+7 495 123 3447 | echr@cpk42.com
Мы в соц. сетях:

Перспективы обращения в ЕСПЧ по фактам привлечения к ответственности за нарушение самоизоляции по статье 6.3  КоАП РФ  и статье 20.6.1  КоАП РФ

 В последние дни власти в значительной степени ограничили права граждан, включая право на свободу передвижения, свободу слова, право на труд, а также ряд прав, которые не подлежат ограничениям даже в случае введения в стране чрезвычайного положения (ч. 3 ст. 56 Конституции).
Ряд таких ограничений видится разумными и направленными на борьбу с распространением коронавируса Covid 19, ряд – представляется довольно сомнительными и несоразмерными, а в некоторых случаях (как создание полицией Москвы скоплений людей в Московском метро 15 апреля 2020 года) прямо противоположны задачам борьбы с пандемией.
Международные органы, такие как ООН и Европейский суд по правам человека, повторяют, что даже, если государства предупреждают о введении чрезвычайного положения и уведомляют международное сообщество (при отступлении от соблюдения прав человека, предусмотренных Европейской Конвенцией, страна обязана уведомить Генерального секретаря Совета Европы в соответствии со ст. 15 (3) ЕКПЧ) – это не может служить основанием произвольного и неконтролируемого ограничения прав человека. Объявление чрезвычайного положения в связи с эпидемией COVID-19 не должно служить прикрытием для репрессивных действий под предлогом защиты здоровья населения. Чрезвычайное положение не должно не должно использоваться для одного лишь подавления недовольства и использоваться как основание для преследования отдельных групп, меньшинств или лиц.
Вводимые ограничения, должны как минимум:
• должны быть предусмотрены законом и осуществляться в соответствии с законом;
• должны преследовать законную цель, отвечающую насущной общественной необходимости;
• должны быть строго необходимыми в демократическом обществе для достижения такой цели;
• должны обеспечивать достижение такой цели при минимальных ущемлениях и ограничениях;
• должны основываться на научных фактах, а применение ограничительных мер не должно носить произвольного или дискриминационного характера;
• должны быть ограничены по времени, обеспечивать уважение человеческого достоинства и подлежать проверке.
Согласно статье 55 Конституции РФ, в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина. Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Согласно статье 56 Конституции РФ, условиях чрезвычайного положения для обеспечения безопасности граждан и защиты конституционного строя в соответствии с федеральным конституционным законом могут устанавливаться отдельные ограничения прав и свобод с указанием пределов и срока их действия. Не подлежат ограничению права и свободы, предусмотренные статьями 20, 21, 23 (часть 1), 24, 28, 34 (часть 1), 40 (часть 1), 46 – 54 Конституции Российской Федерации.
Права не подлежащие ограничению ни при каких обстоятельствах:
1. Право на жизнь (ст. 20 Конституции),
2. Право на достоинство личности Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам (ст. 21 Конституции),
3. Право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. (ч. 1 ст. 23 Конституции),
4. Недопустимость сбора, хранения, использования и распространения информации о частной жизни лица без его согласия. (ч. 1 ст. 24 Конституции),
5. Обязанность органов государственной власти и органов местного самоуправления и их должностных лиц обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы. (ч. 2 ст. 24 Конституции),
6. Свобода совести и свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними. ( ст. 28 Конституции),
7. Право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности. ( ч. 1 ст. 34 Конституции),
8. Право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища . ( ч. 1 ст. 40 Конституции),
9. Право на судебную защиту. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд. Каждый вправе в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты ( ст. 46 Конституции),
10. Право на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом. . (ст. 48 Конституции),
11. право на получение квалифицированной юридической помощи. В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно. 2. Каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения. (ст. 48 Конституции),
12. Право считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. 2. Обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. 3. Неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого. (ст. 49 Конституции),
13. Право не быть повторно осужденным за одно и то же преступление.2. При осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона. 3. Каждый осужденный за преступление имеет право на пересмотр приговора вышестоящим судом в порядке, установленном федеральным законом, а также право просить о помиловании или смягчении наказания. (ст. 50 Конституции),
14. Право не свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом. (ст. 51 Конституции),
15. Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба. (ст. 52 Конституции),
16. право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. (ст. 53 Конституции),
17. Право не нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением. Если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон. (ст. 54 Конституции).
