33.  Переходя к обстоятельствам данного дела, суд отмечает, что заявитель страдал психическим расстройством с элементами клаустрофобии и агрессией против себя. Он уже предпринял три попытки самоубийства до инцидента, о котором идет речь в настоящем заявлении. Учитывая его состояние и историю попыток самоубийства, лечащий его психиатр рекомендовал не помещать его в одиночную камеру. Эта рекомендация была подтверждена тюремным врачом 5 мая 2005 года непосредственно перед помещением заявителя в карцер на тринадцать дней, а затем 8 мая 2005 года примерно за час до того, как заявитель совершил новую попытку самоубийства и нанес себе телесные повреждения. Несмотря на эти недвусмысленные и последовательные медицинские рекомендации, заявитель был оставлен в карцере один. Суд особенно обеспокоен тем фактом, что 8 мая 2005 года, т. е. через три дня после начала его одиночного заключения и сразу же после того, как врач повторил свою рекомендацию о том, чтобы заявитель не оставался один, дверь в его камеру была закрыта, с тем чтобы избежать каких-либо контактов между заявителем и другими заключенными.
34.  Как представляется, никакого официального решения о помещении заявителя в одиночную камеру с указанием правовых оснований и причин принятия такой меры принято не было. Решением от 3 мая 2005 года он был помещен в штрафной изолятор (камеры предназначены для размещения двух заключенных) без упоминания одиночного заключения. Поэтому суд приходит к выводу о том, что заявитель был помещен в изолятор без какой-либо объективной оценки того, была ли данная мера необходимой и уместной, и вопреки рекомендации его психиатра о том, что такая мера не должна применяться к нему. Поэтому одиночное заключение заявителя в карцере равносильно бесчеловечному и унижающему достоинство обращению, противоречащему статье 3 Конвенции.
35.  Таким образом, имело место нарушение статьи 3 Конвенции.
II. ДРУГИЕ ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ
36.  Наконец, суд рассмотрел другие жалобы, представленные заявителем, и, учитывая все имеющиеся в его распоряжении материалы и в той мере, в какой жалобы относятся к компетенции суда, он считает, что они не свидетельствуют о каких-либо нарушениях прав и свобод, изложенных в Конвенции или протоколах к ней. Отсюда следует, что эта часть жалобы должна быть отклонена как явно необоснованная, в соответствии со статьей 35 §§ 3 (A) и 4 Конвенции.
Раздел III. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ
37.  Статья 41 Конвенции предусматривает:
“Если суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или протоколов к ней, а внутреннее право высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного возмещения, суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне.”
Повреждения А.
38.  Заявитель потребовал 100 000 евро в отношении морального ущерба.
39.  Правительство заявило, что испрашиваемая сумма является чрезмерной.
40.  Суд присуждает заявителю 15 000 евро за моральный ущерб.
B. Затраты и расходы
41.  Заявитель не претендовал на расходы и издержки. Соответственно, не стоит призывать к присуждению премии под этим руководством.
Проценты по умолчанию
42.  Суд считает, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть основана на предельной кредитной ставке Европейского центрального банка, к которой следует добавить три процентных пунктах.
ПО ЭТИМ ПРИЧИНАМ, СУД ЕДИНОГЛАСНО,
1.  Объявляет приемлемыми жалобы, касающиеся помещения заявителя в одиночное заключение в карцер, а остальные жалобы неприемлемыми;
2.  Что имело место нарушение статьи 3 Конвенции;
3.  Зацепки
(а) что государство-ответчик должно выплатить заявителю, в течение трех месяцев, 15 000 евро (пятнадцать тысяч евро), плюс любой налог который может быть начислен, в качестве компенсации морального вреда, переведенные в валюту государства-ответчика по курсу на дату урегулирования;
(б) что по истечении выше-упомянутых трех месяцев до урегулирования простые проценты подлежат уплате на вышеуказанную сумму по ставке, равной предельной учетной ставке Европейского центрального банка в период просрочки платежа плюс три процентных пункта;
4.  Отклонить оставшуюся часть иска заявителя о справедливом удовлетворении.
Совершено на английском языке и сообщено в письменном виде 27 февраля 2018 года, в соответствии с правилом 77 §§ 2 и 3 Регламента суда.
Fatoş Aracı Луис Лопес Герра
Заместитель Председателя Секретаря

|| Смотреть все дела по Статье 3 Конвенции ||

Leave a Reply