И хотя, право на свободу и личную неприкосновенность гарантированное ст. 5 Европейской Конвенции и право на свободу передвижения гарантированное статьёй 2 Протокола № 4 к Европейской Конвенции, в рамках чрезвычайного положения могут быть ограничены. Но такие ограничения должны быть разумны, не могут носить абстрактный характер, должны соответствовать законной цели и быть “необходимым в демократическом обществе” (Позволю ещё раз напомнить позицию ООН: “Объявление чрезвычайного положения в связи с эпидемией COVID-19 не должно служить прикрытием для репрессивных действий под предлогом защиты здоровья населения”). Вопрос качества и предсказуемости закона в данном случае стоит несколько особняком, поскольку внесенные 01 апреля 2020 года изменения в Федеральный закон, которыми введено некое новое понятие “режима повышенной готовности” – позволяющее властям, с одной стороны ограничивать права и свободы граждан без введения режима ЧП, а с другой стороны не брать на себя ответственность сопутствующую режиму Чрезвычайного положения. В этой части выводы пока делать преждевременно, поскольку Федеральный закон № 98-ФЗ от 01.04.2020 г. ещё не был предметом проверки Конституционного Суда РФ на предмет его соответствия Конституции Российской Федерации. Вместе с тем, хотя применяемые ограничения, (как обусловленные “режимом повышенной готовности”) формально применяются на основании Закона, но согласно критериям Европейского суда «в соответствии с законом» не только требует, чтобы оспариваемая мера имела основания в национальном законодательстве, но также относится к качеству закона, о котором идет речь, требуя, чтобы он был доступным для заинтересованного лица, и его применение имело предсказуемые последствия (см. Rotaru v. Romania [GC], no. 28341/95, § 52, ECHR 2000-V). Кроме того, как бы не назывались введенные ограничения, в любом случае, для того что бы исключить для государства ответственность за нарушения защищаемых Конвенцией прав и свобод, Российская Федерация, должна была официально уведомить Европейский суд (ЕСПЧ) об отступлениях в связи с Covid 19 письмом или вербальной нотой, Генерального секретаря Совета Европы в соответствии со ст. 15 (3) ЕКПЧ, как это ранее сделали Албания, Армения, Эстония, Грузия, Латвия, Северная Македония, Республика Молдова, Румыния и Сербия, отступившие от выполнения Конвенции в связи с коронавирусом.
Право на свободу передвижения.
Статья 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, стороной которого является Российская Федерация, определяет право на свободу передвижения следующим образом:
“1. Каждому, кто законно находится на территории какого-либо государства, принадлежит, в пределах этой территории, право на свободное передвижение и свобода выбора местожительства.
2. Каждый человек имеет право покидать любую страну, включая свою собственную.
3. Упомянутые выше права не могут быть объектом никаких ограничений, кроме тех, которые предусмотрены законом, необходимы для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения или прав и свобод других и совместимы с признаваемыми в настоящем Пакте другими правами.
(…)”.
30. Общий комментарий N 27: свобода передвижения (статья 12), принятый Комитетом по правам человека в соответствии с пунктом 4 статьи 40 Пакта 2 ноября 1999 г. (CCPR/C/21/Rev.1/Add.9), гласит:
“1. Свобода передвижения является необходимым условием свободного развития личности…
2. Разрешенные ограничения, которые могут быть установлены в отношении прав, защищаемых статьей 12, не должны подрывать принцип свободы передвижения,
Статья 2 Протокол № 4 к Европейской Конвенции (Свобода передвижения), гласит:
1. Каждый, кто на законных основаниях находится на территории какого-либо Государства, имеет в пределах этой территории право на свободу передвижения и свободу выбора местожительства.
2. Каждый свободен покидать любую страну, включая свою собственную.
3. Пользование этими правами не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности или общественного спокойствия, для поддержания общественного порядка, предотвращения преступлений, охраны здоровья или нравственности или для защиты прав и свобод других лиц.
4. Права, признанные в пункте 1, могут также, в определенных районах, подлежать ограничениям, вводимым в соответствии с законом и обоснованным общественными интересами в демократическом обществе.
Примеры из практики ЕСПЧ по ст. 2 Протокола № 4 к Конвенции
Постановление ЕСПЧ от 13.12.2005 Дело “Тимишев (Timishev) против Российской Федерации” (жалобы N 55762/00 и 55974/00), в котором Заявитель утверждал, что ему и его водителю, оба являются чеченцами, было отказано во въезде в Кабардино-Балкарскую Республику через контрольно-пропускной пункт “Урух”, потому что милиция следовала устному приказу отказывать во въезде чеченцам, передвигающимся на частных автомобилях.
Власти Российской Федерации настаивали на том, что заявитель пытался проехать без очереди, но, получив отказ пропустить его в приоритетном порядке, он по собственной воле покинул контрольно-пропускной пункт. Власти Российской Федерации представили в подтверждение решение Нальчикского городского суда Кабардино-Балкарской Республики от 25 августа 1999 г., оставленное без изменения Верховным Судом Кабардино-Балкарской Республики 21 сентября 1999 г.
Европейский Суд не убежден в том, что решение Нальчикского городского суда Кабардино-Балкарской Республики являлось надежной фактической основой для подобной оценки, так как его выводы по фактам были непоследовательны и противоречивы. Например, суд установил, что осуществлявшаяся 19 июня 1999 г. проверка транспортных средств была введена приказом милиции (N 68), который был принят лишь спустя два дня, 21 июня 1999 г. Суд также установил, что заявитель отказался предъявить свой паспорт или иной документ, удостоверяющий личность. Однако если заявитель не ждал своей очереди и уехал по собственному желанию, тогда отказ в предъявлении документов не может быть использован против него. Наоборот, если милиция попросила заявителя предъявить документы, это означает, следуя от обратного, что настала его очередь либо заявитель был допущен к проверке вне очереди. Кроме того, суд установил, что заявитель предъявил удостоверение адвоката, но суд не смог объяснить значение своего вывода о том, что удостоверение было выдано в г. Грозном, а не в г. Нальчике (к тому же данный вывод опровергается копией удостоверения, предъявленного заявителем в качестве доказательства). Верховный Суд Кабардино-Балкарской Республики в своем определении от 21 сентября 1999 г. не устранил данных противоречий.
При данных обстоятельствах Европейский Суд отдал предпочтение изложенной заявителем версии событий, которая была подтверждена независимыми расследованиями, осуществленными органами прокуратуры и внутренних дел.
Европейский Суд установил, что сотрудники ГИБДД на контрольно-пропускном пункте “Урух” не позволили заявителю пересечь административную границу между двумя российскими регионами – Ингушетией и Кабардино-Балкарией. Следовательно, имело место ограничение права заявителя на свободу передвижения по территории государства-ответчика по смыслу пункта 1 статьи 2 Протокола N 4 к Конвенции.
Европейский Суд отметил, что структура статьи 2 Протокола N 4 к Конвенции совпадает со структурой статей 8 – 11 Конвенции. Чтобы соответствовать гарантиям, предусмотренным в статье 2 Протокола N 4 к Конвенции, рассматриваемое ограничение должно быть “предусмотрено законом”, преследовать одну или несколько законных целей, перечисленных в пункте 3, и быть “необходимым в демократическом обществе” (см. Постановление Европейского Суда по делу “Раймондо против Италии” (Raimondo v. Italy) от 22 февраля 1994 г., Series А, N 281-А, p. 19, § 39) либо, когда ограничение применяется только в определенных районах, быть “обоснованным общественными интересами в демократическом обществе”.
Власти Российской Федерации утверждали, что ограничение было введено в соответствии с пунктом 22 статьи 11 Закона о милиции в целях предотвращения преступлений и гарантии общественной безопасности. Заявитель возразил, что ограничение было чрезмерно широким, а цель, которую оно преследовало, слишком абстрактной.
Европейскому Суду не было необходимости принимать решение по общему вопросу о том, требовала ли политическая и социальная ситуация в Ингушетии или Кабардино-Балкарии, существовавшая в рассматриваемое время, организации контрольно-пропускных пунктов на федеральной трассе и тщательной проверки личности. Европейскому Суду следовало лишь изучить особые обстоятельства данного дела, а именно вопрос о том, соответствовал ли законодательству отказ заявителю в пересечении административной границы Кабардино-Балкарской Республики.
Европейский Суд признал, что ограничение свободы передвижения заявителя не было предусмотрено законом. Данный вывод позволяет не рассматривать вопрос о том, было ли это ограничение необходимым в демократическом обществе.
ЕСПЧ установил, что имело место нарушение статьи 2 Протокола N 4 к Конвенции.
В вышеприведенном случае, ЕСПЧ было достаточно проверить формальные признаки законности приказа на основании которого действовали сотрудники ГИБДД, в других случаях, согласно действующим критериям ЕСПЧ также может проверить законных целей налагаемого ограничения и было ли оно “необходимым в демократическом обществе”, ранее это было предметом рассмотрения в делах Baumann v. France, no. 33592/96, § 61, ECHR 2001-V, Riener v. Bulgaria, no. 46343/99, § 109, 23 May 2006 и ряде других дел.
В национальной практике нарушение права на свободу передвижения с привлечением к административной ответственности с дальнейшим назначением штрафов по ст. 20.6.1 КоАП РФ Невыполнение правил поведения при чрезвычайной ситуации или угрозе ее возникновения, по ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ Нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, по ст. 19.3 КоАП РФ Неповиновение законному распоряжению сотрудника полиции или сотрудника войск национальной гвардии Российской Федерации.
Тех, кто столкнулся с ограничением права на свободу передвижения или был привлечен к административной ответственности можно разделить на две существенно отличающихся категории: “Первая” – те, кто просто старается свести к минимуму последствия своего пребывания на улице, но принципиально не настроен отстаивать своё право на свободу передвижения; “Вторая” – те, кому принципиально важны права и свободы и у кого есть готовность отстаивать их вплоть до Европейского суда.
Многие из административных дел рассматриваемых в российских судах (особенно по ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ и ст. 20.6.1 КоАП РФ) имеют довольно отчетливые перспективы для ЕСПЧ, при этом их материальный аспект ст. 2 Протокола № 4 к Конвенции, в виде необоснованного и несоразмерного вмешательства в право на свободу передвижения, часто будет дополнен процедурными моментами, такими как:
• необоснованное, либо неоформленное в установленном порядке административное задержание (ч. 1 ст. 5 Конвенции);
• обеспечение участия в рассмотрении административного дела (ч. 1 ст. 6 Конвенции);
• нарушение права представлять доказательства, допрашивать свидетелей (в том, числе и сотрудников полиции) заявлять ходатайства и отводы, пользоваться юридической помощью защитника (п. «с» и «d» ч. 2 статьи 6 Европейской Конвенции);
• отсутствие прокурора – ситуация, когда суд вынужден выполнять одновременно функции обвинения и суда, дело «Карелин против России» решение ЕСПЧ от 20.09.2016 года, жалоба № 926/08, по которой ЕСПЧ установил, что ч. 1 ст. 6 Конвенции в отношении обеспечения беспристрастности суда требует, чтобы дело об административном правонарушении рассматривалось с участием прокурора или другого лица, поддерживающего обвинение.
В иных случаях, ситуация будет сопровождаться нарушением ст. 3 Конвенции (в случаях несоразмерно и необоснованного применения физической силы, или унижающего достоинство обращения) или ст. 8 Конвенции, в случае вмешательства в личную жизнь, разглашения медицинских данных и прочее.
Обращаться в ЕСПЧ следует в течении 6 мес. после апелляционного рассмотрения. Для успешного разрешения дела в ЕСПЧ нужно изначально правильно формулировать свою позицию по делу, правильно фиксировать и обжаловать допущенные нарушения. Ряд советов мы можем предоставить Вам в виде Памятки – которую можно скачать бесплатно. Но если Вы настроены идти до конца и в дальнейшем обращаться в ЕСПЧ, лучше Вам будет проконсультироваться лично, либо получить индивидуально сформированную для Вашего дела правовую позицию.
В дальнейших публикациях, связанных с введением “режима повышенной готовности” и произошедшим в связи с этим ограничением ряда прав и свобод, мы планируем обсудить, наличие перспектив в ЕСПЧ по таким вопросам:
• Ограничение права на свободу слова в связи с COVID-19, пределы этого нарушения образующие попадающие под ст. 10 Конвенции;
• Доступ к правосудию. Статья 6 Конвенции. Конституционные права не подлежащие ограничению даже при введении чрезвычайного положения: Право на судебную защиту. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд. Каждый вправе в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты ( ст. 46 Конституции), Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба. (ст. 52 Конституции); Обязанность органов государственной власти и органов местного самоуправления и их должностных лиц обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы. (ч. 2 ст. 24 Конституции).
• Вмешательство в право на уважение имущества, в аспекте экономической деятельности, ввиду закрытия властями ряда направлений бизнеса. Конституционное право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности. ( ч. 1 ст. 34 Конституции) и право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. (ст. 53 Конституции) относятся к числу прав не подлежащих ограничению, даже в режиме чрезвычайного положения.
• Право на получение квалифицированной юридической помощи, в аспектах препятствий посещения СИЗО и ИК адвокатами и лицами имеющими право на оказание юридической помощи (ст. 48 Конституции) относиться к числу прав не подлежащих ограничению, даже в режиме чрезвычайного положения.
Помните, что даже в условиях Чрезвычайного положения, в соответствии со ст. 3 ст. 56 Конституции РФ, не подлежат ограничению ряд: Не подлежат ограничению права и свободы, предусмотренные статьями 20, 21, 23 (часть 1), 24, 28, 34 (часть 1), 40 (часть 1), 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54 Конституции Российской Федерации. Иные права, также не могут быть ограничены произвольно, лишь временно и сообразно конкретным законным целям.
Если Вы считаете, что Ваши права нарушены и намерены обратиться в ЕСПЧ за защитой и компенсацией, то раннее обращение к специалистам в области международного права, поможет Вам правильно сформировать правовую позицию, надлежащим образом и наиболее оптимально исчерпать национальные средства правовой защиты и существенно повысит шансы на успех в Европейском суде.
Пишите Звоните Пишите на сайте
echr@cpk42.com +7 495 123 3447 Форма здесь

 

Следите за новостями нашего Центра с социальных сетях:

Нажмите, чтобы позвонить